Эмили Ли – По ту сторону барьера 3 (страница 36)

Фенрис одобрительно усмехнулся. Поведение отца было вполне разумным и очень подходило к тому, что Фенрис помнил о нем, поэтому был рад, что не разочаровался.

– А в остальном, город и город, – продолжила Тэруми. – Живут, торгуют, работают в садах, конюшнях, казармах и так далее. О! Кстати, я тут приметила нашего эльфа Натаниэля. Похоже, этот эльф – кто-то из высших чинов, приближенных к Аркуэну. А к нам в сопровождение был приставлен прошлый раз под видом слуги, как раз для предотвращения возможных инцидентов. Сейчас, я так понимаю, с нами Магистр, вот нашего сопровождающего и вернули к привычной работе.

Лайя хмыкнула.

– Оно и так понятно было. Его эльфы слушались, да и сражался он гораздо лучше остальных…

Фенрис коснулся её подбородка пальцами и повернул к себе, вынуждая посмотреть на него.

– Предложение матери отправить тебя в Изиму мне с каждой минутой нравится всё больше.

Лайя засмеялась и обвила его шею руками.

– Я люблю только одного эльфа. – Губы оставили на его губах звонкий поцелуй.

Тэруми возмущенно воскликнула и пригрозила им кулаком, чтобы не смели разводить сейчас нежности при всех.

– Как прошел разговор с родителями? – вспомнила вдруг Лайя.

– Ожидаемо, – только и сказал Фенрис.

Выспрашивать ничего не стали. По лицу эльфа и так было понятно, что ничего хорошего он там не услышал, а появившаяся отстраненность была только подтверждением.

– Ведьмочка, ты жена Магистра, как ты могла украсть еду? – решила развеять повисшую тяжелую паузу Тэруми.

Лайя только хотела возмутиться, как наткнулась на ставшие большими, умоляющими глаза Чонсока, и ответила:

– Очень есть хотела, а эльфы ничего не понимали, вот и подговорила Чона…

– Амэнэ? И ты согласился?!

Чонсок был очень серьезен:

– Всё произошло так быстро, я не успел сориентироваться. – Тэруми чуяла его вранье и скептически уставилась на него. – Ладно, украсть у вора или врага – не преступление, – обреченно выдохнув, признался он. – Это было моей идеей. Зато было весело. И давайте уже есть, – увел Чон разговор в сторону, – у нас есть вино…

– С этого надо было и начинать! – воскликнула Тэруми. – Угрюмый! Наш выход!

Чонсок захотел выхватить бутылку, но ловкая танэри уже прижимала её к себе.

– Ведьмочка, подвинься! – Она бесцеремонно уселась рядом с Фенрисом и отдала ему заветный бутыль. – Охлади пока, а я сейчас кружки найду. Вы же взяли кружки?

Ей никто не ответил. Тэруми обвела их ошеломленные от её наглости лица и совершенно искренне спросила:

– Что?

Ответили ей дружным смехом.

***

Дарий словно попал в свой худший кошмар юности: кругом столько красивых женщин, а он никому из них не нравится. Выражения лиц эльфиек при виде него становилось настолько брезгливым и презрительным, что он первые разы взволнованно начинал осматривать себя, ища причины. Но всё было в порядке: одежда новая, красивая, сочеталась, не перепутана и не одета наизнанку. Лицо тоже ничем не измазано и не изуродовано. Но когда понял, что на него так же реагируют и мужчины, то догадался, что дело в чем-то более глобальном. Может в том, что он… человек? Дарий фыркнул и скривился. Уж простите… Расу не выбирают.

Он бродил по бесконечным коридорам дворца, полагаясь на интуицию, желая выйти к океану. Эарендил вроде как сказал, что покидать комнату и дворец, если недалеко, то можно. Правда, когда он спросил про океан, эльф ответил спустя заминку, словно не хотел, чтобы он туда шел. Идти туда вопреки, Дарий не то чтобы горел желанием, но когда ещё он сможет побывать на побережье? Почти для всех иллинуйцев это недостижимая мечта. Вот бы потом своим ребятам рассказать… И сразу вспомнилась леди Ивори. Как она там? Кого выбрала себе новым кайнарис? В уме стали перебираться ищейки Башни, которые могли бы подойти на эту роль. Спустя минут десять Дарий себя остановил. Какая глупость. Инквизитор всё равно никогда не узнает его умозаключений насчет будущего кандидата.

При виде него несколько девушек с корзинами в руках замерли, а потом резко свернули, уходя в другое ответвление коридора. Дарий проводил их взглядом. Холодная красота клана Эарендила его не так привлекала – они ему напоминали об одном эльфе, которого лучше бы не существовало вовсе. А вот эльфийки с золотистыми волосами… потрясающие. Он вдруг подумал, что темноволосых-то здесь нет, точнее, только одна, та принцесса, сестра Эарендила. Она вообще как-то отличалось от остальных, тех, кого он встретил уже. Может всё дело в том, что она кто-то типа аристократки?

Неожиданный порыв ветра принес прохладу, и Дарий тут же направился в ту сторону. Он оказался на небольшой открытой площадке, густо увитой растением, название которому не знал. Нежные розовые лепестки со рваными краями источали тяжелый сладкий аромат. Если просидеть здесь чуть дольше положенного, головная боль обеспечена, подумалось вдруг. И всё же он поспешил к виднеющимся перилам.

Сзади донеслись голоса. Дарий на всякий случай спрятался за одной из колонн, что служили опорой, находящейся выше площадки. На его площадку вышли две эльфийки в сопровождении высокого эльфа. Одну из девушек узнал. Имя только не запомнил. Впрочем, того факта, что это сестра Эарендила, было достаточно, чтобы отвернуться, но… Её черные волосы мягкими волнами струились по плечам и спине и манили к себе прикоснуться. Лазурные глаза ярко сияли каким-то особым внутренним светом. Казалось, её взгляд – это благословение. А какие у неё плавные изгибы стройного, почти хрупкого тела? Дарий мысленно представил её без одежды… Ох, у эльфиек определенно есть особый шарм, к которому ему бы хотелось прикоснуться. Взор снова скользнул к её лицу и замер на губах… Интересно, если поцеловать, то те будут сладкими, мягкими, нежными? Или?..

Эльфы вели негромкие, судя по интонации, светские беседы. Когда говорила принцесса – так он себе мысленно её окрестил, – слушатели внимали с каким-то особым… почтением, что ли… Дарий же вслушивался в их речи, пытаясь распознать хоть какое-то знакомое слово, и продолжал без зазрения совести любоваться как самой принцессой, так и её золотоволосой компаньонкой.

Долго пользоваться своим укрытием и подсматривать не вышло. Почувствовав внимание, черноволосая эльфийка обернулась. Дарий тут же спрятался и вжался в колонну. Говорить хоть с кем-то был не готов. Да и было подозрение, что ничем хорошим это не закончится.

Дождавшись, пока эльфы скроются из виду, Дарий подошел к краю площадки. Как истинный маг огня, он недолюбливал воду – хотя догадывался, что это не он сам испытывает неприязнь, а его магия, как бы абсурдно это ни звучало. Однако не признать не мог: простор и мощь раскинувшегося перед ним водного пространства впечатляла. Завистливо мелькнула мысль: магия Эарендила здесь всегда сыта.

Ветер донес отголоски смеха. Как и в прошлые разы, окружающий его мир стал размытым, концентрируясь на бегущей по берегу девушке, чьи яркие рыжие волосы подбрасывал ветер. Хотелось увидеть её ближе. Дарий быстрым шагом направился дальше, ведь внизу есть ещё балкон. Как перешел на бег, не заметил.

Он вцепился в перила и смотрел, как Лайя хохочет, а имперец что-то ей говорит и пытается увести дальше. Платье, которое она сжимала в руках, чтобы не путалось, оголяло её лодыжки с цепочкой рун по бокам. Дарий почти не мог дышать: ничего более сексуального в его жизни не было. Имперец снова коснулся её руки, уже настойчивее, увлекая за собой. Лайя, продолжая заливисто хохотать, всё же поддалась и понеслась следом. Восхищение смешалось с дикой ревностью. Кто-то мог касаться её обнаженной руки вот так открыто, кто-то вызывал у неё смех, кто-то в эту минуту рядом.

Настойчивый голос, повторяющий имя Исалиэль, выдернул его из мучительных эмоций. Дарий посмотрел вниз. На балконе, уровнем ниже, стояла та черноволосая эльфийка и неотрывно смотрела в сторону, куда скрылась его рыжая ведьма и имперец. Тонкие, нежные пальцы принцессы с силой впивались в камень перил. Так же, как недавно делал и сам Дарий. Девушку снова позвали, и ей пришлось повернуться. Перед тем как уйти, она обернулась, замирая взглядом на том месте, где недавно была парочка.

До самой темноты Дарий бродил по дворцу, находясь в каком-то оцепенении. Увиденное снова выбило у него под ногами почву. Чувство несправедливости и ревность выжигали всё внутри. Ему уже не было дела до красивых эльфиек, до величия океана, до прошлого, в котором он оставил важных для себя людей. Мир снова стал заключаться в одной лишь девушке, которая, как в дружбе, так и в любви, никогда не была его.

***

Лайя проснулась от прохладного ветерка и стала сонно водить рукой по кровати в поисках Фенриса. А когда поняла, что его нет рядом, то распахнула глаза. Она осмотрела комнату и увидела приоткрытую дверь на балкон. Надев примеченный ранее большой пушистый халат, Лайя вышла на балкон. Босые ноги зябко поежились от холода напольной плитки. Новый порыв ветра взмыл её волосы вверх, и девушка втянула голову в плечи и плотнее укуталась в ткань одежды.

Ночь была безлунной, но силуэт Фенриса внизу она всё же разглядела. Он стоял на большом камне и смотрел на волны, которые с шумом выбрасывались на берег. Его одинокая фигура казалась хрупкой и беспомощной перед силой разбушевавшейся стихии.