Эмилия Дарк – Секс рабыня для двух преподов (страница 4)

– Я подчиняюсь, – произнесла она.

– Что ты будешь делать, когда встретишься с ним? – спросил он.

– Буду сосать у него всю ночь.

– Ты и впрямь любишь это дело, – заметил Артем.

– Папаша хорошо научил меня, – сказала она.

Неделю спустя Котенок все-таки пришла к Артему домой. Жаркая ночь стелилась по стенам, словно темный бархат, впитывая все звуки, а влажный воздух висел неподвижной пеленой, тяжелой, как одеяло в духоте.

В открытое окно раздавался гул далеких машин, и среди этого шума порой слышалось тонкое жужжание москитов. Он жил примерно в километре от универа – снимал крошечную квартирку с облупившимися обоями и слабым вентилятором, лениво вращавшимся под потолком.

Москиты кружили над кроватью, но его пока ни разу не кусали. Почему? Он не знал. Казалось, они ждали. Может быть, в его крови было что-то особенное, или, напротив, чего-то не хватало. Мысль о том, что рано или поздно они попробуют его, раздражала и пугала. Эти маленькие твари не просто пили кровь – они оставляли зудящие следы, метки, маленькие клейма, как напоминание: ты тоже часть этого города, хочешь ты того или нет.

По легенде, в Москве живут вампиры. Конечно, никто не верил в сказки. Но что, если вампиры вовсе не те, кто нападает в темных переулках? Что, если они живут рядом, существуют среди нас, улыбаясь, касаясь, смотря в глаза так, будто знают, что ты принадлежишь им?

Котенок сидела на его кровати, закинув одну ногу на другую, и лениво изучала его взглядом. В полутьме ее кожа казалась призрачно-бледной, а губы – слишком красными. Может быть, она тоже была одной из них. Вампиром, питающимся не кровью, а чем-то другим, куда более ценным. Мужской слабостью. Жаждой. Желанием. Мужской спермой…

Им не о чем было говорить. Слова были излишни, да и не нужны. Их взгляды говорили куда больше, чем любое предложение, полное ненужных объяснений. Они понимали друг друга без слов – слишком хорошо, слишком просто. Воздух между ними был плотным, электрическим, наполненным ожиданием, которое тянулось, как последний вдох перед прыжком в темноту.

Артем наклонился ближе, их губы встретились, и этот поцелуй был жадным, требовательным, почти грубым. Их дыхание смешалось, пальцы впились в кожу, стирая границы, уничтожая запреты. Он стянул с себя одежду, не отрываясь от ее тела, и она последовала за ним, оставшись в одном нижнем белье, которое казалось ненужной деталью, случайной помехой.

Они рухнули на постель, сплетаясь, словно два зверя, которым больше не нужно скрываться. Она знала, чего хочет, знала, как двигаться, как дразнить, как забирать и отдавать себя без остатка. Ее губы, ее руки, ее дыхание на его члене – все было предсказуемым и в то же время совершенно новым, завораживающим. Она делала то, что ей нравилось больше всего. Она сосала его член.

После того как он кончил ей в рот, его член все еще оставался твердым. Артем спросил, не хочет ли она потрахаться.

– Пока нет, – ответила Котенок. – Может, позже.

– Я хочу полизать твою щелку, – проговорил Артем.

– Если ты мне прикажешь, я сделаю все, что ты хочешь. Этой ночью я твоя. Ты можешь делать со мной все, что пожелаешь.

– Я хотел бы, чтобы ты тоже этого пожелала.

– Что доставляет мне удовольствие, так это хороший минет, – сказала она, прижавшись губами к яйцам Артема, полизывая и нежно покусывая кожу.

– У тебя просто талант, – заметил мужчина.

– Я занимаюсь этим довольно долгое время.

– Шутишь!

– Нет. Меня отец научил этому.

– Твой родной отец? Ты серьезно?

– Ну, не совсем родной… Просто он женился на маме, когда она была беременна мной… Я его всегда считала родным.

– Отец хорошо тебя научил. – Артем не верил ни одному ее слову.

– Точно.

– О.

– Он не заставлял меня, как ты мог подумать, – сказала Котенок. – Поначалу, должна тебе сознаться, мне было немного страшно и странно, но я втянулась. И полюбила это дело.

– Он трахал тебя?

– Каждую ночь. По утрам я сосала у него. И после учебы тоже. Ночью он трахал меня. Я была «папочкиной дырочкой», – добавила она со смешком.

Артем знал, что она рассказывает небылицы, это было частью игры в рабыню: грязная развратница. Думая об этом, он снова возбудился, и Котенок досуха высосала его.

В гостях у профессора

Артем проснулся около полуночи; Котенок щекотала его задницу. Он лежал на животе, истекая потом. Жара не спала, ветерок, залетавший в распахнутое окно, был теплым. Мужчина чувствовал губы Котенка. Сначала она лизала и целовала нежно, покусывая его ягодицы. Затем раздвинула их и языком проникла в его задний проход. Артему стало щекотно, по телу побежали мурашки, он поежился.

– Лежи смирно, – прошептала она.

– Я пытаюсь.

– Тебе нравится?

– Думаю, да.

– Ты полюбишь… – прошептала она, шире раздвинув его ягодицы и заработав языком вверх-вниз по сфинктеру, а затем просунув его в анус. Она старалась как можно глубже проникнуть в Артема.

Мужчина с трудом бы мог вспомнить, сколько времени это продолжалось. Ему казалось, что очень долго. Он закрыл глаза, расслабился и стал наслаждаться ощущениями. Котенок издавала соблазнительные звуки.

Наконец она остановилась и прильнула своим влажным от пота телом к его спине. Артем почувствовал, что на ней нет белья. Она приблизила губы к его уху:

– Я скажу тебе, что мой язык стал темно-коричневым и зверски устал. Я обожаю вкус твоей задницы, Артем.

Мужчина мог чувствовать этот запах в ее дыхании.

– Теперь я хочу то же самое, – сказала она.

– Языком?

– Нет, твоим длинным крепким членом, – ответила она. – Я хочу почувствовать его глубоко в моей заднице.

– Тебе этого действительно хочется? – спросил Артем.

– Ты же знаешь. Главное, чтобы было приятно тебе.

Мужчина не стал терять времени. Он был готов. Котенок слезла с него и легла на живот – восхитительный плоский живот с золотым колечком в пупке – и подставила свой белый зад. Он заметил татуировку на одной ягодице, но не мог разобрать изображение в темноте.

– Кажется, у меня нет смазки, – проговорил Артем.

– Слюна подойдет, – отозвалась она. – Давай же, я больше не могу ждать…

Мужчина несколько раз плюнул на свою ладонь, натер слюной член и ее анус. Когда он ввел головку, ее тело напряглось, и она выкрикнула что-то вроде: «Ох, ты, черт!»

– Тебе больно?

– Ты же знаешь, что да, трахальщик чертов!

– Я могу прекратить.

– Нет! – воскликнула она. – Это приятная боль.

Артем продвинулся еще глубже. Она не просила, чтобы он остановился, но стонала от боли, и очень скоро его член до самого основания оказался в ней. Мужчина начал трахать ее, поначалу медленно, но постепенно наращивая темп. Ему показалось, что Котенок слегка расслабилась, просунула руку между ног и довела себя до оргазма.

Спустя некоторое время она захотела сменить позу. Перевернулась на спину, подняла ноги и положила их Артему на плечи. Он увидел золотое колечко в ее половой губе.

– Вставь мне глубже, чертов придурок! – низким голосом проговорила она.

– Да… говори грязные слова, как сейчас, – прошептал Артем.

– Засунь его в мою жопу, – сказала она, – и отдери меня, как грязную маленькую шлюху.

Он проделал все это и сказал:

– А у вас грязный язычок, юная леди.

– Точно, – прошептала она. – У меня весь язык в дерьме.

– Это тебя папочка научил так выражаться?