Эмили Ли – По ту сторону барьера 3 (страница 41)

– Почему? – неожиданно для самой себя спросила Исалиэль.

– В ней нет жизни. Нет страсти, – ответил ей незнакомец.

Странный ответ. Океан населяют миллион живых существ. И при чем здесь страсть? Исалиэль хотела отвернуться, но любопытство не позволило. Вблизи она видела не так много людей. И уж точно никогда не видела такого цвета волос. Ветер игриво подбросил красные пряди её неожиданного спутника, словно специально продолжая удерживать её взгляд в своем плену.

– А вам? – спросил он, рассматривая солнечные блики на воде.

– Что мне? – не поняла вопроса эльфийка.

– Нравится океан?

– Не знаю, – искренне ответила она. Она никогда не задумывалась, нравится ли он ей или нет. Это же океан. Есть и есть.

– Как это? – теперь не понял маг и повернул к ней голову.

Исалиэль наконец-то смогла рассмотреть его лицо полностью. Вопиющее нарушение всех правил и норм, но глаза отвести не могла. Не такой, как Чонсок… Другой цвет кожи, бледный, с едва виднеющимися веснушками на носу и щеках. И глаза зеленые, внимательные, какие-то… испытывающие, а ещё… она не могла понять, что таится в них… Сдерживаемый интерес? Черты лица были острее, чем у Чонсока, но в то же время мягче, выдавая не волевую натуру, а более… Какую?

Он заметил, что она его внимательно рассматривает, и нахмурился:

– С моим лицом что-то не то? Испачкался?

– Нет, – поспешила ответить она и отвела взгляд. – Просто я не так много людей видела. Простите за назойливое внимание.

– Всё в порядке, – дружелюбно ответил он. – Я, кроме Эарендила, тоже эльфов не видел раньше никогда. Первое время, как сюда попал, только на них и смотрел. Так что я вас понимаю.

Они замолчали на какое-то время, задумчиво смотря на воду, а потом он спросил:

– И как?

Исалиэль удивленно на него посмотрела, ему пришлось расшифровать свой вопрос:

– Каков вердикт? Я красивый?

Она смутилась от его прямого вопроса, но ответила:

– Сложно сказать. Вы слишком необычны для меня.

Он рассмеялся. Так звонко, задорно, по-мальчишечьи, что Исалиэль широко улыбнулась, откликаясь душой на его лёгкость.

– Спасибо за искренность! Вы забавная!

– А я? – Вечер творил с ней чудеса. Исалиэль и сама не верила, что это спрашивает.

– Вы хотите честный ответ или просто, для самолюбия? – Он скосил на неё ставший хитрым взгляд.

– Честный, – сразу же ответила она. Чтобы потешить самолюбие, у неё был весь Дэйлор. К будущей Верховной жрице относились трепетно и почтительно, иного и не могло быть. В эту минуту хотелось настоящего, искреннего.

– Ваша внешность отличается от внешности других эльфийских женщин. Вы другая, это чувствуется.

– Звучит так, словно вы уклоняетесь от ответа, – разочарованно протянула Исалиэль.

– Возможно, – весело ответил он, блестя глазами, – но это то, что приходит на ум, когда я смотрю на вас.

Эльфийка погрузилась в задумчивость. Так и есть, она отличается. Единственная Таурендил в Дэйлоре. Избранница Миталар. Духовная опора и образец добродетели для всех эльфов. Их надежда. И от этого становилось грустно… Она хотела совершать глупости, быть порой безрассудной, влюбляться, разочаровываться и снова любить… Она хотела жить…

Океан молча принимал обращенный на него взор и впитывал её разрастающееся отчаяние и одиночество.

– О чем грустите здесь? – спросил её этот странный человек.

– О любви, – тихим шелестом вылетело у неё.

– О какой? Прошлой? Настоящей? Будущей?

– Несуществующей, – с горькой иронией ответила она.

– Это глупо, – промолвил он.

– А вы? – Обернулась к нему Исалиэль, вдруг понимая, что и он слишком задумчив.

– Так же. О несуществующей.

– Это глупо, – повторила она, и мужчина улыбнулся.

– Дарий, – представился он, снова оборачиваясь к ней и протягивая руку.

– Лиэль, – улыбнулась она и вложила свою маленькую ладонь в его руку. Мимолетное прикосновение сделало их улыбки радостнее и менее скованными.

Погода испортилась: небо потемнело раньше срока, упали первые капли. Исалиэль с сожалением подумала, что теперь нужно вернуться. Причин остаться на берегу не было.

Дарий смотрел на неё и с тоской представлял дальнейший вечер в одиночестве. Как некстати был этот проклятый дождь. А ведь они могли ещё поговорить.

Капли стали бить сильнее, оставляя влажные следы на одежды. Неловкость, зависшая между эльфийкой и человеком, стала осязаемой. Раскаты грома сотрясли небо и заставили вздрогнуть обоих.

– Бежим, я знаю, где можно укрыться, – перекрикивая шум волнующегося океана и порывистого ветра, неожиданно сказал Дарий и схватил её за руку, увлекая за собой.

Его горячая ладонь, бесцеремонно сжимающая её ладошку, вызывала у Исалиэль оцепенение. Никто не смеет касаться без разрешения будущую Верховную жрицу… Дарий на бегу обернулся, широко улыбаясь, и крикнул:

– Скорее!..

Дождь усилился. Ещё немного и платье намокнет, она не сможет не то чтобы бежать, идти толком не получится. Её рука решительно сжала его руку, Исалиэль побежала быстрее. Безумие разливалось по венам и опьяняло. Дарий снова обернулся и счастливо засмеялся. Ветер рванул его волосы и бросил на лицо. Некоторые пряди прилипли к уже намокшим под дождем щекам. Исалиэль рассмеялась в ответ, жадно вдыхая его свободу, впервые за всю свою жизнь чувствуя себя живой.

Дарий заскочил в небольшое углубление в скале и сразу же отпустил руку девушки.

– Ну и холодина, – весело проговорил маг, растирая свои плечи. – Ты вообще в легком платье, заболеешь ещё, сейчас…

Он выпустил на волю огненные сферы. Те стали плавно покачиваться и кружить вокруг них. Исалиэль замерла возле него, в восхищении смотря на переливающиеся оранжевые шары.

– Какие красивые, – выдохнула она, а с лица Дария медленно сползла улыбка. В её больших красивых глазах отражалось его пламя.

– Очень, – сказал он, но, кажется, совсем другое имея в виду.

Он тряхнул головой, вынуждая себя отвести взгляд. Это сестра Эарендила. Неприятности ему ни к чему.

Исалиэль протянула руку, собираясь дотронуться до ближайшего шара, Дарий вовремя поймал её руку, удерживая.

– Глупышка, это огонь! Обожжёшься! – воскликнул он.

Она перевела на него взгляд, снова рассматривая его. Где-то в отголосках здравого смысла возникла мысль, что её руку Дарий так и не отпустил. Возникла и погасла. Его близость почему-то волновала. Вдруг захотелось, чтобы он подтолкнул её к новому безумству. Снова заставил почувствовать себя живой, смелой…

Её взгляд смущал. Дарий отвел глаза, но те, как назло, скользнули по её обнаженной коже шеи, груди и плечам… Мурашки на нежной коже выдали – Лиэль холодно.

– Ты замерзла, – хрипло проговорил он, не узнавая свой голос. А потом прокашлялся и сказал: – Могу поделиться мантией… Или обнять…

Девушка смущенно отвела взгляд и тихо ответила:

– Не нужно. Ваш огонь достаточно греет.

– Твой, – поправил её Дарий с улыбкой. – Мы уже не чужие друг другу. Как-никак в беду попали вместе.

Его легкость снова растопила её смущение. Исалиэль улыбнулась. Порыв ветра царапнул тело ознобом, девушка обняла себя руками. Дарий мысленно воздал хвалу Создателю, что под мантией у него вполне приличная майка и штаны, и стал расстёгивать пуговицы. Исалиэль зачарованно следила за его ловкими движениями пальцев и стремительно заливалась краской. И всё же возражать не стала. Взгляд отвести не смогла.

Дарий всячески гнал от себя интимность момента и запрещал себе даже думать в подобном направлении. Сестра Эарендила. Принцесса. К тому же явно неискушенная в любовных делах, а таких он избегал особенно. Им нужны были обещания, любовь, клятвы и вместе-навсегда. Им нужен был возлюбленный, а не любовник на несколько ночей… Черт. Вот опять думает не о том. Лиэль просто холодно.

Тяжелый предмет одежды опустился на плечи. Чужое тепло, которое хранила мантия, вызвало у Исалиэль трепет. Легкий запах хвои, смешанной с лимоном, добавили искорок в разливающееся по телу волнение. Она узнала этот аромат, так пахнет мыло, которое делают эльфийки на нижних этажах. К этому запаху примешивалось что-то ещё, едва ощутимое, но такое влекущее.

– Так лучше? – спросил Дарий, обходя её и поправляя мантию.

– Лучше, – эхом повторила она.