Эмили Гунн – Бракованная Землянка для Легенды (страница 45)

Её обращение ко мне подействовало лучше любой зарядочной подпитки!

Так тепло, так по-настоящему прозвучала эта ее «землячка».

Да, мы с Лаймой были именно землячками. А не просто землянками.

Только происходили из разных эр.

Ведь супруга командора Вайда родилась еще до апокалипсиса, постигшего нашу с ней родную планету.

Она получила условное бессмертие из-за свадьбы с имморталом Вайдом. Вот и прожила с ним на полях бескрайнего Инфинитрона уже «до кринжового долго», - как она сама это обозначила.

Но совсем не растеряла ни юношеского задора, ни молодости тела и духа, ни чувства юмора!

Я хотела улыбнуться Лайме или ответить что-то такое же доброе и прикольное, но тут – удар. Резкий, ослепляющий болевой спазм скрутил меня в муках.

Миг — и перед глазами замелькали болезненные мушки, системные коды, вспышки света. А вся моя кожа натянулась и зазудела, как трескающийся лёд!

Навыки, параметры, уровни — всё рвануло вверх, как перегруженное приложение. Рухнуло вниз строками, осыпающими меня мучительными судорогами.

"Ещё немного... - подхватил меня голос Лаймы, не давая разбиться вдребезги в этой куче трескучей боли. - Потерпи еще чуть-чуть, дорогая!» – прозвучал ее тембр уже напряжённее.

И снова оглушительный спазм. Настоящий. Как будто изнутри череп вскрывали горячим лезвием.

Меня согнуло дугой, руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Сердце забилось с такой силой, что казалось сейчас вырвется наружу. Я закричала, но голос утонул в абсолютной тишине. Ровной… чистой… Моей…

Да. Эта тишина была только моя. Без эмулятора, без контактов… всё… исчезло.

Осталась только я.

В глазах пропали искры, всё потемнело. И постепенно стало легче.

- Ты свободна, - тихо оповестил голос.

Говорила Лайма. Но уже без интерфейса, без искажений.

Я открыла глаза.

Потолок, диоды, дыхание ионизированных клапанов.

Мир по-прежнему был постиндустриальным, высокотехнологичным, но внутри я уже была другой. Я снова стала абсолютным… человеком.

- Как ты? – Квордор. Такой хмурый, такой сосредоточенный и такой родной сейчас! – У тебя выделяются слезы, Веснушка. Но эмоции я ощущаю совсем другие? – вопросительно говорит он, напряженным взором выискивая ответы на моем лице.

- Хорошо, всё в порядке, - оглядываю всех, кто в этом модуле стал моими избавителями. – Спасибо! Спасибо-спасибо! Никаких интерфейсов, пульсирующих иконок, виртуальных напоминаний! Ничего! Это так классно! Ой, - кажется, я хрюкнула от восторга. – Ой! Извините! Это я от счастья, извините!

Дальше мне уже не позволяют хрюкать о своей признательности. Квордор сметает меня с койки и чуть ли не душит в сумасшедших объятиях!

Глава 32.

- Сектор называется Ттейла 9, а сами жители тех мест называют его еще проще «Край без Ветра», - знакомит нас Ксандрих с тайным убежищем, которое он подобрал для нас с Квордором.

Мы с этим приятелем моего дреда так и продолжаем общаться через галактонет. Вживую наша встреча неосуществима.

Но связь на звездолете, стыбзенном у маршалов, отменная. Так что говорим с Ксандрихом без помех.

С Земли мы улетели на следующий же день после моего освобождения от эмулятора Игры.

Спасибо Лайме и Гермуну – они еще и корабль маршальский для нас подчистили. Влезли в систему кибербезопасности звездолета и удалили все следилки, которые могли бы быть навешаны на посудину. Да и в целом реновировали для нас звездолет.

- А почему он полосатый? – первое, что бросилось мне в глаза, когда меня подвели к обновленному звездолету.

- А это уже не ко мне, - хохотнул Гермун, наслаждаясь моей придушенной реакцией на белый звездолет с зелеными полосками! – Дизайном твой кровожадный воздыхатель занимался, - кивнул он на Квордора.

- Милый, можно тебя на минутку? – окликнула я того, не желая развлекать Гермуна нашей новой перебранкой.

Дред немного ошалел, услышав, как я к нему обратилась. Но всё равно подошел.

- Что-то не так? – мгновенно вычислил он моё настроение.

- Угу, - стрельнула я взглядом по звездолету, - у нашего космического корабля зеленушная хворь! Объяснишь, за что ты так с ним?

- Твою планету принято называть Зеленой, - привел Квордор любопытный аргумент.

- Верно. А это теперь что? Зеленый шершень? – хихикнула я, сознавая, что такой широкий жест со стороны альбхитарца нельзя оставить без достойного «спасибо».

Он же ради меня звездолет наградил зеленоватой краской!

- Это в честь Белого Альбхинтуса, спиралевидно обнимающего своим белоснежным хвостом Зеленую Землю, - провел Квордор длинными пальцами по корпусу корабля.

И на лице легендарного воина, внушающего ужас пяти галактикам, расползлась самодовольная улыбка.

- Оу, - часто-часто заморгала я. – Это… хм, поэтично! Спасибо, любимый!

- Он старался! - возник рядом Гермун и похлопал по плечу Квордора, скривившегося от подобной фамильярности. – Должен сказать, что я рад за вас, ребята! Особенно по той причине, что у вас теперь есть еще одна тема для дискуссий. Ну, помимо моей пятой латы! - и он разразился колючим смехом.

На том и простились.

И вот теперь летим в своем бело-зеленом звездолете и выбираем, где обосноваться.

Когда определимся, сообщим Гермуну координаты, чтобы вайдовцы могли доставить обещанное топливо туда.

Ксандрих предлагал несколько вариантов жилья. Но этот последний нам с Квордором показался самым перспективным.

- Планета маленькая, карликовая. С фиолетовыми зарослями и низким тяжёлым небом. Из неординарного - вертикальные атмосферные потоки, заменяющие ветер, привычный для большинства планет Пентады, - презентирует Ксандрих жилой сектор, в котором нам предлагается поселиться. – Звуки этих потоков можно слышать по ночам. И они воспринимаемы многими, как дыхание планеты.

- Что по политике и социуму? – как обычно задает Квордор грамотный вопрос.

- Это нейтральная зона. Не входящая ни в один Альянс, - держит его друг ответ. - Ни одна из галактических держав не претендует на её контроль: слишком далеко, слишком мало ресурсов, слишком-слишком-слишком… Но для тех, кто ищет уединение, покой и — самое главное — право на независимость, «Край без Ветра» может стать настоящим убежищем.

- А можно еще пространнее про поселения? – попросила я.

- На открытых платформах первые поселенцы воздвигли отдельные автономные и простые модули. Их называют «домодули», - перешел тогда Ксандрих к подробностям. – Солнц там три, и они еще слабее, чем на поясе Арктероида. Но их, повторяю, ТРИ! Так что холодов не опасайтесь. Основной вид потребляемой сектором энергии тоже солнечный, кстати. И там подтипы разные, батареями пользуются в зависимости от функциональности накопленной энергии. Но со временем вы и сами разбираться начнете. Пищу выращивают в капсулах питания, так как местная флора ни для одного вида антропоидных карбофагов в пищу не подходит, - Ксандрих сделал паузу, чтобы мы всю эту информацию утрамбовали в голове и продолжил говорить. – Самое базовое - там никто ни с кем не воюет. Нет коалиций и централизованной власти. Ни хрена нет, по сути. Все живут отшельниками, в отдельных персональных домодулях. Встречаются редко, в основном, чтобы социализировать детей, подростков. А также по редким торжествам и для того, чтобы молодежь отыскала партнеров сексуальных. Каждый знает свою четко очерченную зону и не лезет в чужую. Поселение это, нечто вроде скалы с прилипшими независимыми раковинами моллюсков. У каждого свой дом и никакой централизации или глобализации. Чуть что не так – срываешься с места в своей ракушке и был таков.

- Нам подходит, - переглянувшись со мной, принял Квордор предложение приятеля.

- Отлично. Поквитаешься с маршалами, звякни, - улыбнулся Ксандрих. – Дам тебе координаты неформального рая.

Глава 33.

Станция маршалов.

ОН вломился в центральный модуль без стука.

Плотная дверь, усиленная форс-полем, вспыхнула ядовито-розовым. Треснула и отлетела вбок, словно крышка консервной банки.

Внутри зиял холодом просторный, бездушный зал управления. Тонкие световые нити отсеков, парящие в воздухе голо-интерфейсы и ОНИ. Чёрные кресла. ЦЕЛЬ.

Комфортные реклайнеры, в которых вальяжно развалились шесть маршалов.

Их лица были спокойны. А выражения в их едва заметных складках застыли всё те же, что и сотни лет назад – скучающие и надменные.

Их пальцы лениво перебирали графики чужих страданий. На экранах шла живая трансляция с Земли. Игры продолжались.

Шоу.

Без начала и конца.

ОН стоял у входа.