Эмили Гунис – Потерянный ребенок (страница 12)

Харви знал, что детектив Патерсон следил за ним, изучал, как он реагирует на его вопросы. Скорее всего, тот уже просмотрел его досье и, быть может, даже знал о том, как Харви был задержан на сутки в возрасте пятнадцати лет – в ночь, когда умерли родители Ребекки, – и выпущен с вынесением официального предупреждения. Словно он был каким-то преступником, когда на самом деле он не сделал ничего плохого.

– Той ночью кто-то стоял у двери, Харви. Я помню, как отец с кем-то разговаривал. Сначала я думала, что это ты, что ты пришел за мной.

Голос Ребекки дрожал, когда она вспоминала о событиях той ночи спустя несколько месяцев после переезда к нему и его отцу.

– Но ты же сказала, что, когда ты спустилась вниз и нашла родителей, рядом никого не было, – говорил он Ребекке, беспокоясь о нанесенной ей той ночью травме. – Кто же это мог быть?

– Не знаю, наверное, мне и правда показалось, – отвечала она. Харви пытался обнять ее и утешить, но, как и всегда, она отшатывалась. – Ты мне не веришь, Харви.

Ее зеленые глаза наполнялись слезами, и он начинал отчаянно искать правильные слова.

– Конечно же, я тебе верю, просто не знаю, как тебя утешить, – отвечал он, обдумывая каждое слово. – Ты все время расстроена… Как будто ты винишь меня за то, что я не был тогда рядом.

Харви видел, как сильно она изменилась после той ночи, замкнулась в себе и больше не обращалась к нему за поддержкой. Что бы он ни говорил, он никак не мог до нее достучаться и вернуть себе прежнюю Ребекку.

Очнувшись от своих раздумий, Харви мельком взглянул в коридор и попытался расслышать, о чем детектив Галт говорила по телефону. «Хорошо… выполним… сейчас у отца Джессики». Детектив была невысокой и миловидной, с темными волосами до плеч и темно-карими глазами; казалось, она чувствовала, что Харви за ней следит, и отводила взгляд всякий раз, когда он смотрел на нее слишком пристально.

Детектив Патерсон задал свой вопрос еще раз.

– Мистер Робертс, возможно, у вас есть хоть какие-то предположения касательно того, где могла бы находиться ваша дочь?

Харви снова посмотрел на детектива Патерсона и понял, что, ожидая собственного ответа, задержал дыхание. Казалось, все его чувства обострились. От света зимнего солнца, проникающего сквозь окна гостиной, у него заболели глаза, часы в коридоре тикали как будто громче обычного, жжение от изжоги разлилось по животу. Любая мелочь вдруг стала причинять Харви боль, от которой изнывало все его тело.

– Вы пробовали говорить с ее матерью? Ребеккой Уотерхаус?

– Да, мы связались с доктором Уотерхаус. Полагаю, с ней сейчас офицер по связям с семьей.

– Честно говоря, Джессика с самого своего рождения находилась под моей опекой. Я не хочу видеть здесь Ребекку, это все лишь усложнит.

– Хорошо, мистер Робертс, но я должен сказать вам, что мы планируем провести пресс-конференцию в обеденное время в случае, если к тому моменту мы еще не найдем Джессику. Мы считаем, что было бы неплохо, если бы вы записали обращение вместе с ее матерью.

– Это исключено! – рявкнул Харви. – Об этом не может быть и речи. Тем более что ее появление только сильнее расстроит Джесси.

– Полагаю, в данный момент отношения между Джессикой и Ребеккой скорее натянутые?

– Можно и так сказать. Пару дней назад Джесси приходила к ней в гости, а после их встречи была очень расстроена. Не удивлюсь, если именно это все спровоцировало.

Детектив Патерсон медленно кивнул и записал что-то в своем блокноте.

– Не могли бы вы рассказать нам, что именно вам сказала Джесси о встрече с матерью?

Харви тяжело вздохнул.

– Увы, нет. Два года назад умерла моя жена, Лиз, мачеха Джесси, и Джесси было крайне нелегко справиться с этой утратой. Они были очень близки. Думаю, в тот момент, когда подходили ее сроки, Джесси как раз пыталась заполнить чем-то эту пустоту в сердце. Только вот встреча, как и всегда, прошла не очень хорошо.

– Что вы имеете в виду? – детектив Патерсон широко раскрыл глаза.

– Да не знаю я! Спросите Ребекку, – вспылил Харви.

– Мы непременно спросим, мистер Робертс. Я понимаю, что вы переживаете, мы все очень обеспокоены сложившейся ситуацией, но нам нужно собрать как можно больше информации, чтобы попытаться выяснить, что происходит с Джессикой, и найти ее.

– Что происходит с Джессикой… Ее жизнь похожа на ад, вот что. Она потеряла женщину, которая о ней с младенчества заботилась, она только что прошла через тяжелые роды, а ее парень в командировке, да еще она несколько суток не спала. – Харви почувствовал, как у него горит лицо, и все же продолжил. – Джесси насильно принуждали кормить грудью, пока ее девочка голодала. Когда я уходил, у нее начинался ступор, но меня никто не слушал. У Ребекки, ее биологической матери, было то же самое после родов. Но им просто дали выйти на улицу посреди бела дня. Сейчас ноябрь, черт возьми! Неужели у вас вообще нет идей о том, куда она могла пойти?

– Мистер Робертс, в данный момент полицейские изучают записи со всех камер наружного наблюдения. На последних кадрах, которые нам удалось найти, Джесси направляется к железнодорожному вокзалу Чичестера. Конечно же, логично предположить, что она села на поезд, но камеры не зафиксировали ее ни на одной из платформ, поэтому, скорее всего, это не так. И, разумеется, мы уже оповестили все железнодорожные вокзалы и автовокзалы, а также все сервисы заказа такси поблизости.

На этом детектив Патерсон попросил его извинить и ушел поговорить с детективом Галт. Недомолвки, переговоры – обычное дело в случае с полицией, подумал Харви. Вы рассказываете нам все, а взамен мы не говорим вам ничего.

Он ясно представил, как Лиз сидит на подлокотнике дивана, сложив руки на коленях, неодобрительно покачивая головой. Она всегда так делала, когда Харви терял самообладание. Ее спокойный голос словно зазвучал у него за спиной: Они просто пытаются найти Джесси. Тебе нужно им помочь. Однако его жена почти никогда не имела дел с полицией; ее опыт общения с офицерами ограничивался штрафом за превышение скорости и выговором за справление нужды в переулке после ночного похода в бар. «Почему ты всегда так к ним враждебен?» – спрашивала она то и дело, пока Харви провожал хмурым взглядом очередного проходящего мимо легавого.

Наблюдая за детективом Галт и детективом Патерсоном, Харви будто снова оказывался в том ноябре 1960 года.

Детектив Патерсон вернулся в гостиную.

– Появились сведения, что женщину с ребенком, совпадающих по описанию с Джесси и Элизабет, заметил кто-то в центре Чичестера. Кроме того, возможно, ее видели на одной из платформ, когда она садилась на поезд до Лондона. – Он говорил с такой раздражающей медлительностью, словно у него садились батарейки, и Харви пришлось бороться с желанием дать ему пощечину, чтобы вернуть его к жизни. Действительно, куда же им спешить?

– Хорошо, вы уже отправили полицейских по этому следу? Я поеду в Чичестер, помогу с поисками, – сказал Харви, надевая ботинки.

– Полицейские ищут ее в Чичестере и досматривают поезда, идущие в Лондон. Мистер Робертс, я думаю, пока что вы нам больше поможете, если останетесь здесь и ответите на наши вопросы. – Харви вздохнул в ожидании, пока Патерсон продолжит. – На записях камер у больницы видно, что Джесси вышла в платье, но была ли у нее с собой какая-либо другая одежда, куртка или что-то в этом роде? Это помогло бы нам дополнить ее описание и не упустить ее при встрече. Также нам необходимо знать, что происходит сейчас в ее жизни – какие-либо проблемы с психикой, финансами, может, с ее партнером?

Слова детектива Патерсона звучали невнятно, будто бы пробивались откуда-то издалека. Харви смотрел на движение его губ, словно пытаясь расшифровать, что тот говорит, однако мысли его занимала лишь одна картина: Джесси, бредущая сквозь ледяную ноябрьскую вьюгу с его любимой внучкой на руках.

– Нам нужно связаться со всеми друзьями, родственниками и коллегами Джесси, до которых только получится дозвониться, желательно в ближайший час. Вдруг она вышла с кем-либо на связь или направляется к кому-либо из них…

– …В больнице нам сказали, что ее парень, Адам, сейчас в Нигерии, видимо, он как-то с ними связался. Завтра в полдень по нашему времени он вылетит в Хитроу, значит, здесь он будет не раньше семи вечера. Полагаю, задерживать ради него пресс-конференцию нет смысла. Помимо того, нам нужно осмотреть квартиру Джесси, проверить дневники, тетради, электронные письма, чтобы выяснить, с кем она была наиболее близка.

– Больше всего – с Лиз, – тихо произнес Харви. – Она похоронена на кладбище Шорхэма. Джесси иногда ходит ее навещать.

Харви мысленно вернулся в день похорон Лиз. В полной тишине они приехали на машине домой и заварили чай, едва ли представляя себе силу того горя, которое уже почти настигло их, словно огромный грохочущий состав, несущийся по рельсам.

– Хорошо, мы поручим кому-нибудь съездить туда и проверить. – Детектив Патерсон посмотрел на свою коллегу, та кивнула и вышла из комнаты. – Я понимаю, как вам сейчас тяжело, но нам нужно получить как можно больше сведений о Джессике…

– …Вы бы нам очень помогли, если бы отвезли детектива Галт в квартиру Джессики, поскольку мы с ней приехали в одной машине. Я поеду обратно в больницу и поговорю с командой, которая искала там. Мы понимаем, что ситуация не терпит отлагательств. Мне только что сообщили, что подготовка к пресс-конференции уже началась. Мы считаем, что вам очень важно лично обратиться к Джесси. Трансляция будет показана на всех новостных каналах.