Эмили Барр – Ночной поезд (страница 10)

– На меня – да.

– Спасибо, Лара. Приятно узнать подобное. Не то чтобы я считаю возможным или собираюсь этим руководствоваться.

Вернулась Элен, а следом за ней уже знакомая мне служительница вагона-салона принесла поднос с тремя порциями джина с тоником.

– Спасибо, Сара, – сказал Гай, подмигивая ей. – Ты спасительница жизней.

– Пожалуйста, – ответила Сара. – Там еще много.

– Хорошо. – Я взяла один стакан и стала помешивать содержимое прилагающейся пластмассовой палочкой.

– Ваше здоровье, – объявила Элен.

Мы чокнулись пластиковыми стаканчиками, и я немного расслабилась. Неделя выдалась сумасшедшая. Уик-энд будет, я надеялась, не таким трудным, каким оказался предыдущий. Мы оба чувствовали напряжение от того, что Сэм всю неделю с неослабевающим нетерпением ждал моего возвращения, и в прошлое воскресенье наши пререкания закончились слезами. Риск, что наши отношения вот-вот разрушатся, лишь увеличивался.

После третьей порции Гай, зевнув, откинулся на своем сиденье. Его колено невзначай прижалось к моему.

– Вы не находите, – начал он, глядя сперва на Элен, а затем, более долгим взглядом, на меня, – что иногда выходные – это почти такая же тяжелая работа, как та, что на неделе? В смысле, я приезжаю утром в субботу, чертовски измотанный, и начинается: «Папа, сделай это. Гай, сделай то. Почему такой невеселый? Почему такой нелюбезный? Наладь это. Пойди и купи то. Помоги нам с домашним заданием. Ты не представляешь, каково быть тут одной всю неделю, пока ты в Лондоне, ты мог бы хоть раз закинуть белье в стирку…»

– Нет, – тут же отозвалась Элен. – Джефф фермер. Вы это знаете. Наши заботы совершенно другие. Ферма не закрывается на выходные, хотя он старается в это время работать как можно меньше, чтобы мы могли больше пообщаться. Я обожаю уик-энды. Однако нас только двое, и я не знаю, как протекали бы выходные, если бы были дети. У нас нет споров по поводу того, кому стирать. Так что отдых проходит отлично.

Оба повернулись ко мне.

– М-м. – Джин, а затем вино расслабили меня. – По мне, это трудно, – призналась я, стараясь смотреть на Элен, потому что Гай меня смущал. – Вы знаете, ездить на работу я начала совсем недавно. Но на выходных я должна искриться весельем, быть любящей и очаровательной. Если это не так, если у нас не получается солнечный, прекрасный уик-энд, на меня начинают обижаться. Прошлый уик-энд был адским. Вам, впрочем, это известно по тому, в каком настроении я возвращалась в Лондон на воскресном поезде. Я не могу винить Сэма за это: с его точки зрения, у меня напряженная работа, в остальное время мне приходится уживаться с моей чертовой сестрой, а потом я еду на этом поезде… Сэм ведь понятия не имеет, как мне здесь весело и что я полночи просиживаю за напитками. Поэтому он думает, что я креплюсь изо всех сил – что правда – и томлюсь по нашей тихой жизни в Корнуолле – что, боюсь, совсем не так.

– Он, вероятно, живет ожиданием момента, когда ты вернешься, Лара, – заметил Гай. – Что у него за работа? Он ходит в паб? У него есть какая-то своя жизнь? Или же он сидит всю неделю, глядя на часы, вздыхает и считает минуты на пальцах?

– Да, – согласилась Элен. – Я заинтригована твоим Сэмом. Ты не можешь попросить его привезти тебя на станцию в воскресенье, чтобы мы на него посмотрели?

Это вызвало у меня смех.

– Но вы же оба едете от Пензанса. Если он будет стоять на платформе, вам очень повезет, если вы увидите его краем глаза из окна.

– Нет, – возразил Гай. – Мы будем у дверей, в ожидании твоей станции, и, как только поезд остановится, мы откроем дверь и выпрыгнем на платформу, чтобы помочь тебе внести багаж. Мы оба. Маленький двойной рыцарский акт.

– Вы его ошеломите.

Элен кивнула:

– Я так и подумала. Тогда продолжай. Какой у него характер? Как вы с ним познакомились?

– Он славный. – Я произнесла это твердым тоном, поскольку их раззадоренное любопытство в отношении Сэма заставило меня почувствовать себя предательницей. Я отодвинула свою ногу от ноги Гая, и он не предпринял попытки восстановить контакт. – Очень славный. Он самый прелестный человек в мире, и если что-нибудь из сказанного мной заставляет вас думать иначе, тогда это моя глупая вина. Я познакомилась с ним, когда мне было двадцать четыре года. Двенадцать лет назад. До этого я немного путешествовала по Азии. Дело в том… – Меньше всего мне хотелось рассказывать о времени, проведенном в Таиланде, поэтому я прикусила губу и резко пресекла эту тему. – Я вернулась и уже тогда выкинула из головы всякую ерунду. Я была готова остепениться, обосноваться как положено. В сущности, я жаждала стабильной, устоявшейся жизни. Специальность, которую я получила, была связана со строительством объектов недвижимости. Мой крестный, лучший друг отца, помог мне получить работу. И советовал не засиживаться без дела в родительском доме. Я начала работать и усердно трудилась. Сняла маленькую квартиру-студию, затем купила дом. И повстречала Сэма.

– Ты тогда уже не ладила со своей сестрой? – поинтересовалась Элен.

– Всегда не ладила, – ответила я. – Она жила в той же самой квартире, где и сейчас, еще когда была на своей первой работе, занималась связями с общественностью. Я всегда считала, что она самый неподходящий для этого дела человек. Человек, который с удовольствием даст тебе понять, что он тебя не любит. Но оказалось, так она себя ведет только со мной. Она блестящий профессионал по налаживанию полезных связей со всеми остальными. Ну так вот. Наш отец посоветовал мне купить себе жилье, как только смогу, и я приобрела маленький домик в ленточной застройке в Баттерси. Опять же, это кажется невозможным сейчас, десяток лет спустя, но я это сделала. У меня была работа, ипотека, друзья, и не хватало только бойфренда. Не то чтобы я так в нем нуждалась, но мне отчаянно хотелось.

– И ты встретила его?..

– И я встретила его. В кафе в Сохо. Все произошло как в кино. Был субботний день, ближе к вечеру, на улице лил дождь как из ведра, а я пряталась от него, сидя с каким-то напитком – по-моему, это был кофе, – жалея, что вообще поехала в город. У моих ног стояло несколько сумок с покупками, и я подумывала пойти в кинотеатр «Курзон» и посмотреть там все равно что, просто потому что он был поблизости, а мне хотелось посидеть где-нибудь пару часов в тепле и сухости и чтобы мне никто не докучал. Кафе было битком набито, все окна запотели. Я сижу у окна и нахожусь в настолько плохом настроении, что, сама того не замечая, рисую на запотевшем стекле. Когда кто-то вежливо спрашивает, можно ли сесть за мой столик, у меня это вызывает настоящую досаду. Я хочу сказать «нет», но знаю, что вынуждена сказать «да». А потом я смотрю на него. Это трудно объяснить, а может, и нет, вы поймете, друзья, потому что у вас у обоих тоже есть давнишние партнеры. Я просто поняла, как только его увидела, что он тот человек, которого я ищу.

– Любовь с первого взгляда?

Я бросила быстрый взгляд на Гая, задаваясь вопросом, не подкалывает ли он меня, но, кажется, нет. Его колено задело мою ногу, затем отодвинулось.

– Не любовь. Чувство безопасности. Уверенности. Убежденность с первого взгляда, что это человек, с которым я готова провести свою жизнь, недостающий кусок головоломки. И таким он и был. Он высокий, массивный, а мне нравится и то и другое. Светло-русый, со щетинистым подбородком. Красивые глаза. И дух… м-м… правильности. Он сел рядом со мной, посмеялся над тем, что я нарисовала на окне.

– А что это было? – спросила Элен.

– О, детская картинка. Домик с четырьмя окнами и дверью и дерево рядом с ним, и, кажется, там была еще фигурка человека, несоразмерная по отношению к дому.

– Наверно, это было нарисовано в перспективе, – подбодрил меня Гай. – Человек, вероятно, находился ближе к зрителю.

– Точно. Спасибо. Так что мы смотрели на эту картинку, я пила свой эспрессо, а он снимал ложечкой пену со своего капучино, и мы вместе пошли в кино и посмотрели шикарный фильм Альмодовара. Потом пошли пообедать. Мы были вместе. Вот так.

– Ему тоже было двадцать четыре?

– Двадцать восемь. У него прежде была девушка, конечно. Они разошлись полугодом раньше. Мы оба оказались в нужном месте. Через пару лет мы поженились.

– О, – вздохнула Элен. – Я слишком цинична для свадеб, это точно. Они меня бесят, как не знаю что. Весь этот подспудный мужской шовинизм, передача женщины от одного мужчины к другому. Однако я должна отступить от собственной традиции, Лара, и сказать: держу пари, ты была самой сногсшибательной невестой. Как по-твоему, Гай?

У Гая был странно неловкий вид.

– Ну, – помялся он, поигрывая пластиковым стаканом. – Учитывая, что Лара одна из тех женщин, которая будет выглядеть красивой даже в мешке для мусора, я уверен, что она в самом деле была ослепительной невестой.

Я быстро продолжила:

– Это звучит как сказка со счастливым концом, но, конечно, это не так. Ребенок так и не родился. Мы переехали в Корнуолл, а теперь я занимаюсь вот этим, а он сидит дома в ожидании. Он хочет усыновить ребенка, а я – нет. Гай, отвечу на твой вопрос: нет, он не ходит в паб. У него есть друзья на работе, но не близкие. Ему нужна я.

– И больше никто? – удивилась Элен.

– Только еще один человек, или два, или три, но они, как оказалось, никогда не родятся. Сэм живет ради выходных. По крайней мере я абсолютно уверена, что это так. Возможно, конечно, что он развлекается каждую ночь с разными женщинами, или ходит в стриптиз-клубы, или еще что-нибудь. Но на самом деле я в этом сомневаюсь.