Эмилия Грин – Притворись моей (страница 44)
До меня дошло, что Воронова, должно быть, знает всю подноготную так называемой «свадьбы». Да, Паша ведь говорил, что все его друзья в курсе нашей фикции.
— У нас с ним… все сложно… — вздохнула я, избегая ее пристального взгляда.
— Но тебе ведь он нравится? — тихо предположила Алина, вынудив меня снова посмотреть ей в глаза.
— Нравится, — гулко отозвалась я, с несвойственной для меня откровенностью.
— А судя по засосам у тебя на шее, ты ему тоже очень даже нравишься, — дерзко улыбаясь, резюмировала Воронова.
— Ой… — смутившись, я прижала ладонь к травмированному участку кожи.
— Со стороны все выглядит более чем серьезно, Маш, — добавила она. — Мой тебе совет — постарайся копнуть поглубже — увидеть то, что скрывается под маской придурковатого пошляка. Несмотря на все Пашкины закидоны, мне кажется, он, как никто другой, нуждается в заботе и любви, и уж точно созрел для настоящей семьи.
— Ты, правда, так считаешь?
— О да! А еще, я думаю, ты — та самая девушка, способная подарить ему все это. Помнишь, как у Шекспира?
— Знала бы ты, как я этого хочу, Алин… — мечтательно вздохнула я, услышав хлопок стеклянной двери шоурума.
— Маш, я звонил-звонил…
Повернувшись, я увидела Пашу, а он увидел меня…
Немая сцена, как в каком-нибудь турецком сериале.
Паша застыл. Я заметила, как напрягся его мужественный профиль. На загорелых заросших щеках натянулись желваки. Он смотрел…
Он так въедливо на меня смотрел, будто ест глазами. И не только ест… От этого взгляда дикого ноги практически перестали меня держать. Облокотившись о колонну, от волнения я стиснула невесомую ткань подола в кулак.
— Паш, ты лучше иди… Плохая примета видеть платье невесты до свадьбы, — где-то фоном прозвучал голос Вороновой.
Глава 34
— Плохая примета? Я в них не верю… — отозвался Левицкий глухо. — Хочешь, вернусь к вам с пустым ведром и черной кошкой на поводке? Обещаю, ничего страшного не случится.
Алина обреченно усмехнулась, а Паша так и не сдвинулся с места.
Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, и все вокруг будто померкло. Остался лишь уже знакомый одержимый блеск в его серых глазах.
Мой взгляд опустился на чувственные мужские губы. Его улыбка была дерзкой, но такой неожиданно счастливой и искренней, что в горле пересохло, а в желудке образовался узел.
— Паш, мы с твоей красавицей-невестой еще не закончили… — нас отвлекло покашливание Алины.
— Гонишь меня? А вот я возьму и вернусь с целой стаей черных кошек, — хрипло усмехнулся мой фиктивный-не фиктивный жених.
Я провела кончиками пальцев по пылающим щекам, стараясь сдержать глупый смешок.
— Иди уже, шутник! — Воронова картинным жестом ладони указала Паше на дверь.
— Иду-иду… — закусив губу, Левицкий вновь обвел мое тело жадным взглядом.
Казалось, он в мельчайших деталях старался запомнить мой образ в свадебном наряде. Наконец, Паша развернулся, зашагал к двери, бесшумно закрывая её.
— Фиктивные отношения, говоришь? — прошептала Алина, тряхнув гривой золотистых волос после того, как незваный гость окончательно скрылся из виду. — Да он тебя тут чуть… — она замолчала, явно подбирая слова, — в общем, Левицкий потерял от тебя голову, — абсолютно серьезно закончила Воронова.
Я удивленно моргнула.
Мне хотелось ответить ей и что-то возразить, но, судя по тому, как горели мои щеки, хозяйке шоурума и так было все понятно. Очевидно, видя мое смятение, Алина скрестила руки на груди, негромко озвучив.
— Маш, чтобы не случилось — оставайся собой и не делай чего-то против собственной воли. Полагаю, Паша сам даже не догадывается, каким нежным и заботливым может быть… Насколько я знаю, у Левицкого никогда толком не было серьезных отношений. Мужчина с избегающим типом привязанности, чтоб его…
Я вопросительно вздернула бровь.
Что-то краем уха слышала на эту тему, однако никогда не углублялась в изучение психологических терминов.
— Я окончила факультет психологии, — внезапно весело пояснила Алина. — И хоть мне не довелось поработать по профессии, кое-что из учебной программы пригодилось в жизни.
— Так что ты думаешь насчет Паши? Что еще за избегающий тип привязанности? — с любопытством спросила я.
Алина вздохнула.
— К сожалению, такие люди, как он, как будто бы не нуждаются в близких отношениях. Они гордятся своей независимостью и самодостаточностью, меняя женщин, будто это товар. Стоит кому-то проявить к ним искренний интерес — тут же отстраняются, обрывая романтические отношения на корню.
— Но… почему так происходит?
— Как бы избито это не звучало, но все проблемы идут из детства и из семьи. Обычно если у ребенка с матерью устанавливается крепкая связь, сохраняющаяся на протяжении подросткового периода, то формируется надежный тип привязанности.
Воронова нахмурила лоб.
— А если по каким-то причинам важный для ребенка взрослый исчезает из его жизни или отношения с ним не складываются, то у него может сформироваться один из ненадежных типов привязанности со множеством вытекающих… — она грустно улыбнулась.
— Не будем углубляться в терминологию. Главное знай, что даже такие бездушные с виду неприступные мужчины, как Паша, способны построить теплые, близкие и искренние отношения, — торопливо добавила Алина.
— Спасибо, что просветила…
Взволнованно откинув прядь волос с лица, я в подробностях вспомнила рассказ Левицкого-старшего о том, как его сын, будучи подростком с неокрепшей психикой нашел свою мать на дне бассейна…
Интересно, сумел ли он справиться с этим? Хотелось залезть к Паше в голову, и узнать, какие мысли там обитают. Что он думает про наши отношения? И что будет после приближающейся со скоростью смертоносного астероида «свадьбы»?
Тем не менее, после ликбеза Алины многое встало на свои места.
Совершенно сбитая с толку, я отправилась в примерочную, где переоделась в свою одежду, через несколько минут вновь возвращаясь к Вороновой.
Алина сидела на диване, уткнувшись носом в какой-то журнал. Подняв голову, она задержала взгляд на моем пиджаке, после чего принялась беззастенчиво разглядывать юбку.
Воронова так внимательно рассматривала мою одежду, что мне стало не по себе. Наконец, девушка поднялась, и, смущенно улыбаясь, потрогала ткань на манжете.
— Маш, не подскажешь, где ты купила этот костюм? — неожиданно спросила хозяйка шоурума. — Ткань такая классная… Сейчас такую днем с огнем не сыскать. Приходится заказывать через левых поставщиков.
— А я не покупала… Меня уже много лет обшивает подруга бабушки!
— Правда? — переспросила Алина с искренней заинтересованностью.
— Ага. У Аллы Степановны и ее покойного мужа раньше был свой швейный цех. Они много лет занимались производством одежды, обшивая весь наш поселок. Но пять лет назад главы семейства не стало. Тетя Алла продала цех, однако забрала себе часть ткани, продолжая заниматься любимым делом на дому.
— Ты говоришь, у нее осталась такая ткань? — на этот раз Алина с благоговейным выражением лица потрогала подол моей юбки.
— Ага… У нее целая комната забита здоровенными рулонами.
Я не смогла сдержать улыбку, вспоминая, как бережно пожилая женщина относится к хранению этой самой ткани.
— Правда? А ты можешь нас познакомить? Возможно, у меня получится приобрести у нее что-то для своей новой коллекции? — с надеждой спросила Воронова.
— Конечно! Я думаю, Алла Степановна будет счастлива, если на старости лет познакомится с модным московским дизайнером! — воодушевленно парировала я.
— Здорово. Давно искала нечто подобное. Значит — это точно судьба! — заявила она с горящими глазами. — Только, Маш, можно честно? — на лице моей собеседницы появилось смущенное выражение.
— Да, конечно…
— Ткань просто зачетная, но вот крой… — Алина опустила взгляд. — Ну, он несколько странный… — наконец, закончила она.
— Тебе тоже не нравится? — почему-то сразу вспомнились косые взгляды сотрудниц нашего офиса. — Как из бабушкиного сундука? Да?
Алина кивнула.
— Да, но дело не в этом. Потому что ностальгический стиль в одежде — Grandma style — сейчас на пике популярности.