Эмилия Грин – Дурное поведение (страница 4)
До сегодняшнего дня казалось – наш сладкий французский поцелуй и кровавый асфальт мне привиделись. Теперь кусочки пазла встали на свои места – похоже, Царев засекретил всю информацию, связанную с избиением сына.
– Как поживает наше парнокопытное? – насмешливо поинтересовался Гвидон, когда старший брат сел напротив.
– Как и положено бедным овцам, пошла пастись в ЦУМ. Дорвалась до халявного бабла! – заржали близнецы.
Я сглотнула, не совсем понимая, о ком они говорят.
– Сейчас не время шутить. Мы должны обсудить очень важную тему, – сухо прервал их старший брат.
– Да, дело дрянь. Сегодня с утра я общался с батей… – Миша скривился. От сердитого выражения его лица по коже пробежал холодок. – Никакого брачного договора не будет, и это несмотря на состояние нашей семьи. Скажу больше – он собрался официально удочерить дочь этой аферистки. А еще… настрогать парочку таких же ржавых детей!
В комнате воцарилось молчание. Я изумленно уставилась на прядь волос, накрученную на палец.
– Мы не можем этого допустить, – твердо заявил Лев. – Он клялся светлой памятью матери, что никогда не женится на другой! Пусть бы трахался на стороне, как раньше. Предлагаю сорвать чертову свадьбу!
– Согласен. Но как? – задумчиво поинтересовался Гвидон. – Похоже, батя втрескался в нее по самые помидоры…
Я перевела взгляд на Руслана, лихорадочно всматриваясь в его бледное лицо. Парень до побелевших костяшек сжимал в руках трость.
В голове вновь всплыла картина той ночи. Его озорная улыбка и конкурс на лучший французский поцелуй.
–
– Что? – наперебой загалдели близнецы.
– Рус, поясни?! – Гвидон закинул руки за голову, лукаво улыбаясь.
– Чего здесь непонятного?! Наш отец очень тщательно следит за репутацией, он мечтает получить кресло в Думе. И тут на тебе – дочь его будущей жены приторговывает телом! Представляете реакцию отца, если выяснится, что эта рыжая – эскортница?
Его слова прошли сквозь меня, как электрошок. Язык прилип к небу, а футболка к спине.
– Мне нравится ход твоих мыслей, братишка, но… Эта девчонка и правда овечка. Вряд ли она видела что-то, кроме вагона метро с USB-зарядкой. Как мы убедим отца, что этот синий чулок – элитная проститутка? – прищурился Гвидон.
– Зачем убеждать? Пусть увидит своими глазами, – губы Руслана растянула недобрая улыбка. Сердце так бабахнуло, что на миг меня оглушило.
– Увидит что? – нетерпеливо потирал ладони Лев.
– Как его падчерица ублажает одного из гостей…
Внутренности словно прожгли сигаретой, и пепел все сыпался и сыпался, воспламеняя кожу изнутри. Теперь уже не верилось, что мой первый поцелуй состоялся с этим жестоким расчетливым скотом. Обвела взглядом трость, сосредоточив внимание на его хромой ноге. Если бы можно было отмотать время назад…
– Но как мы все это провернем? – оживился Миша.
– В субботу вечеринка, на которой влюбленные планируют сообщить о помолвке. Нужно всего-то подпоить девчонку женской «Виагрой» и заставить немного попозировать на камеру. Но кто-то из нас должен составить ей компанию… – Руслан почесал переносицу, пока другие братья переглядывались.
– Сестренка не удалась лицом, зато задница нормальная. Так что возьму удар на себя, – с мученическим выражением лица заключил Гвидон.
– Возьмешь удар? Да ты чуть не изнасиловал Агнию взглядом на спортплощадке! Что, думаешь, я не заметил? – заржал Миша, обращаясь к среднему брату.
– Она не в моем вкусе, – буркнул тот в ответ. – Но так уж и быть, для общего дела поставлю знак качества. Хотите, потом передам ее вам? От одной таблетки девчонка будет до утра изнывать от желания…
– У овцы идеальная попка! – оживились близнецы. – Отец говорил, она занимается танцами…
В горле пересохло. Я запрокинула голову, прислонившись затылком к прохладной стене гардеробной. Средний и младший принялись спорить, в какой последовательности будут меня… Наверное, нечто подобное испытывает человек, обнаружив свою фамилию в расстрельном списке. Между лопаток проступила испарина. Их болтовня напоминала генератор случайных чисел:
– Тихо, братья! – одной фразой Руслан заставил всех замолчать. – Я отведаю Агнию первой. Ни разу не имел дело с рыжими. Интересно, что она за зверёк.
– А ты уверен, что справишься? – язвительно поинтересовался Гвидон.
Руслан со скрипом покрутил трость.
– Я смогу удовлетворить ее гораздо лучше, чем ты, сосунок! То, что я медленно передвигаюсь, не значит, что
Братья ожесточенно уставились друг на друга.
– Брейк! БРЕЙК! – закричали близнецы.
– Я сам добавлю таблетку ей в алкоголь, а потом, когда сестренка начнет гореть, отведу в родительскую спальню и сделаю несколько пикантных снимков. Я буду в маске, а вот её лицо и тело скоро появится на всех сайтах по оказанию эскорт услуг, – подвел итог беседы Руслан.
Мне стало так больно, что даже не обратила внимания на кровоподтеки от ногтей в центре ладоней.
Братья Царевы встретили нас как божьи агнцы, правда, теперь выяснилось, что будущие родственники – волки в овечьей шкуре. Они объявили нам с мамой войну…
Не знаю, сколько времени прошло, пока парни, закончив обсуждать подробности грязного плана, покинули комнату. Я выбралась из убежища и почти сразу отыскала свою спальню. Мысленно уже пересекла черту экватора, а на деле обессилено повалилась на кровать. Бездумно блуждала взглядом по фисташковым обоям и наполированной до блеска мебели. Вся обстановка комнаты дышала ароматом современного замка: кровать с балдахином цвета сливок, тяжелые портьеры в тон белоснежному багету картин и роскошная многоярусная люстра. Вчера красота убранства привела в восторг, однако сейчас не покидало ощущение, что потолок вот-вот обрушится на голову.
Попыталась собрать волосы в пучок, но пальцы не слушались. В сознании вспыхивали их елейные улыбки и токсичные комплименты. А еще грязные обсуждения.
Эти братья хуже нечисти: даже на кровопийц можно найти осиновый кол, а как быть с квартетом мажоров-беспредельщиков?!
Не терпелось поговорить с мамой и вернуться домой. Очевидно, нам не дадут здесь нормальной жизни. На секунду представила, что будет, если мои фотографии попадут на какой-нибудь сомнительный портал. Это означало крах всего: исключение из МГИМО и тень на репутацию благотворительного фонда.
– Агнешка, просыпайся… Агнешка… – услышав ласковый голос, я нехотя разлепила ресницы.
В первую секунду показалось, что всё произошедшее в спальне Руслана привиделось: мы никуда не переезжали, и никто не пытается уничтожить нашу жизнь.
Мама гладила меня по волосам, мягко улыбаясь. С детства считала, что ее улыбка обладает целительной силой. Уголки губ непроизвольно приподнялись – она светилась, как неоновая лампочка.
– Что за сонное царство?! Агния, пора ужинать!
– Погоди, мне нужно тебе кое-что рассказать… – вздохнула, пытаясь собрать разбегающиеся мысли.
Давно не видела её такой счастливой. После смерти отца мама долгое время находилась в депрессии. Пережить удар судьбы помогла работа – они с подругой организовали Фонд помощи подросткам, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Светлана Волконская круглосуточно посвящала себя чужим детям, правда, на проблемы собственной дочери времени почти не оставалось…
–
– Что?!
– Знаешь, а я ведь думала, больше никого не смогу полюбить. А тут Ваня… И все так закрутилось. Ты прости, что сразу не рассказала о нас. Кто бы мог подумать, что самый таинственный холостяк страны обратит на меня внимание? Всё как в сказке: прекрасный царевич привез нас в свой загородный дворец!.. – её щеки порозовели.
Я покачала головой. Даже в такую минуту она продолжала думать о детях с тяжелой судьбой.
– Боже… – потерянно покачала головой.
– Что такое? Ты не рада? – мама нахмурилась.
– Рада, конечно, только… Не стоит пока говорить мальчикам. Подождите хотя бы пару недель…
На лице миловидной рыжеволосой женщины промелькнула тень сомнения:
– Агния, ты что-то знаешь? Они не рады нашей свадьбе? Ну же, дочка, расскажи мне! – родные зеленые глаза заволокло пеленой слез.
По сердцу словно полоснули бритвой. Датчик отвращения к братьям Царевым превысил все допустимые отметки.
– Я просто услышала кое-что. Ничего серьезного. Они еще не совсем… привыкли. Все так быстро произошло…
– А ведь я просила Ваню подготовить их… Просила! Думаешь, мы поторопились? – плаксиво воскликнула собеседница.
– Мам, только, ради Бога, не волнуйся! Пусть все идет своим чередом, но о беременности сообщать пока рано! – сжала её руку, выразительно заглядывая в глаза.
– Ох, Агния… Пожалуй, ты права… Пойду, предупрежу Ваню.