Эмили Ли – По ту сторону барьера 3 (страница 51)

– Как насчет того, чтобы спросить моего мнения по этому вопросу?

– У тебя уже спрашивали, ещё в лабиринте. Помнишь? Ты свой выбор сделал. Но я пришел не за этим. Начиная с завтрашнего дня и до самого отъезда из города, будешь есть вместе с нами. Утром зайду за тобой.

Дарий не скрыл своего удивления.

– К чему такая честь?

– Будешь на виду. Так мне спокойнее, – ответил Фенрис и окинул его изучающим взглядом. – Тебе точно не нужна помощь? Выглядишь неважно.

– Нет, спасибо. Мне лучше.

Как только дверь закрылась, Исалиэль выбежала из своего укрытия, радостно улыбаясь.

– Я смогу быть с тобой не только наедине, но и при всех!

Он не разделял её восторга. Встреча с родителями Лиэль его пугала. Хоть никто не знал про их отношения, но получить неодобрение этих эльфов он не хотел. И ладно бы предстать перед ними в лучшем виде, так нет же: избитый, с синяками и ссадинами.

Он передумал: нужно воспользоваться помощью ведьмы – пусть немного подлечит его, лишним не будет. О чем он и сообщил Исалиэль, попросив подождать его здесь.

– Ты никуда не пойдешь, – вдруг заявила она и подошла к двери, заслоняя её.

– Не понял?

Дарий удивленно на неё посмотрел. Её решительный тон и твердость взгляда вызвали у него недоумение.

– Всё ты понял, – возразила она. – Я не позволю этой женщине касаться тебя.

– Но… – Он моргнул, стараясь прогнать видение. Перед ним была не его ласковый котенок, а тигрица, которая не отдаст своё. Нужно как-то отреагировать, но как? Обычно такие замашки женщин он сразу пресекал и обрывал все отношения. Никто не смеет посягать на его свободу, не в этом вопросе. Так почему же он молчит? Почему так глупо улыбается? Чему радуется? – Ты ревнуешь? – услышал он свой голос.

– Да.

Вот так коротко, просто, без всяких игр. В порыве вспыхнувшей нежности он подошел и аккуратно обнял её, стараясь не тревожить своё тело. Жалел, что не мог поцеловать. Губы были разбиты.

– Я могу снова прочитать заклинание, – тихо предложила она.

– Мне понравился твой жар внутри меня, – сказал он, вспоминая её магию.

– Когда ты внутри, я тоже вся горю, – прошептала она.

От её слов ему стало жарко и без магии.

– Я не это имел в виду, но твой вариант мне нравится даже больше…

***

Исалиэль ушла, чтобы переодеться перед завтраком. Дарию и самому нужно было собраться. Вот только приложенные усилия ни к чему не привели. Даже самая нарядная одежда не смогла исправить жалкое зрелище, которое он из себя сейчас представлял.

Эарендил не заставил себя долго ждать. Дарий набросил на себя безразличие, пряча досаду, и вышел. На ненавистную азурианку он старался не смотреть – настроение и так отсутствовало. Но та на удивление молчала и даже не прожигала его взглядом.

– Почему не хочешь, чтобы я тебя подлечила? – спросила Лайя по дороге в столовую.

Что ей сказать? Что его девушка не хочет этого? А он не хочет её расстраивать. Стоп. Девушка? Прозвучало так, словно он с ней встречается. Словно у него с ней отношения.

– Дарий, ты слышал, что я спросила? Ты, вообще, здесь? С нами?

– Да. Не надо. Спасибо, – поспешил ответить он, теряясь в своих мыслях и всколыхнувшихся чувствах.

Когда они подошли к дверям, то Дарий с удивлением обнаружил, что нервничал сильнее, чем сам от себя ожидал. Он же был ищейкой, а потом и вовсе кайнарис. Столько всего повидал, а тут не может унять дрожь в ногах. Чувствовал себя так, будто пришел свататься, заранее зная, что его кандидатуру отвергнут. Но увидев выражения лиц Верховной жрицы и Главнокомандующего, Дарий разозлился, особенно на Эарендила, который, видимо, не предупредил родителей, что ожидаются ещё гости.

– Зачем этот человек здесь? – холодно сказала Верховная жрица.

– Дарий – гость в моем доме, прошу проявить уважение, – спокойно ответил Фенрис. – Это, – эльф указал Дарию на своих родителей и сестру, – Верховная жрица Анкалумэ, её муж – Аркуэн и их дочь Исалиэль.

Дарий отметил для себя, что Эарендил представил их официально, не упомянув, что они его мать и отец. Исалиэль не назвал сестрой. Интересная семейка. Места за столом хватало – он не стал ждать, пока ему укажут, куда сесть, а приземлился рядом с Исалиэль. Краем глаза он увидел, как перекосило эльфа, похожего на Фенриса, и обрадовался своей предусмотрительности – иначе не видать ему было бы места возле принцессы.

Как и следовало ожидать, поесть спокойно не дали.

– Дарий, можно узнать причину вчерашнего конфликта? – спросила Верховная жрица.

– Я и сам бы хотел знать.

– То есть вы утверждаете, что были жертвой?

Её пренебрежительный и надменный тон взорвал у него внутри и без того связанные в спутанный узел нервы. Он сразу забыл, что она мать Исалиэль, что надо вести себя почтенно. До открытой демонстрации своего гнева он не дошел, конечно, но ядовитость тона себе позволил:

– Я ничего не утверждаю. И вы прекрасно слышали, что я сказал.

– Ваше присутствие оскорбительно для нас! – с тихой яростью проговорила Жрица. – По вашей вине много семей были вынуждены покинуть город! А один достойный эльф и вовсе умер! Вы не жертва, вы – мусор, который мой упрямый сын всё время тащит во дворец!

Исалиэль подскочила, гневно смотря на мать.

– Думай, о чем говоришь! – её тон был ровным, несмотря на взволнованно поднимающуюся грудь и злой блеск в глазах. – Твои слова недостойны Верховной жрицы! Наши эльфы напали на него без причины, и вместо того, чтобы выразить сожаление и принести извинение, ты опускаешься до прямых оскорблений! «Достойный» эльф, который умер, посмел оскорбить Магистра. Он заплатил за это! Своими речами ты так же, как и тот эльф, оскорбляешь Фенриса, который просил проявить уважение к гостю!

За столом воцарилась звенящая тишина. Все замерли, в изумлении смотря на Исалиэль. Такого никто не ожидал от кроткой, вежливой, милой и молчаливой эльфийки. Дарий незаметно коснулся руки девушки, чуть проведя пальцем по её внутренней стороне ладони, желая успокоить. Тэруми уловила это движение, и её глаза весело заблестели. Но она подавила улыбку и накинула на себя безразличный вид.

Прикосновение Дария привело Исалиэль в чувство. Она шумно выдохнула и опустилась обратно на стул. Щеки ещё ярко заливал румянец, а руки мелко тряслись от неотступившего адреналина. Ей не было стыдно за свой порыв. Ей было стыдно за мать. Она злым движением отодвинула от себя тарелку, мечтая поскорее уйти отсюда, остаться с Дарием наедине и попросить у него прощения.

– Если кто-то ещё хочет высказаться, то сейчас самое время, – произнес Фенрис, когда ошеломление после неожиданного выпада сестры прошло.

Все молчали, тогда Тэруми подняла руку, привлекая к себе внимание, и сказала:

– Я хочу сказать, точнее, спросить. А можно на обед подать вишневый пирог, такой же, как мы пару дней назад ели, и ещё бутылку красного вина на ужин, а лучше с собой? Да, и дополнительное одеяло в спальню, я люблю спать с открытым окном, а по утрам становится прохладно.

Аркуэн уставился на неё, как на ненормальную. Анкалумэ просто прикрыла глаза, не понимая, в какой момент времени её жизнь снова повернула не в ту сторону. Лайя зажала рот рукой, но это не помогло. Она сначала просто беззвучно затряслась от смеха, а потом уже засмеялась во весь голос. Чонсок и Фенрис присоединились. Они смеялись так громко и заразительно, что Дарий тоже не сдержал улыбки. Уж сильно забавно выглядело лицо азурианки, когда она говорила это, и лицо Аркуэна и Жрицы, когда они это услышали.

Больше разговоров за трапезой не было. Верховная жрица наградила дочь таким взглядом, что всем стало понятно: той предстоит непростой разговор наедине. Дарий нашел под столом руку Исалиэль и сплел свои пальцы с её, нежно рисуя круги большим пальцем. Ей так хотелось улыбнуться и посмотреть на него, но она боялась себя выдать. Когда завтрак наконец подошел к концу, все встали и собрались уходить. Дарий улучил момент, когда на них никто не смотрит, и шепнул Лиэль:

– Буду ждать на нашем месте. – И поспешил покинуть столовую.

Ждать пришлось долго. Дарий несколько раз порывался вернуться во дворец и найти Исалиэль, вырвать её из лап Верховной жрицы. И когда уже почти решился, увидел её маленькую фигурку, спешащую к их скале. Едва его руки обвили её тонкую талию, он зашептал ей на ухо:

– Ты такая смелая у меня. Даже я испугался твоего гнева.

– Врунишка, – улыбнулась она.

Он поцеловал её шею и с наслаждением вдохнул чудесный аромат волос.

– Родители сильно злились?

– Это неважно. – Она отодвинулась и серьезно на него посмотрела. – Я хочу извиниться за слова матери и за то, что сделал мой народ вчера.

– Глупышка, – снова притянул он её к себе, – ты ни при чем. Тебе незачем извиняться.

– Я будущая Верховная жрица и несу ответственность за весь свой народ и за их поступки. Дарий, ты примешь мои извинения?

Он смотрел на неё и удивлялся: где таких берут? Но Исалиэль ждала ответа, и ему пришлось сказать:

– Конечно, – он был готов пообещать что угодно, лишь бы это принесло ей спокойствие.

– Мне нужно идти, – сказала Лиэль через некоторое время. – Через два дня будет праздник, нужно всё подготовить.

– А почему ты этим занимаешься?

– Больше некому. Фенрис почему-то не хочет общаться с матерью, поэтому попросил меня заниматься всем вместо неё.

– Могу я прийти на праздник?

– Людям запрещено присутствовать. Это таинство только для нашего народа. Но Фенрис настоял на присутствии Лайи, Чонсока и Тэруми, они точно будут. Может, и тебе разрешит.