Эмилия Грин – Пташки (страница 33)
Александр Воронов вот-вот станет моим первым мужчиной. Мы за чертой, миновав предел. Вдвоем. В эпицентре взрыва, который случится с минуты на минуту…
Да. Немного отстранившись, я прочитала это в его глазах. Там уже было не просто желание. Там ревел всепоглощающий хаос. Жажда. Голод.
Прервав поцелуй, Саша мягко коснулся моих губ, чуть проведя по ним языком. Сердце сделало кульбит. Пульс ускорился стократно.
Это прикосновение – последняя попытка призвать к моему ускользающему разуму.
Поздно.
- Хочу тебя! – мои руки почти с отчаянием впились в его плечи, язык дерзко скользнул по его языку.
Все.
Дыхание окончательно сбилось, сердце сорвалось в галоп, стоило ощутить нажим его ладони на моем бедре, заставляющий шире раздвинуть ноги.
И его пальцы снова оказались в моей промежности, надавливая на чувствительный клитор. Это разорвало, выкидывая меня за грань. Его костяшки надавливали на складочки. Затишье. Усиление нажима. Пауза. Новая ласка. Нажим. И так несколько раз по кругу…
- Саш… – я почувствовала, как безнадежно потекла, извиваясь под натиском его пальцев.
Я больше не могла терпеть… Такая мокрая. Разгоряченная. Открытая.
Термоядерный контакт глаза в глаза.
Его полыхали чернотой. Жарким мраком. Мои…просто закатывались…
Я почувствовала, как смазывается мир, когда его каменный стояк коснулся моей промежности: направив головку к моему входу, Александр начал медленно погружаться…
-
Он замер, но лишь на секунду.
По моему взгляду, видимо, понял, что не имеет права испортить такой сказочный момент пустой болтовнёй. У нас еще будут сотни часов для раскаяния, чувства вины и жалости к себе, а пока есть только мы.
- Я постараюсь максимально… аккуратно… – Саша склонился, чтобы меня поцеловать, продвигаясь еще глубже.
Всхлипнув, я зажмурилась от непередаваемого, непривычного чувства наполненности вперемешку с горячим свинцом желания и адовой болью внизу живота.
- Поля… моя… – нежно целуя меня в губы, водя ими от одного уголка моего рта до другого, заставляя улыбнуться сквозь слезы, выступившие на глаза.
- Саш… – хватая стремительно густеющий воздух, пока мышцы ног сводило судорогой.
Достигнув предела, Саша полностью вышел, после чего вновь начал медленно заполнять меня собой, позволяя привыкнуть и справиться с первой естественной реакцией моего тела на это вторжение.
Толчок. Еще толчок. Совсем слабенький. Даже не в половину. В треть его богатырской силушки. Воронов явно уже раз сто пожалел, связавшись с пьяной девственницей, отказать которой равно обиде на всю оставшуюся жизнь….
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы отдышаться и расслабиться, вдруг почувствовав внизу живота те самые, вовсе не угасшие язычки пламени, зародившиеся гораздо раньше, и теперь требовательно царапавшие стенки влагалища.
- Поль… – с беспокойством. – Только скажи, я сразу остановлюсь…
- Все хорошо… – мои пальцы сжались на его плечах, с каждым последующим толчком стискивая их еще сильнее.
Когда отголоски боли окончательно растворились, меня захлестнуло.
Тело будто воспламеняться начало, сгорая под ним. В его сильных руках. Каждое движение Сашки – выверенное вплоть до грамма. Дразнящее. Выворачивающее внутренности наизнанку. Сладкое. Щемящее. Пробирающее до кровотока.
Я застонала, когда возросла интенсивность движений.
- Господи, Саш! – с отдышкой, царапая его шею ногтями.
Губы в губы. Язык к языку. Сдавленные смешки. Следом будто удары током. Только по нарастающей… крепнувшие с каждым разом.
Выгибаясь, я шептала нечто умоляющее, откидывая голову и кусая губы. Его хриплые сдавленные вздохи бушевали в моей крови, выворачивая душу наизнанку.
Краткая заминка. Как перед чем-то сгущающимся, неотвратимым.
Интуитивно почувствовала – меня накрывает…
И последний толчок. Такой мощный, внезапный и резкий, что меня разрывает полностью и до основания. До горячей истомы под кожей. До слез на глазах.
Только теперь не от боли… от наслаждения, пронесшегося по венам. Тело конвульсивно билось под Сашкой, сходя с ума в какой-то ненормальной влажной агонии чувственности и страсти…
А потом быстрый благодарный поцелуй, и Александр стремительно покинул меня, приходя к своему собственному пику.
Рванный сдавленный выдох сквозь стиснутые зубы, дрожь прошила его блестящее от пота тело, когда он порывисто кончил себе в кулак…
Глава 31
Я вышла из палатки, почувствовав, что за мной кто-то наблюдает.
Обернувшись, я увидела между деревьев едва различимый силуэт девушки в белом платье. Она застенчиво улыбнулась, кивая мне идти за ней глубже в лес.
И я неосознанно сделала пару шагов, правда, резко застыла, заметив на подоле ее наряда красные следы. А она все махала мне, манила, широко пугающе улыбаясь…
- Поля-я…
Я всхлипнула, потому что полупрозрачная девушка, жутко оскалившись, побежала мне на встречу…
- Полина, ты меня слышишь? Проснись… – кто-то ласково гладил меня по волосам. – Поля, это я…
С трудом разлепив ресницы, я не сразу сообразила, где нахожусь, проваливаясь в темную бездну обеспокоенных глаз Сашки.
- Я увидела во сне девушку в белом. Ну, как в той легенде… Говорят, с теми, кто ее увидит, происходят несчастья, – безотчетно всхлипнула я.
- Поль, это всего лишь дурной сон!
Глядя в уверенное лицо Воронова, я потихоньку расслаблялась, правда, следующие его слова заставили меня снова почувствовать напряжение.
- Я слышал шум вертолета. Похоже, нас разыскивают, – озадаченно произнес Саша.
- Нас? – я резко присела, расстегивая спальник. – Зачем нас искать? Очевидно же, что мы сделали привал, и продолжим путь, как только начнет светать…
- Ну, может, не всем это очевидно? – глухо спросил он, выдерживая мой встревоженный взгляд.
- Сколько время?
- Половина пятого. Пора выдвигаться, – прожигая меня прищуренными глазами.
- Да, только я, сперва, прогуляюсь до водопада…
Отвернувшись от собеседника, я пододвинула к себе рюкзак, и, проверив гигиенические принадлежности, вытащила оттуда чистые вещи, натягивая их поверх Сашкиной футболки, в которой уснула после того, как мы…
Сейчас все произошедшее казалось мне волшебным сном.
Покинув палатку, я полной грудью вдохнула остывший за ночь бодрящий воздух, кутаясь в куртку. Наш костер медленно догорал, как и всполохи моей вчерашней решимости…
Утро. Безжалостное утро разрушило иллюзию безмятежности. Между нами с Вороновым уже буйным цветом расцветало смущение, скованность и неловкость. Я не вполне понимала, как нам теперь себя вести…
Очевидно, нужно было поговорить насчет произошедшего, и я надеялась, что Саша сам начнет этот разговор.
Возвращаясь к палатке, я увидела Сашку, сосредоточенного на приготовлении завтрака, но, не успев немного дойти до него, услышала где-то поблизости странные звуки. Воронов тоже на них обернулся.
- Похоже на сигнал автомобильного клаксона? – прислушиваясь, он поднялся с корточек.
- Да… Но ты думаешь, сюда может проехать автомобиль? – неуверенно спросила я.