Эмили Ли – Дорога жизни. Книга 1 (страница 46)
— Зачем? — удивился Чонсок.
— Да, зачем это? — насторожился и танэри.
— Хочу поговорить с ним наедине, — опять задумчиво рассматривая танэри, произнесла Лайя. Видя, что оба азура ещё больше напряглись, добавила, обращаясь в первую очередь к воину: — Я ничего ему не сделаю. Просто поговорю. Никакой магии. Обещаю…
Чонсок бросил обеспокоенный взгляд на друга, но послушался. Лайя дождалась, когда дверь закроется, сделала шаг к танэри, он попятился назад.
— Что ты удумала? — предупреждающе начал азур.
— Тэмин, значит… Как я могла быть настолько слепа… Почему не слушала собственную интуицию… — Лайя снова сделала шаг навстречу. — Тэмин… Как же…
— Ты вчера ударилась, что ль? Или танцы вызвали помутнение разума?
— Девушка… видно же… как можно было думать иначе…
— Ты… это… о чем? Ну да, внешность у меня странная, но это не значит, что можно вот так меня оскорблять!
— Сними рубашку!
Танэри сильнее прижал к себе одежду и на всякий случай отпрыгнул вглубь комнаты.
— Ещё чего! Извращенка!
— Если ты мужчина, то почему не снять рубашку?
— Выметайся из моей комнаты! — вместо ответа зло воскликнул азур.
Улыбка Лайи стала коварной.
— Не хочешь по-хорошему, раздену сама!
Лайя метнулась к нему, танэри ловко увернулся, на ходу оттолкнул и бросился к двери. Лайя была готова к такому маневру и перехватила за руку, резко рванула на себя. Завязалась драка, где азур по-настоящему несколько раз ударил её, чем вызвал новую вспышку убежденности в своей правоте.
На шум прибежали воин и эльф. Распахнувшаяся дверь на доли секунды отвлекла танэри, чем сразу и воспользовалась Лайя, рванув со всей возможной силы рубашку Тэмина. Пуговицы отлетели в разные стороны, демонстрируя плотную повязку на груди, которая стягивала тело, делая женские округлости менее приметными под свободной одеждой.
— Девушка! — гордо сообщила Лайя.
Тэмин, точнее, та, кто скрывалась под этим именем, развернулась и отвесила Лайе пощечину. Воцарившаяся тишина нарушалась лишь тяжелым дыханием. Лайя схватилась за полыхающую щеку и смотрела на азурианку с чувством превосходства. Фенрис же несколько раз шокированно моргнул и медленно перевел взгляд на стянутую грудь танэри. Чонсок пришел в себя первый и устало проговорил:
— Тэруми, они всё равно бы догадались. Я же говорил, такая себе была идея…
Взгляд эльфа скользнул ниже, останавливаясь на том месте, где у мужчин должно быть… Тэруми поспешила прикрыть частично обнаженное тело рубашкой, отвернулась от мужчин и воскликнула:
— Убирайтесь из моей комнаты! Все!
Чонсок подтолкнул изумленного эльфа на выход. Лайя пошла следом, уже у самой двери её окликнули:
— Подожди.
Лайя обернулась.
Злость уже слетела с Тэруми, девушка плюхнулась на кровать и буркнула:
— Зайди и дверь закрой.
Лайя послушалась, а потом остановилась и молча разглядывала Тэруми. Та смотрела в ответ, ожидая вопросов, но их не было.
— Как догадалась? — спросила тогда танэри. — Столько времени нормально же всё было.
— Когда коснулась тебя, чтобы лечить. Твоя энергия. Она женская…
— Ясно, — недовольно произнесла Тэруми.
— К чему этот фарс?
— Богатый азур, путешествующий со своим слугой-мальчишкой, смотрится менее подозрительно, чем путешествующий с девушкой.
Возразить было нечего. Лайя подошла и села рядом, уставилась на противоположную стену.
— Ты ведьма, — Лайя не спрашивала, а утверждала.
— Нет, — резко отрезала Тэруми, а затем горько усмехнулась, иронично добавила: — От ведьмы у меня только проклятые руны на ногах.
Тэруми приподняла штаны, оголяя ноги до колена. Лайя увидела такую же цепочку рун, как и у неё самой.
— Но…
— Но никто в нашей стране не станет слушать, что у меня нет магии. Просто убьют, и всё. Заодно и всех, кто знает мой секрет.
Тишина воцарилась надолго.
— Не думала, что такое возможно, ты же азурианка… — прошептала Лайя, спустя время.
— У меня мать иллинуйкой была, ведьмой, вот и наградила смертельным подарочком…
— Камень у тебя на шее, что защищает от магии, — задумчиво проговорила Лайя. — Всё складывается… Такой могла сделать только ведьма. Древняя магия на нем не может принадлежать магу.
И снова воцарилась тишина.
Лайя хотела уже уходить, как Тэруми засмеялась и толкнула её.
— О чем твоя рыжая голова думала, когда рванула с меня рубашку? На ночь я повязку снимаю обычно. Вчера перепила, поэтому так и увалилась спать. Вот бы твой эльф заценил мои прелести! — стала глумиться Тэруми. — А посмотреть есть на что. Грудь хоть и небольшая, но есть. А ещё есть шикарный дракон!
Танэри скинула с себя рубашку и чуть повернулась. Спереди тело украшала татуировка дракона. Голова нарисованного существа покоилась на плече, длинное тело изгибалось, не касаясь груди, и уходило вниз, а остроконечный хвост скрывался в недрах штанов. Заметив интерес Лайи, Тэруми подмигнула.
— Где заканчивается хвост, не покажу, — засмеялась танэри и толкнула Лайю. — Иди, сейчас приведу себя в порядок и спущусь. И смотрите, всё не съешьте!
Лайя спустилась. Чонсок сразу подскочил, а увидев одну только её, дернулся к лестнице.
— С ней всё в порядке, — поспешила сказать Лайя, немного обижаясь на его реакцию. Кем он всё-таки её возомнил? Вроде же как выяснили все. Да и сама Тэруми с отметинами ведьмы, можно было и поспокойнее относиться к магическому сообществу. — Сейчас оденется и спустится.
Чонсок вернулся на место и продолжил бросать тревожные взгляды на второй этаж. Лайя мельком глянула на эльфа, тот пребывал во всё ещё легком недоумении. Она чуть усмехнулась и снова поставила греться воду, понимая, что всё остыло, а мужчины об этом не побеспокоились.
Тэруми спустилась уже в привычном задорном расположении духа. Одежду в этот раз выбрала менее просторную, и грудь явно не прятала, потому что та уже угадывалась. Да и штаны теперь плотно облегали ноги, не оставляя сомнений о принадлежности к женскому полу.
— О, не ели! Молодцы! — похвалила их танэри, подходя ближе. — Фенрис, прекрати меня рассматривать, у меня снизу ничего не вырастет, а сверху ничего не убудет! Просто признай, что ты не такой уже талантливый кайнарис, раз ведьма раскусила правду первее тебя.
Фенрис опомнился и скривился, бросая на неё обжигающий холодом взгляд. Пожелание смерти не нужно было произносить вслух, оно было отраженно в его синих глазах.
Лайя расставила кружки, налила чая, отвлекая спутников на более приятные моменты. Еда принесла умиротворение и снизила возникший ранее градус напряжения.
— Не думала, что в танэри берут девушек, — произнесла позже Лайя, сыто откидываясь на спинку стула.
— В танэри берут, в гвардецы — нет, — ответила Тэруми и потом усмехнулась, добавляя: — В гвардейцы берут рослых лбов без мозгов. Хотя и то верно, зачем они им? Сила есть — ума не надо!
— Тэруми! — сердито воскликнул Чонсок.
Она состроила невинное лицо, похлопала глазами и пожала плечами, изображая раскаяние.
— Это ты сейчас так о Чонсоке? — предположила Лайя.
— Спасибо, Лайя, — скептически произнес Чонсок, и Лайя пристыженно закрыла рот рукой, понимая, как сейчас глупо и обидно прозвучал её вопрос с учетом замечания Тэруми.
Тэруми захохотала, а потом сказала:
— Нет, ты что… Чонсок — гвардеец… Было бы забавно… Но… нет!
— Танэри и гвардейцы, — пояснил вдруг воин, словно оправдывая сказанное ранее Тэруми, — это две военные составляющие нашей армии. И они не всегда ладят друг с другом в… обычной жизни.