Эмилия Грин – В гостях у чудовища (страница 38)
После этого из-за постоянных стрессов мне пришлось все-таки лечь в больницу, и пролежать там вплоть до самого рождения сына.
Этвуд за все эти месяцы даже не удосужился ни разу позвонить. Похоже, он уже давно забыл о своей пленнице… А вот я до сих пор не могла выкинуть загадочного мужчину из своих мыслей. Была словно под гипнозом, каждый день, прокручивая в памяти дни, проведенные рядом с ним…
— Александра… — подняла голову, машинально прижимая сыночка ближе к груди.
— Да, доктор, я хотела узнать, когда, наконец, нас выпишут?! — высокий, темноволосый мужчина с крючковатым носом тепло улыбнулся.
— Я как раз пришел сказать, что завтра с утра вы можете покинуть родильный дом! Все анализы в норме, и ваши, и малыша!
— Боже, какое счастье!!! Это просто невероятно! Ты слышишь, родной? Завтра мы, наконец-то, поедем домой!!! — я подскочила с кровати, крепче прижимая к груди любимый четырехкилограммовый сверток.
Последняя ночь в роддоме прошла беспокойно. Завтра мы с сыном впервые выйдем за пределы этого места. Сперва, вернемся в дом моей матери, но ненадолго. Я уже присмотрела для нас небольшую съемную квартирку и вновь начала подрабатывать удаленно. Теперь нужно было надеяться только на себя…
Попрощалась с врачами, которые за это время уже стали как родственники, и, накинув пальтишко на плечи, медленно вышла через задний вход родильного дома. В руках я сжимала свой драгоценный подарок небес.
Увы, на улице не было толпы встречающих с шариками и конфетти. Нас с малышом ни кто не ждал. Мама не смогла отпроситься с работы, а других близких у нас попросту не было.
Но грустить не хотелось. Благодарила Бога за то, что родила здорового ребенка. Одно осознание этого стоило того, чтобы продолжать радоваться жизни…
Вышла за ворота и медленно поплелась к стоянке такси. Обычно погода в марте не радовала британцев солнышком, но сегодня оно светило так лучезарно, как никогда, отогревая своим теплом и светом мое бледное заострившееся лицо.
Сынишка сладко посапывал на руках, но под влиянием солнечных зайчиков стал жмуриться и кривить аккуратный ротик.
— Тише, мой маленький… Скоро мы приедем домой, ты познакомишься со своей бабушкой! У нас с тобой всё обязательно получится…
Я так и не придумала сыну имя. Мне всегда казалось, что отец и мать должны заниматься этим вместе. И до сих пор не верилось, что в графе отец у этого сладкого мальчишки будет стоять прочерк…
— Можно вас подвести? — блестящий черный лимузин затормозил прямо напротив, уже через секунду глянцевая дверца распахнулась, и из машины вылез высокий статный мужчина в расстегнутом черном пальто.
Я просто замерла, ощутив, как земля уходит из-под ног. Себастьян остановился в метре от нас, задумчиво разглядывая открывшуюся ему картину. Я тоже видела его словно впервые. Что-то в облике Этвуда изменилось: взгляд сделался серьезнее, а на гладковыбритом подбородке появилась густая растительность.
Он выглядел гораздо старше и мужественнее, чем раньше.
— Я вас подвезу! — на этот раз бросил утвердительно, будто это было делом решенным.
— Нет, не утруждай себя… Вот там такси, и… — запнулась, ощущая, что мне не хватает воздуха. Совершенно растерялась, не понимая, как нам теперь общаться…
— Садись! — сказал, подталкивая меня к машине. Сил сопротивляться уже попросту не было. И я снова повиновалась, чувствуя, как странное тепло медленно расползается по венам.
Себастьян закрыл дверцу, а затем сел рядом с нами на заднее сидение. Нажал какую-то кнопку, и небольшое окно, соединяющее салон с водителем, закрылось тонкой перегородкой.
— Почему ты не предупредила, что сама воруешь? — я непонимающе уставилась на Себа. Он любил говорить загадками.
— Мой разум. Ты похитила его самым наглым образом, и впервые в жизни я не знаю ответа. Я не могу без тебя. Что мне теперь с этим делать?! Кто у нас тут мисс знайка? Просвети!..
Мои губы дрожали, и я, ещё сильнее прижимая сына к груди, отвернулась к окну. Себастьян придвинулся вплотную, заглядывая в лицо ребёнку.
— У него твои глаза… — сказал он тихо.
— Твои! — поспешно выпалила я.
— Наши… — поправил мужчина, а затем наклонился, касаясь губами моей ладони.
Лёгкий поцелуй сродни удару током. Все поджилки затряслись от обрушившихся эмоций. Чёрный лимузин, и теперь уже мы втроём.
*Месяц спустя*
— Ты пахнешь как любовь… — прошептал, когда мои губы сомкнулись на крепкой шее, и я стала понемногу приходить в себя после обрушившегося наслаждения.
— Не могу сказать того же о тебе, Себастьян… — Ты пахнешь… эээ… — провела ладонью по вспотевшей ложбинке между ягодиц любимого. — Примерно так, как у тебя на конюшне…
— Разговорчики… — прикусил мою мочку, вновь обвивая вокруг бедер свои ноги.
— Стоп… Я схожу, проверю Вильяма…
— Он как обычно видит десятый сон… За ним присматривает няня! А ты в моей власти… Ты моя, Алекса! Чувствуешь, с какой силой бьется сердце, когда ты рядом? — Себ опустил мою ладонь себе на грудь, и стал медленно водить по ней взад и вперед.
Мы жили вместе уже месяц. Я не планировала ничего подобного, но увидев его тогда, уже не смогла иначе. Не знала, сколько времени отвела нам судьба, и как быстро этот противоречивый хозяин судьбы наиграется со мной, но верила, что моей любви хватит на нас двоих…
— Себастьян…
— Что такое? — прижалась своей влажной промежностью к его бедру, услышав гортанный рык в мое ухо.
— Мне страшно… Я боюсь, что всё это закончится… И ты выгонишь нас за ворота… — любимый резко отстранился, чуть нависая на локтях над моим расслабленным телом.
— Я никогда не мог подумать, что могу стать отцом. Но ты перевернула мой мир с ног на голову… Теперь у меня есть ради кого жить… Ты и Вильям… Я сделаю всё, чтобы находиться в трезвом уме как можно дольше… Я изобрету лекарство ради вас! Теперь вы — мой смысл жизни! И, знаешь, это я боюсь, что через несколько месяцев ты сама не захочешь жить со мной… А вдруг я сойду с ума гораздо раньше… Я пойму, если ты уйдешь…
— Пожалуйста, не говори глупости… Я всегда буду с тобой, даже если нам придется знакомиться каждый день заново!
— Ты простила меня за то, что я приказал закрыть газету твоего отчима? — бросил вдруг растерянно.
— Я же уже сказала… Да… Но я больше не хочу ворошить прошлое!.. Я тебя люблю… Я тобой дышу… Я схожу по тебе с ума… И я всегда буду рядом, даже если ты окончательно потеряешь свою память… Мы с Вильямом никогда не оставим тебя, Себастьян…
— В таком случае, Александра Крист, я хочу, чтобы ты стала моей женой… Навсегда моей… — его сильные руки скользили по моему расслабленному телу. Ощущала, как глаза щиплет от подступающих слез. Его слова звучали в ушах, словно музыка ангелов.
— Ты согласна стать моей женой, Алекса? — прильнула губами к его теплой щеке и еле слышно прошептала.
— Пока смерть не разлучит нас…
— Ты вернулась?.. — разомкнула веки, резко повернув голову на звук его голоса. Себастьян лежал, задрав руки над головой. Будильник показывал без четверти семь, и я бы еще немного поспала, но этот вопрос заставил сердце сжаться в тугие тиски.
— Что значит, вернулась??? — кажется, мой голос прозвучал чересчур надрывно.
— Ну, я помню только то, что ты накачала меня снотворным, а потом поставила на уши весь Скотланд-Ярд, а еще, вызвала сюда десятки журналистов… Ты вернулась? Я очень рад… — окинул горящим взглядом моё обнаженное тело, и легонько коснулся ладонью бедра. Я дернулась, как от удара током.
— Сколько дней прошло после этого? Скажи, сколько дней прошло после того, как я все это устроила, Себастьян??? — в ушах звенело, а кровь бурлила в венах, словно лава в жерле вулкана.
— Хм… неделю?! — мужчина с усмешкой на губах пожал плечами, в то время как в моих жилах начала леденеть кровь. О боже…
ГЛАВА 24
POV Александра
— Хм… неделю?! — мужчина с усмешкой на губах пожал плечами, в то время как в моих жилах начала леденеть кровь. О боже…
Резко соскочила с кровати, накинула на плечи халат, и, не оглядываясь, поспешила скрыться из комнаты.
— Алекса, сколько всё-таки прошло времени? — раздался его вопрос за спиной, но я уже спешила в детскую, придумывая, как лучше сообщить Этвуду о наличии двухмесячного сынишки…
Отпустила няню и сама не заметила, как задремала прямо у его люльки, пока укачивала.
— Любовь моя… — услышала до боли родной голос, и резко распахнула глаза.
Себастьян уселся передо мной на одно колено, и протянул маленькую красную коробочку.
— Я забыл кое-что ещё… Вот… Открой! — дрожащими пальцами взяла презент, и, затаив дыхание, посмотрела прямо в глаза мужчине.
— Так ты помнишь прошлую ночь? И то, как сделал мне предложение?.. — хрипло вытолкнула из себя слова, запинаясь от волнения.
— К счастью, пока всё не настолько безнадежно! Но я не смог лишить себя удовольствия немного над тобой поиздеваться… Меня не посадили в тюрьму и не упекли в психушку, но Нобелевский комитет отклонил заявку, сославшись на мою дурную репутацию и всю эту шумиху в прессе… Увы, теперь тебе не быть женой Нобелевского лауреата!
— Ох, Себастьян, но причем тут твоя репутация и твои изобретения? Они что там все, совсем свихнулись?! — он тепло улыбнулся, удерживая мою руку.
— Знаешь, я столько всего передумал за эти месяцы. Мне очень жаль, что я не приехал к тебе раньше, когда только узнал, что ты беременна… Но я ежедневно интересовался твоим самочувствием у твоего лечащего врача, и распорядился, чтобы у тебя было самое лучшее обслуживание.