Эмилия Грин – В гостях у чудовища (страница 2)

— Я бы мог, конечно, нести всякую чушь с дико умным видом, но позвольте сделать откровенное заявление — САМ Я НИКОГДА НИКОГО НЕ СЛУШАЛ! И не тратил своё драгоценное время на чью-то пустую болтовню! Именно поэтому я сейчас являюсь тем, кем я являюсь!

— Запомните: от расстояния ничего не зависит. От разницы в возрасте ничего не зависит. От мнения родителей ничего не зависит. По-настоящему всё зависит только от нас самих! Поэтому лучшее, что я могу сделать — это не занимать время, которое каждый из вас может потратить на свои гениальные свершения! А еще — выбрать самый пытливый ум и подарить ему стажировку в любом уголке нашей необъятной планеты! Ну, что же, приступим к викторине, я жду первый вопрос!

Речь Этвуда, похоже, произвела на всех впечатление. Он, в самом деле, оказался эксцентричным. В каком-то издании писали, что во времена его учебы, многие преподаватели «хватались за голову» от его бесконечных странных выходок. Словно гениальный студент относился ко всему миру как к своему собственному эксперименту, а окружающие его люди были вместо подопытных крыс.

— Мистер Этвуд, расскажите про свою первую любовь?! — отличница и примерная девушка Меган поджала свои аккуратные губки и сладко улыбнулась, задавая глупый девчачий вопрос.

Но по аудитории пробежала волна одобрения. Кажется, всю женскую половину только это и интересовало. Мне почудилось, или в глазах гостя вспыхнула досада, как будто этот вопрос был настолько предсказуемым, что он еле подавил зевок.

— Любовь — это самое большое заблуждение в мире. Многие люди годами убеждают себя в существовании какой-то эфемерной материи, хотя ученые уже давно доказали — чувство, которое называют «любовью» ни что иное как, вещество с интересным названием фенилэтиламин! Его так же называют «вещество любви», — он медленно сложил руки на груди, сделав паузу, а затем, спустя несколько секунд, ровным голосом продолжил.

— И к счастью, уже создан и проходит процедуру сертификации антидот. Представьте, сегодня вечером вы жить без кого-то не можете, а на утро, после принятия микстуры, даже думать не желаете об этом человеке! Идеально, не правда ли?! Нет никакой, ни первой, ни второй, ни третьей любви. Есть только физическое влечение, и ничего больше!

Теперь уже я сама открыла рот от удивления. Кажется, этот чокнутый гений сейчас говорил на полном серьезе. Неужели этот бедолага и впрямь за 33 года никогда никого не любил?! Уму непостижимо…

— Мистер Этвуд, а где вас можно встретить в пятницу вечером?! — Эйприл Саммерс, привлекательная третьекурсница широко улыбнулась, задавая очередной неуместный вопрос.

Всё это время я не сводила взгляд с его лица. На нем поселилось такое отчаянное равнодушие, что мне было даже не по себе. Хотелось уже скорее отпустить гостя восвояси. Очевидно, его крайне тяготило присутствие среди студентов и эти плоские однообразные вопросы.

— В пятницу вечером, ровно, как и в любой другой день недели, в двадцать два часа я ложусь спать. Уже много лет соблюдаю строгий режим дня, который усиливает самодисциплину, — он коротко кивнул, давая понять, что ждет следующий вопрос.

— А расскажите про ваши хобби?

— Селекция. Я занимаюсь скрещиванием и разведением новых сортов растений и цветов. А еще развожу бабочек. — ответил, без тени улыбки на лице и мы с Айрин переглянулись.

— Бабочек? Он серьезно? — недоверчиво прошептала Айрин, и я не смогла сдержать улыбки.

— По-моему он очень странный… — отозвалась я. — А еще, посмотри, стоит перед огромной аудиторией и чуть ли не зевает! Ты всё еще мечтаешь побывать в его поместье? — мои глаза сузились, а в голосе сквозило неприкрытое раздражение.

— Алекса, в огромном поместье наедине с красавцем миллиардером я бы с удовольствием и бабочек разводила!.. — подруга хмыкнула, мечтательно облизнув губу, на что я поморщилась, а затем вновь устремила взгляд на мужчину.

Следующий вопрос звучал так:

— Каким спортом вы предпочитаете заниматься? — кажется, Этвуд уже откровенно скучал, и, не таясь, поглядывал на часы.

— Конным спортом и плаванием.

— А какая у вас мечта?

— Я не трачу время на пустые мечты. Ежедневно реализую свои замыслы и идеи. Мечтать — непозволительная роскошь для таких как я.

С каждым новым ответом этот заносчивый высокомерный мужик раздражал меня всё сильнее. Строил из себя какого-то железного человека, с компьютером вместо мозга. Ну, просто натуральный робот! Никого не любит, не мечтает, четко следует режиму дня, весь такой крутой и гениальный. Внутри у меня всё клокотало от негодования… Прениприятнейший тип!

В этот момент миссис Пейн заключила.

— Ну, что же, мы даже не заметили, как пролетел час! Предлагаю задать последний вопрос, и мистер Этвуд выберет победителя викторины! — сама не отдала себе отчета, что моя права рука неожиданно взметнулась вверх. В этот момент наши взгляды с преподавательницей встретились, и она громко скомандовала.

— Александра, задавайте ваш вопрос! — я резко выпрямилась и нервно сглотнула. А потом взяла себя в руки и спокойно произнесла...

— Я нашла информацию, что три года назад маленькая газетёнка «News» написала о том, что вы страдаете редким психическим расстройством…. - пауза.

Напряжение разливается в воздухе. Все взгляды в аудитории устремлены на меня. Он тоже поднимает глаза и наши взгляды сталкиваются. Мужчина сморит пристально, не мигая.

Кажется, в глазах Этвуда вспыхивают искры неподдельного интереса. Я продолжаю.

— И по странному стечению обстоятельств ровно через двое суток эту газету прикрыли. Лишили лицензии. Как вы прокомментируете эту информацию, мистер Этвуд? — снова молчание. А затем он, как ни в чем небывало, спрашивает.

— Сперва ответьте на мой вопрос: одна из верных дорог в ад. Что это?

Кажется, я явственно слышу, как у всех присутствующих с грохотом падают челюсти — Себастьян Этвуд вступает со мной в диалог! Я улыбаюсь, воспроизводя в памяти нашу игру в «Брейн ринг» в 8 классе.

— Это любопытство. Одна из верных дорог в ад — любопытство! — говорю, одаривая его победоносным взглядом. Он улыбается в ответ, и меня ждет открытие — у него невероятно лучезарная улыбка…

— А теперь, юная леди, не страшно ли вам услышать ответ на свой предыдущий вопрос? Вдруг ваше любопытство заведёт вас ни туда?

— Человек начинает умирать в тот момент, мистер Этвуд, когда в нем начинает умирать любопытство... А я слишком сильно люблю жить...

Он опускает взгляд в пол, словно обдумывая мои слова. Но уже через пару секунд снова смотрит мне прямо в глаза. С вызовом. В сердце тонкой иглой колет нехорошее предчувствие.

В тот самый момент он задаёт вопрос, ответ на который и решает исход наших жизней.

— Вы поедете со мной?

«Любопытство — одна из верных дорог в ад» — щелкнуло в мозгу, когда я четко и уверенно произнесла.

— Да. Потому что вы так и не ответили на самый первый мой вопрос, и я намереваюсь получить на него ответ!

— Всенепременно, мисс знайка! А еще я выбираю вас последним соискателем стипендии фонда Этвуда! Поздравляю и приглашаю поехать со мной, чтобы подписать все бумаги!

— Александра!.. Алекса!.. Александра!.. Поздравляем тебя!.. Поздравляем!!! — доносится со всех сторон.

Невероятно, но наша словесная дуэль принесла мне победу. Словно в трансе, я поднимаюсь, и на трясущихся от волнения ногах, не глядя по сторонам, следую к выходу из аудитории.

Неужели все это происходит со мной наяву?!

POV. Себастьян

До поры никто не подозревал о моем заболевании. Наоборот, со стороны я выглядел как чересчур сосредоточенный уравновешенный человек. Но только со стороны. Людям невдомек, какого это, жить с коэффициентом интеллекта, превышающим отметку в 200 баллов.

Когда твой мозг живет отдельной жизнью, и ведёт свою собственную игру. Иногда против тебя.

Всю свою жизнь я мучаюсь от скуки. Я могу просчитать действия окружающих с минимальной погрешностью. Меня невозможно удивить. Всему всегда есть логическое объяснение, поэтому начиная читать книгу, я заканчиваю на третьей странице — знаю, чем она закончится. Существуют всего два-три автора в мире, которым под силу удержать мой интерес, хотя бы до середины повествования…

У меня нет друзей, потому что я могу считать по их мимике всё, что они мне скажут в дальнейшем. Мне скучно жить в мире, где всё известно наперёд. В моей четко распланированной жизни правит балом её величество Скука, и я всю сознательную жизнь провожу в неравной схватке с ней.

Поэтому я стал воровать. Но была и ещё одна причина. Банальная до невозможности — детская психологическая травма. Но об этом чуть позже.

Свой первый трофей я украл в 4 года, из частного детского сада. Уже тогда я облапошил двух первоклассных воспитательниц, и вышел сухим из воды. А затем стал делать это регулярно.

Воровство — моё хобби. Разумеется, я делаю это не из-за финансовых трудностей. На состояние моей семьи можно поднять экономику какой-нибудь небольшой страны третьего мира. Это всего лишь одно из моих любимых занятий, сродни селекции или разведению бабочек.

Я нахожусь в этой аудитории уже 32 минуты, и раз за разом стараюсь подавить зевок, который то и дело рвется наружу. Мне скучно. Вернее не так — мне дико мучительно безумно СКУЧНО. Я в первый и последний раз в жизни соглашаюсь на эту авантюру.