Эмили Гунн – Пленница Повелителя Василисков (страница 4)

- Мы согласны на бессмертие! - предложила я компромисс за всех нас. - Если после обессмерчивания вы нас отпустите.

Шипение, назойливо давящее со всех сторон разом прекратилось. Аж уши заложило! Так бывает, когда ты привык к шуму какой-то гундозящей аппаратуры настолько, что уже не замечаешь его. И только когда ее отключают, понимаешь, как же здорово вернуться в тишину!

Однако опустившимся покоем нам насладиться не дали. Потому-то негодующий шелест придворных василисков внезапно сменился заливистым смехом Адиллатисса. С хриплыми нотками, щекочущими самые чувствительные клеточки на теле, этот смех воздействовал на мой запутавшийся организм даже ярче, чем внешность шикарного Повелителя.

Поданные ошеломленно разинули рты. Их Повелитель явно не так часто баловал подчиненных хорошим настроением. А тут он вдруг изволил смеяться! Громко, зычно.

- А что? – отсмеявшись, спросил Адиллатисс у опешивших подчиненных. – Это выход.

- Оставишь им жизнь? – растерянно спросил тот же черноокий брюнет, который до этих самых слов казался мне даже симпатичным.

- А ты бы обратил в камень такую красотку? – усмехнулся правитель Василисков, вызвав новый прилив крови к моим щекам.

- Почему нет? – оглядел меня брюнет оценивающим взглядом. – Неплохо бы смотрелась в моем саду. Как раз подбирал подходящую статую в одну из беседок.

- Обойдешься! - вскинула я голову, в безнадежной попытке распылить взглядом самого брюнета. – Поищи себе камушков в другом месте.

"Терять-то явно уже нечего. А так, может, как к равным отнесутся", - решила я.

- Дерз-з-зкая! Мне нравится, - плотоядно улыбнулся Повелитель.

И на миг мне почудилось, что он облизнулся. Точно почудилось! Потому что язык мне привиделся раздвоенным на конце. Но я могу и ошибаться. Потому что, если насмешливую ухмылку Адиллатисса я еще терпела, не растаяв в лужу у его ног, то от обворожительной улыбки василиска мне реально поплохело!

Глава 3.

- Вы, наверно, не расслышали, - вовремя очухался мой Алекс, сообразив, что тут двое хищников решают, превратить ли его девушку в камень или сожрать пока свеженькая. – Но я спрашивал о праве иноземцев на безопасность.

- Ш-в-сс-шш, - зароптали приближенные Повелителя.

По-видимому, моя наглость сходила с рук лишь благодаря некой заинтересованности Адиллатисса. Которая, очевидно, смущала не меня одну, но и была заметна окружающим. И наверное, я тоже интуитивно полагалась на это. Иначе просто не могу ничем объяснить свою храбрость. Разве что самой стрессовой ситуацией... Которая с трудом укладывалась в рамки логики.

- Имя? – в пренебрежительной брезгливости дернулась верхняя губа Повелителя Василисков, когда он обернулся к Алексу.

- Алекс. Александр, - с гордостью произнес тот.

- Вс-шш-ш-с! – еще громче зашипели василиски. - Немыслимо!!! Ш-Ш-с..

Я что-то пропустила??

- Имя – настоящее. И начинающееся на великую букву, - проговорил брюнет, скорее размышляя вслух, чем объясняя происходящее нам. – Да еще и со значимой «С»...

- Чего ты хочешь? – прервал его рассуждения Адиллатисс, видимо, решив, что этих сведений вполне достаточно для начала переговоров.

- Чтобы вы вернули нас в наш мир, - уверенно предъявил Алекс наши требования.

- Нет, - бескомпромиссно отрезал Повелитель Василисков.

- Тогда обеспечьте наше безопасное проживание на ваших землях, - потребовал Алекс так, словно знал наверняка, что имеет на это право.

- Ты и твои люди под моей защитой, - поразил нас Адиллатисс неожиданным подарком. – Амтомес, займись этим, - велел он тому самому брюнету, который теперь с испепеляющей ненавистью прожигал взглядом не только меня, но и Алекса.

Наверное, позволь Повелитель, и нас бы не просто в камни обратили, но еще и в мелкий песочек раздробили за нахальное поведение.

Но он не позволил. Вместо этого Адиллатисс хозяйским движением приобнял меня за талию, потащив за собой в противоположную от наших сторону. И вроде бы грубым был захват. А всё поведение Василиска крайне недопустимым, но моё тело вновь принялось подавать совершенно неуместные сигналы. Оставалось лишь надеяться, что не все заметили, как затвердели мои соски, наотрез отказывающиеся перестать призывно тянуться к наглым пальцам Адиллатисса. А они у него так и норовили случайно задеть мои предательские горошины, с любопытством торчащие сквозь тонкую ткань блузки.

- Куда ее ведут?! – воскликнула вдруг разволновавшаяся Ритка. Но почему-то мне показалось, что ответ «убивать» понравился бы ей больше того, который дал Повелитель Василисков:

- Себе я забираю только девочку, - спокойно так, с ленцой. - Амтомес, и не забудь разъяснить этим дикарям, как им положено вести себя.

- Что значит, забираете? – задела все же Алекса постановка вопроса. – Лиззи моя девушка! И она...-

"Аа, вспомнил всё же", - отметила про себя.

- Уже нет, - оборвал его Адиллатисс, продолжавший как и в чем не бывало прижимать меня к себе. – Ты сказал свои условия, иномирец. Я их принял. Тебе и твоим людям выделят жилье и средства на первое время. Девочка – выбрана мной в качестве дани.

- Но я не его собственность! – подала голос, в тщетных попытках высвободиться из крепкого захвата мускулистой руки. – Алекс не может распоряжаться мной как вздумается. А тем более обменивать! Он мне не хозяин! У нас нет такого! – перешла я почти на визг, не добившись реакции от Адиллатисса, продолжавшего сверлить моего всего-лишь-парня выжидающим взглядом.

- Что будет, если этот вариант соглашения нам не подойдет? – спросил Алекс, игноря меня наравне с непробиваемым Василиском.

- Амтомас, почему стражники, нарушившие баланс миров, который они обязаны были защищать, всё еще живы? – по-видимому, решил Адиллатисс перещеголять Алекса в безразличии к окружающим.

И, надо признать, ему это удалось. Особенно, когда до нас дошел смысл сказанного Повелителем. Но, к своему ужасу, додумывать, как проводятся здесь казни, нам не пришлось. Ведь уже через секунду, вняв легкому кивку Амтомаса, воины, обеспечивающие охрану Повелителя, выступили вперед. И, неестественно сверкнув глазами, ринулись к скукожившимся в углу провинившимся.

Нам же снова заложило уши от зловещего шипения, разнесшегося под мраморными сводами. Несчастные приговоренные даже с места не сдвинулись. Так и остались стоять, согнувшись перед лицом неотвратимого. А еще через миг их кожа, стремительно покрываясь серым налетом, начала преобразовываться в твердый камень.

Паранормальность этого зрелища пугала чуть ли не сильнее, чем сам факт уничтожения чьей-то жизни. Да еще и таким изощренным способом.

Больше василискам дерзить не хотелось. Но это в любом случае не означает, что я готова молчать и...

- Я согласен на обмен, - изрек вдруг Алекс, перекрыв мне не только энтузиазм, но, казалось, и весь кислород. Да я едва не захлебнулась последним глотком воздуха, услышав такое!

- Согласен обменять МЕНЯ на свое безбедное существование?! – взвизгнула я, вырвавшись из каменного захвата.

Однако перехватив под грудь, Адиллатисс с легкостью закинул брыкающуюся меня себе на плечо:

- Слово сказано, - без особого проявления эмоций сообщил он во всеуслышание. Так, словно никакого другого решения Василиск от Алекса и не ожидал.

И, не обращая никакого внимания на мое отчаянное сопротивление, неторопливо прошествовал к широким дверям, ведущим в какой-то коридор.

Рассмотреть как следует, что меня ожидает в тех потёмках, не получалось. Во-первых, было не до того. А во-вторых, как бы я ни вытягивала шею, перед глазами в основном были крепкие округлости пятой точки Повелителя. «Мне бы так ягодичные мышцы накачать!» - пролетело в смятенном мозгу между воплями возмущения и клятвами, что я свободная женщина!

Лишь у самого выхода, я вспомнила оглянуться и проверить, кто же все таки из девочек свалился в обморок. Ей хоть помощь оказали?

Однако «ею», как ни странно, оказался Риткин качок. Дэн, отваливший в глубокий нокаут еще в самом начале переговоров, всё еще продолжал изображать массивную звездочку на мраморном полу. И оставался в бессознательном состоянии, не замечая злобных пинков своей возлюбленной половинки, присыпанных отборным матом. Я же решила не отставать от подруги и, как у нас с Риткой и повелось с детства, посостязалась с ней в смачных эпитетах. Но адресованных лично Повелителю наглых васильков!

- Ну и за каким Змеем тебе эта истеричка? – презрительно фыркнул рядом Амтомас, который, очевидно, был в дружеских с Адиллатиссом отношениях, раз ему позволялось тыкать своему правителю. – Только потому что девчонка белобрысая? Так ты бы сказал, что темненькими пресытился! Я б тебе дюжину таких светловолосых фурий из мира Вервольфов приволок!

- И развязал бы межгранную войну? – отверг Повелитель предложение услужливого друга. – Да и потом, светлые волчицы не поворотливы и холодны, что льдины.

- И с чего ты взял, что эта по-теплее? - нагнул Амтомас ко мне свое наглое лицо, мгновенно получив не зависящую от меня раздраженную ответку:

- Тебе вроде приказали расселением пришельцев заниматься! – огрызнулась я, взбешенная манерой, в какой эти типы обсуждают меня и женщин вообще. – Чего прохлаждаешься?

- Хаха, а сам-то не видишь? – смеясь, обратился Повелитель к другу. – Девочка просто огонь!

- То есть все же блондинки? – изумился Амтомас, пропустив мимо смуглых ушей мою поддевку. – А как же Аллесена? Я думал, ты ею доволен.