Эмили Генри – Отпуск на двоих (страница 35)

– Вдохновлен и полон стремления выбраться из кровати.

– Ах ты бедняжка, – жалостливо простонала я. – Застрял в кровати с книгой – прямо личный ад какой-то! – пока я втираю тебе в спину мазь и приношу в постель идеальные завтрак и обед.

Алекс сделал Лицо Грустного Щеночка.

– Это нечестно! – воскликнула я. – Я же теперь даже защититься от этого твоего выражения не могу!

– Хорошо, – сказал он. – Я подожду, пока ты снова не сможешь наносить мне физические увечья без зазрений совести.

– Когда это вообще началось? – спросила я.

– Не знаю, – ответил он. – Спустя пару месяцев после Хорватии, наверное?

От одного этого слова – Хорватия – в моей груди словно взорвался фейерверк. Я честно попыталась сохранить лицо спокойным, но не уверена, что сильно в этом преуспела. Алекс тем временем не показывал ни малейшего признака дискомфорта.

– А известно, в чем причина? – спросила я, когда оправилась.

– Слишком много сутулюсь? – предположил Алекс. – Особенно когда читаю или работаю за компьютером. Мануальный терапевт сказал, что, кажется, у меня сокращаются мышцы бедер, и из-за этого начинаются проблемы с поясницей. Что-то такое, не знаю. А врач просто прописал мне миорелаксанты и ушел, прежде чем я успел задать ему хоть один вопрос.

– И часто это случается? – спросила я.

– Да нет, – ответил он. – Сейчас всего раз четвертый или пятый. Если я регулярно занимаюсь спортом, то происходит это реже. Видимо, сейчас дело было в том, что сначала я кучу времени сидел в самолете, потом в машине… Потом спал на этом раскладном кресле.

– Звучит логично.

Алекс немного помедлил.

– Ты в порядке?

– Наверное, я просто… – Я замолчала, не зная, как много я готова рассказать. – Я чувствую, что очень многое пропустила.

Он откинул голову на подушки, внимательно изучая меня взглядом.

– Я тоже.

Я невесело рассмеялась.

– Не то чтобы. Моя жизнь совершенно не изменилась.

– Это неправда. Ты подстриглась.

В этот раз мой смех был более искренним. На губах Алекса появилась тень улыбки.

– Ну, знаешь ли, – сказала я, отчаянно сражаясь с румянцем: взгляд Алекса сместился на мое голое плечо, а затем медленно скользнул вниз, к ладони, которая покоилась рядом с его коленом. – Я не завела себе дом и даже собственную посудомоечную машинку не купила. И вряд ли когда-нибудь смогу.

Алекс снова посмотрел мне в лицо, приподняв брови.

– Ты этого и не хочешь, – тихо сказал он.

– Наверное, ты прав, – согласилась я, хотя на самом деле не была так уж в этом уверена. В этом и проблема. Я больше не хотела того, чего привыкла хотеть, к чему всегда стремилась и ради чего изменила свою жизнь. Я все еще выплачивала студенческий заем за обучение в университете, который я так и не окончила. И хоть я и сэкономила полтора года оплаты за обучение, в последнее время я все чаще думала, действительно ли мне стоило уходить.

Я сбежала из Линфилда. Я сбежала из Чикагского университета. И, если быть до конца честной, я в каком-то роде и от Алекса сбежала, когда произошел наш хорватский инцидент. Он, конечно, тоже от меня сбежал, но не могу же я полностью переложить вину только на него.

Тогда я была в ужасе. Сбежала и оставила Алекса одного разгребать последствия.

– Помнишь, как мы ездили в Сан-Франциско и вечно повторяли: «Когда ты в Риме!..» – каждый раз, когда хотели что-нибудь купить? – спросила я.

– Возможно, – неуверенным голосом ответил Алекс. Полагаю, что на моем лице отразилось то, что я чувствовала, – полное крушение всяческих надежд, потому что Алекс тут же извиняющимся тоном добавил: – У меня не слишком-то хорошая память.

– Ага, – сказала я. – Звучит логично.

Он смущенно кашлянул.

– Хочешь что-нибудь посмотрим? Или ты собираешься еще погулять?

– Давай лучше что-нибудь посмотрим. Если я снова вернусь в музей искусств Палм-Спрингс, думаю, меня арестует ФБР.

– А что, ты украла что-то ценное? – поинтересовался Алекс.

– Узнаем, когда я навещу оценщика, – пошутила я. – Надеюсь, что этот Клод Моней был важной шишкой в мире искусства.

Алекс засмеялся, качая головой, но даже это слабое движение отозвалось в его спине болью.

– Черт, – пробормотал он. – Хватит уже меня смешить.

– Хватит считать, что я шучу, когда говорю об ограблении музея.

Алекс зажмурился и сжал губы, стараясь подавить смех. Через несколько секунд он снова открыл глаза.

– Ладно. Сейчас я схожу в туалет – надеюсь, что в последний раз на сегодня, – и приму еще одну таблетку. Ты пока можешь достать из моей сумки ноутбук и включить Нетфликс, если хочешь.

Он осторожно повернулся, спустил ноги на пол и встал.

– Договорились, – сказала я. – А вкладку с порносайтом мне оставить или закрыть?

– Поппи, – простонал он, не поворачивая ко мне головы. – Хватит шутить.

Я вскочила с кровати, нашла ноутбук Алекса и понесла его с собой к кровати, открывая на ходу.

Ноутбук он не выключил – просто закрыл крышку, так что, когда я пошевелила курсором, экран ожил. Дальше окна входа в учетную запись меня не пускало.

– Пароль? – крикнула я через дверь ванной.

– Фланнери О’Коннор! – крикнул он в ответ. Затем раздался звук смываемого унитаза, потом зашумел кран в раковине.

Я вбила пароль и увидела открытый интернет-браузер. Я даже сделать ничего не успела – мой взгляд просто упал на содержимое странички, прежде чем я успела все закрыть.

Сердце у меня забилось чаще.

Вода выключилась, и дверь ванной открылась.

Наверное, лучше было бы сделать вид, что я вовсе ничего не видела, но тут на меня что-то нашло. Часть моего мозга, которая отвечала за то, чтобы фильтровать вещи, которые не стоит произносить вслух, попросту отключилась.

– Ты пытаешься устроиться учителем в Беркли-Кэрролл?

Непонимание на его лице быстро сменилось чем-то, похожим на вину.

– А, ты об этом.

– Это Нью-Йорк, – сказала я.

– Да, именно это написано на сайте, – ответил Алекс.

– Город Нью-Йорк, – уточнила я.

– Что, тот самый Нью-Йорк? – убийственно серьезно пошутил он в ответ.

– Ты что, переезжаешь в Нью-Йорк?

Говорила я, скорее всего, громко, но сейчас в моей крови бурлило столько адреналина, а сердце так стучало в ушах, что все звуки доносились словно через слой ваты, превращая крик в приглушенный шум.

– Вряд ли, – сказал он. – Я просто увидел вакансию, вот и все.

– Но ты бы просто влюбился в Нью-Йорк, – сказала я. – Подумай только обо всех этих книжных магазинах.

Алекс едва различимо улыбнулся. Выглядел он одновременно довольным и почему-то печальным.

Он медленно опустился на кровать рядом со мной.