Эмили Дункан – Жестокие святые (страница 16)
– В Транавии не проводили Равалык уже несколько десятков лет. И иллюзия выбора намного хуже, чем просто жениться на случайной славке, с которой я встречался всего раз в жизни.
Надя провела пальцами по рукояти своего ворьена. И их тут же накрыла ладонь Малахии. Она хмуро посмотрела на него, а он покачал головой. Надя быстро отдернула руку. От его прикосновения по коже побежали мурашки.
Больше Надя ничего не услышала, потому что Малахия, стараясь не привлекать внимания, отполз назад. Она перекатилась в сторону и поднялась на ноги.
Как только они отошли на безопасное расстояние, транавиец провел пальцем по горлу. Стоило разорвать заклинание, а чарам развеяться, как он облегченно вздохнул. Надя невольно вздрогнула, когда чувства вновь обострились. Малахия развязал шарф и протянул ей.
– Кровь и кости, – пробормотал он. – Есть еще клирики, которые способны на подобное?
Надя пожала плечами:
– Я не слышала о других. Но это не означает, что я одна такая. Да и заклинание могло не сработать. Златек не любит сотрудничать.
Малахия склонил голову набок.
– Ты не слышал про бога молчания? У нас не так много молелен, посвященных ему. Кажется, одна находится в Тобальске.
Он покачал головой.
– Верно. Ты же транавиец.
Он слегка улыбнулся. И это была первая искренняя улыбка, которую она увидела у него на лице. Малахия даже стал выглядеть моложе и менее пугающим. Хотя вряд ли он был намного старше ее.
Юноша направился к церкви.
– Ты упустил отличную возможность убить наследника, – сказала она, следуя за ним под хруст снега.
– Убийство Верховного принца на территории Калязина приведет лишь к появлению новых транавийских войск, – ответил Малахия.
– Его смерть была бы на его совести, – пробормотала она. – Я не поняла, почему он возвращается домой…
Надя замолчала, когда Малахия нерешительно толкнул дверь в церковь и нахмурился.
Вокруг царила полная тишина.
– Мы отсутствовали не очень долго, – сказала Надя.
– Дело не в этом… – пробормотал он, а затем тихо выругался.
Вдруг он прижал к косяку два окровавленных пальца и свел брови от усердия. Потянувшись за книгой, Малахия вырвал из нее страницу, а затем прижал к двери. Кровь пропитала бумагу, вырисовывая трезубый символ, который расползся по всей двери.
– Не подходи, – сказал он.
– Почему?
– Кто-то окутал магией церковь, – медленно произнес он. – Кто-то из транавийцев захотел узнать, кто здесь.
Надя отступила подальше.
– Это принц?
– Нет. Заклинание пришло с другой стороны. Я так полагаю, у тебя нет бога, разрушающего заклинания?
Надя усмехнулась. Но не стала игнорировать его вопрос, хоть он и задал его в шутку.
– Нет, прости.
– Какой позор. Придется делать все самому.
Достав зловещий на вид кинжал, он прорезал длинную линию на предплечье. Надя поморщилась. Его руки оказались испещрены ребристыми, пересекающимися шрамами и полузажившими порезами.
– Подержишь? – Малахия протянул ей книгу заклинаний.
Удивившись, Надя тут же взяла ее.
Когда он отступил назад, страница осталась на двери, словно приклеенная к дереву, а символ тускло светился вокруг нее. Малахия провел двумя пальцами по кровоточащей ране на руке, подошел к стене рядом с дверью и нарисовал кровью на дереве несколько символов. Но тут же замер, а на его лице отразилось что-то похожее на ужас.
– Ох, – выдохнул он. – Это очень плохо.
Малахия повернулся к Наде и открыл книгу заклинаний, которую та все еще удерживала в руках. Девушка приподняла ее, хотя и испытывала некоторую брезгливость, что выполняла роль подставки.
– Как хорошо, что мне часто приходилось держать книгу в храме, – пробормотала она.
– Я как раз собирался поблагодарить, – перелистывая страницы, рассеянно произнес он. – Ты неплохо справляешься.
– У меня много талантов.
Уголки его губ дернулись в улыбке.
– Так ты собираешься сказать мне, что тут плохого или…
Малахия посмотрел на нее, и она заметила, как побледнело его лицо.
– Ты калязинка.
– Да. Так и есть.
– Надя, – выдохнул он, и от его тона девушку одновременно бросило в жар и окатило холодом.
Она моргнула, почувствовав необъяснимый ужас. Малахия выглядел потрясенным, а ей не хотелось думать о том, что могло напугать мага крови.
– Это Стервятники.
Ее тело прошиб озноб. Надя почувствовала, как закололо затылок. Боги забеспокоились. Ее суставы заныли, а кости сковал лед. Как это случилось? Сначала Верховный принц, а теперь Стервятники?
Ей не убежать от Стервятников. Не скрыться от самых ужасных кошмаров Транавии.
Малахия вырвал несколько страниц из своей книги и лихорадочно принялся что-то вырисовывать на них и на дереве.
– Если они объявятся здесь, то мы недолго пробудем в этом мире.
– Почему ты так боишься их? – спросила Надя. Она решила сосредоточиться на мелочах, чтобы не позволить ужасу поглотить ее заживо. – Потому что сбежал из армии?
Малахия перестал писать, закрыл глаза и что-то быстро прошептал на транавийском, но что именно, Наде не удалось разобрать. Горько рассмеявшись, маг повернулся к ней. Его бледные глаза переполнял страх:
– Потому что я сбежал от них.
9
Серефин Мелески
Своятов Роман Луски:
Трое магов против двух десятков солдат, а у Серефина в запасе осталась лишь горстка заклинаний. В предрассветные часы по лагерю калязинцев у подножия склона бродило лишь несколько солдат.
Остия нетерпеливо вертела в руках пару зителок, пока Серефин аккуратно просматривал последние пять страничек. Если они столкнутся хотя бы с еще одним отрядом калязинцев по пути домой, то им не удастся легко отделаться.
– Что у тебя осталось? – тихо спросил Кацпер.
Он опирался на посох, к одному из концов которого было прикреплено острое, как бритва, металлическое лезвие.
Серефин показал Кацперу свою удручающе тонкую книгу заклинаний, и тот выбрал одно из них. Оно создавало огромное пламя, которое отвлечет солдат, пока Остия и Кацпер не убьют тех, кто не вскипит изнутри от магии Серефина.
Когда звуки борьбы стихли, Серефин спустился с холма. Остия с предвкушением рылась в рюкзаках с провизией.
– Не думаю, что нам придется останавливаться на границе, – сказала она.
– Будем что-то делать с телами? – поинтересовался Кацпер.