Эмили Дункан – Безжалостные боги (страница 86)
Через мгновение она, тяжело дыша, уже выскользнула наружу с костяным ворьеном в руках. Катя не могла избавиться от ощущения, что Стервятник все знал, хотя ей удалось украсть кинжал. И хотя ей показалось, что он крепко спал, но каждый раз при использовании магии все слегка расплывалось перед глазами. Мир тускнел, а цвета менялись. Так что в таком состоянии она не всегда полностью осознавала, что делала.
Но зато ей удалось заполучить то, в чем она нуждалась. И оставалось лишь надеяться, что, проснувшись, клиричка окажется слишком рассеянной, чтобы заметить пропажу ворьена.
36
Надежда
Лаптева
«Златана так задорно танцует на болоте, что странники слышат ее веселье. А она выжидает момент, чтобы, согласно сделке, притащить их к ведьме Дзивожоне, которая хорошо ее за это накормит».
Надя проснулась от крика.
Пока она пыталась понять, что ее разбудило, Малахия выскочил из палатки. Прогоняя остатки сна и все еще чувствуя тепло его тела на своей коже, она поплелась за ним. И обжигающий холод тут же привел ее в чувства.
Как только Надя вышла из палатки, то сразу ощутила это.
Они уже привлекли внимание падших богов. А ведь поначалу она приняла слова Велеса о том, что он не бог, за чистую монету. Но Серефин явно попал в его руки, и Надя это чувствовала. Но вдобавок ощущала что-то еще. Что-то темное, сильное, трудное для понимания и распознавания… Ее новообретенная сила помогла ощутить нить божественности. Но немного иную. А значит, к нему прикоснулся еще один бог.
Малахия протянул руку, не давая Наде дальше ступить и шагу. Она зажала рот рукой.
– Мы столкнулись с силами, находящимися далеко за пределами нашего понимания, – пробормотал он. – Это Велес?
Она так не считала, но решила пока не волновать остальных.
– Думаю, да.
Тело Серефина сотрясалось от судорог, а из глаз текла кровь. Надя схватилась за свои четки и сжала бусину Маржени.
«Я должна помочь ему», – взмолилась она.
Но Надю не устраивал такой ответ. Она опустилась на землю рядом с Кацпером, который пытался удержать руки Серефина и не позволить вырвать самому себе глаза.
– Надо сделать какую-то повязку, – сказала она.
Малахия на мгновение замер, но затем отправился за своим мундиром и вернулся с тряпкой, которой обычно стирал кровь с рук. К счастью, сейчас она оказалась чистой.
Надя придвинулась ближе, стараясь не задевать Серефина. Его кровоточащие глаза очень напомнили ей происшествие на корабле. Подойдя сзади, она обхватила его затылок, предотвращая удар о землю.
– Все хорошо, дурилка, – пробормотала она, туго завязывая ему глаза. – С тобой все будет хорошо. Ты можешь сопротивляться, но, если сдашься, в этом не будет ничего постыдного, – прошептала она у самого его уха, после чего откинула волосы со лба. – Давай я посмотрю, с чем ты столкнулся.
Накрыв ладонью его лоб, Надя закрыла глаза.
И перед ней тут же возникла ужасающая картина. Что-то старое и омерзительное вцепилось в душу Серефина и крепко удерживало ее. А Надя словно застыла у крыльца огромного каменного храма. Большая рука появилась из дверей и ухватилась за косяк. За ней последовала еще одна, и еще, пока десятки рук не заполнили проем, пытаясь вырваться на свободу.
Надя резко распахнула глаза и убрала руку со лба Серефина. Эту связь ей разорвать не по силам. Она посмотрела на Малахию и покачала головой.
– Что это? – спросил Кацпер, и в его голосе зазвенели нотки отчаяния.
– Кто-то древний.
Она опустилась на пятки и положила голову Серефина себе на колени.
– Если Серефин не разорвет связь с Велесом, то он поглотит его.
Вот только Надя не сомневалась, что это не Велес. А еще ее пугало, что она не знала, кто это.
«Что с ним произошло?»
– Что нам делать? – впадая в панику, спросила Остия.
Малахия потер подбородок, а его мрачное выражение лица не предвещало ничего хорошего.
– Серефин сам-то представлял, как это сделать? – спросил он у Кацпера.
– Вряд ли.
«Чего он хочет?» – спросила Надя у Маржени.
«
«Мести».
– Руины… – начала Катя.
– Велес хотел, чтобы Серефин оказался здесь, – перебила Надя. – Откуда нам знать, что, продолжив путь, мы не поможем ему добиться желаемого?
Надя задрожала. Она забыла захватить пальто, пока выбегала из палатки. Малахия стянул с себя мундир и накинул ей на плечи, а затем опустился рядом на корточки.
– Но мы должны двигаться дальше, – напомнил он. – И нам остается лишь надеяться, что мы выбрали верный путь.
Надя нахмурилась, но кивнула. Пришло время проверить легенды и надежды. И хотя, наверное, не стоило на них опираться, но это единственное, чем они владели. Да и вернуться назад они уже не могли. Надя встала, и ее место тут же занял Кацпер, аккуратно положив голову Серефина себе на колени.
– Не буди его, – сказала она. – Мы подождем.
– Этого бы не случилось, если бы ты не вмешалась в дела Транавии, – огрызнулась Остия.
– Этого бы не случилось, если бы предыдущий король и он, – Надя указала на Малахию, у которого хватило совести принять виноватый вид, – не решили бы поиграть с силами, которых не понимали. И я не имею к этому никакого отношения. Но все же хочу помочь Серефину. И мы поможем ему, если продолжим путь.
Потребовалось столько крови, что Наде не верилось, что у Малахии в венах осталась хоть капля. Но он продолжал подпитывать заклинание, пока его черты лица искажались, а маска медленно сползала, являя миру, насколько близко он приблизился к божественности и кем именно стал.
Сотрясаясь от дрожи, он упал на колени и склонил голову. Надя на мгновение испугалась, что это убьет его, но тут этот ужасный, великолепный, чудовищный парень с трудом поднялся на ноги и ударил ладонью по черной стене.
И она разлетелась на осколки, словно стекло.
Как только от нее не осталось и следа, древняя сила хлынула к ним таким потоком, что даже те, кто никогда не использовал магию, почувствовали ее на своей коже.
Малахия еле стоял на ногах, но его маска не вернулась вновь. Его голова дернулась, а пальцы с длинными когтями дрожали.
Ох. Лес уже пробрался в его разум. Вот, значит, как все закончится. Он умрет. Как же просто это оказалось. Гораздо проще, чем самой всадить в него кинжал.
«Но причиняет не меньшую боль», – подумала Надя, чувствуя, как все сжалось в груди.
Махнув рукой остальным, чтобы не приближались, она шагнула к Малахии и потянулась к собственной силе. Когда между ними осталось меньше метра, он вскинул голову и уставился на нее своими черными бездонными глазами.
– Dozleyena, sterevyani bolen, – протягивая руку, сказала она. – Ты ведь вернешься к нам, Малахия?
Его тело задрожало, как только имя слетело с ее губ, и он медленно втянул воздух сквозь железные зубы. Страх пробрался в самые глубины души Нади. Даже в Соляных пещерах он выглядел лучше. И она больше не чувствовала в нем остатки человечности.
А по той нити, что связывала их, отзывалось нечто животное и грубое. Нечто могущественное, бесчестное и жестокое.
Черный Стервятник переступил с ноги на ногу, и Надя вздрогнула, чуть не подпрыгнув от страха. Он сделал еще один шаг к ней, а затем моргнул глазами цвета оникса. Их оказалось так много на его лице, что у нее скрутило живот. Он превратился в кошмар Соляных пещер, но в худшем из обличий, потому что те отголоски Малахии, которые удерживали его человечность, сейчас оказались сметены прочь.
А затем он исчез в лесу.
– Боги, – пробормотала Надя, глядя на деревья, за которыми он скрылся.
Она своими руками толкнула его за край. К погибели.
Серефин
Мелески
Без повязки на глазах Серефин продержался всего несколько секунд. Левый давно ничего не видел, а перед правым все так сильно размывалось, что он смог сделать лишь несколько шагов до Нади, едва сопротивляясь желанию блевать от ужасных картин, терзающих его. Голова раскалывалась от ослепляющей боли, но он нашел в себе силы, чтобы медленно двинуться к границе, которую закрывала стена из магии.
– Как думаешь, нас ожидают за это какие-то последствия? – как можно более дружелюбно спросил Серефин, вглядываясь в то немногое, что мог разобрать сквозь пелену на глазу.
Надя с трудом сглотнула.
– Даже не задумывалась об этом, – прошептала она.