Эмилия Марр – Второй шанс для нас (страница 6)

Усилием воли заставляю себя промолчать и не присвистнуть! Смотрю на эту машину и понимаю: Артур идеально подобрал себе игрушку, под стать себе!

– Прошу, – открывает мне переднюю дверь.

Понимаю, что у меня последняя попытка, и, продолжая стоять рядом, надеюсь уговорить его отказаться от этой глупой идеи.

– Артур, я переехала. Теперь живу в другом месте. Мне очень жаль, что я тебе испортила что-то, правда жаль, – говорю искренне. Что бы он ни думал, у меня и в планах не было ничего плохого. – Если я могу тебе как-то по-другому помочь, я сделаю, но уехать из города, да еще и на неопределенный срок, я не могу. У меня работа, семья…

– Сколько ты хочешь? – прожигая взглядом, требует ответа.

– О чем ты? – недоумеваю. Из всего, что я сказала, он услышал, что я хочу от него денег?! А, ну конечно! Я и забыла, кем для него являюсь.

– Отпросись с работы, я возмещу ущерб. Во сколько тебе обойдется месячный отпуск за свой счет?

Скажу правду – ведь засмеет. Он, наверно, столько оставляет за пару вечеров в ресторане. Поэтому решаюсь назвать сумму, о которой могу только мечтать.

– Семь тысяч долларов, – надменно смотрю на него, заламывая бровь. Это зарплата топовых менеджеров по Москве, я знаю, читала статью. Но что мне мешает ему назвать ее? Пусть думает что хочет.

Он ухмыляется мне в ответ, со смешинками в глазах смотрит на меня, прикидывая, могу ли я столько зарабатывать.

– Я дам тебе десять тысяч долларов, – неожиданно предлагает он, – если ты месяц будешь исполнять роль примерной жены.

Это же огромные деньги! Да, ипотеку я не закрою, но полгода точно мне не надо будет беспокоиться о деньгах на лечение матери.

– И, если надо, поговорю с твоим руководителем, чтобы на месяц отпустил тебя.

Представив, как он будет отпрашивать меня у Любови Юсуповны, невольно смеюсь. У нас, конечно, салон ВИП-класса, но не до такой степени, чтобы такие мужики, как Артур, приходили отпрашивать работниц.

– Я сказал что-то смешное?

Отмахиваюсь от его предположения, типа, не обращай внимания.

– Нет, просто. Представила картину. Насчет месяца… Напишу заявление, думаю, меня отпустят. Но хочу уточнить: ты правда готов заплатить такую сумму? Просто пойми правильно, такая зарплата в нашей компании далеко не у всех сотрудников. И ради того, что бы ее получить, я работаю не покладая рук. А ты просто так мне ее обещаешь…

– Я, кажется, давно тебе сказал, что не шучу. Воспринимай меня посерьезней. Ну так что, мы договорились?

– Думаю, да.

Он протягивает мне руку для рукопожатия и, когда я подаю свою, с силой сжимает ее, пристально смотря в мои глаза.

– Но у меня будет еще условие, – говорю серьезно.

– Какое? – все еще не отпуская моей руки, уточняет он.

– Никто не должен знать, что брак фиктивный.

Ухмыляется, отводя глаза в сторону.

– Что-то не так? – не понимаю его реакцию. О чем он подумал? Мне просто важно общественное мнение.

– Боюсь, мне придется все же сказать об этом одному человеку.

Молчу, жду, пока он пояснит, о ком речь. А когда он произносит:

– Своей невесте, – вздрагиваю, ощущая острую боль в груди. Хочу вырвать руку из его захвата, но не позволяет.

– Отпусти!

Не могу, не хочу быть с ним рядом! Мне больно! Он оставил «нас» в прошлом, устроил свою жизнь, нашел невесту, вычеркнув меня. А ведь я до сих пор никого и не впустила в свое сердце. Иной раз даже думая, что оно умерло, просто качает кровь, чтобы тело продолжало жить, но по факту существует лишь номинально.

А вот сейчас поняла, что нет, живо еще мое сердце и очень ощутимо дает о себе знать. Так больно мне было только тогда, когда он обвинил меня во лжи и предательстве и не захотел выслушать правду.

– Мы с тобой уже договорились, поздно давать задний, – подавляюще шипит, делая шаг ко мне, тем самым приближаясь на опасно близкое расстояние.

Вздёргиваю подбородок и с ненавистью произношу, все еще пытаясь вырвать руку:

– Как ты себе это представляешь? Какая женщина такое потерпит?! Женат на одной, а другую держит в невестах?!

– Женою ты мне будешь только для иностранных коллег и то лишь до того момента, пока мы не подпишем договор и не начнем сотрудничество. А для моих здешних партнеров у меня есть невеста. Она и будет ходить со мной на деловые ужины.

– О, как интересно у вас все выходит, Артур Аркадьевич! Хорошо стелете!

Довольный собой, он утвердительно кивает.

– Ну что же, договорились, – со злостью бросаю, мечтая наконец-то отделаться он него. Его близость сводит с ума, особенно эти синие глаза, которые мечут молнии, желая прожечь во мне дыру.

Удовлетворившись таким ответом, отпускает мою руку и жестом приглашает все же сесть в машину, что я и делаю.

Продиктовав ему свой адрес, натыкаюсь на его удивленный взгляд.

Да, теперь я живу на окраине. Но ему не собираюсь ничего объяснять и отворачиваюсь к окну.

Когда мы поднимаемся на шестнадцатый этаж нашей новостройки и я открываю двери квартиры, на шум выходит Алиса. Поднимает руку в качестве приветствия мне и застывает с ней на весу, когда за мной в квартиру проходит Артур. Он в шоке смотрит на нее во все глаза, рассматривает, впрочем, как и она на него.

– Лиска, поздоровайся с дядей, что встала как вкопанная, это некрасиво.

Алиса кивает и негромко произносит:

– Здравствуйте.

А Артур переводит ошарашенный взгляд на меня.

– Ты не говорила, что у тебя есть дочь.

– Ну, о невесте ты тоже объявлений не делал, – с легкостью бросаю ему, наконец разувшись и ступая на прохладный пол голой ногой. – Алиса, мы едем в Дубай. Помнится, ты хотела?– Она все так же в ступоре кивает. – Дядя Артур нам устроит это путешествие. Надеюсь, ты рада?

– Да, а кто это? – указывает она на Артура, который все так же стоит у дверей.

– Ну, Лис, – приобнимаю ее и шепчу на ушко: – Так некрасиво при человеке спрашивать. – И уже чуть громче, встав в полный рост: – Это просто дядя Артур, мой давний знакомый. Он предлагает тебе и мне поехать попутешествовать. Здорово же, согласись! Лето прошло, а мы все равно в путешествие отправляемся.

Алиса рада слышать такие новости, но так же знает, как у нас обстоят дела. Я ей потихоньку объясняю, что такое деньги и как сложно их зарабатывать. Рассказываю про болезнь бабушки и работу, которая позволяет нам существовать, и что ей надо лучше учиться, чтобы не остаться, как я, без высшего образования.

– А как же школа? Бабушка? – спрашивает меня мой девятилетний ребенок.

Оглядываюсь на Артура, чтобы понять, услышал ли он ее вопрос. Но он как будто находится в прострации, только на Алису и смотрит.

– Это я решу. Не беспокойся. Отпросим тебя в школе, а меня на работе, и все, мы готовы, – подбадривающе сообщаю ей. А после, повернувшись к Артуру, спрашиваю: – Это же не проблема, что я не одна?

Ощущение, как будто я его насильно отрываю от созерцания Алиски. Он с трудом переводит взгляд на меня, и в нем отражается непонимание.

– Я говорю, не возникнет же осложнений, что я с Алисой? Единственное, ей тоже надо будет паспорт сделать, она еще не выезжала за рубеж. Думаю, с твоими возможностями никакой загвоздки возникнуть не должно?

– А? Что? – И как будто опомнившись: – Да, без проблем. Все решим. Собирайтесь, заберу вас сегодня же.

Он хочет пройти в квартиру, но я быстро становлюсь перед ним, выставив руки в стороны.

– Э-э-э, – пытаюсь объяснить причину отказа в гостеприимности, но ничего дельного не приходит на ум, – я… мы… – мычу, не зная, что придумать.

– У тебя там мужик, что ли, еще? – недовольно выговаривает мне, в то же время посматривая поверх моей головы в глубь квартиры.

– Что? Нет! – отрицаю быстрее, не успевая подумать. – Просто я хочу сказать, что пока мы собираемся, подожди нас в машине. Ну там, договорись о паспорте или еще что-нибудь. А мы пока с Алисой соберёмся, у нас тут женские штучки, понимаешь. – И чуть тише: – Она будет стесняться чужого мужчины. Можно ты подождешь в машине? – перехожу к просьбам, видя его решимость войти в квартиру.

И лишь когда я сказала о неудобстве для дочери, он вроде как прислушался и немного успокоился. Видно, все же еще остались в нем человеческие чувства по отношению к детям.

– Сколько вам надо? – твердо спрашивает, возвышаясь надо мной, а после, посмотрев на Алису, чуть мягче добавляет: – Времени на сборы?

– Думаю, полчаса, да, Алис? – оборачиваюсь к дочке, ища в ней поддержку. Она неуверенно кивает. – Вот! – радостно подтверждаю.

Он переводит взгляд то на меня, то на Алису, раздумывая, что делать.