Эми Тинтера – Рибут. Дилогия (ЛП) (страница 91)

– Двое погибших, – негромко сообщила Бет, теребя локон. Она встала рядом со мной и неотрывно смотрела на садившийся челнок.

Я поморщился и быстро огляделся. Вряд ли я знал их лично, но все равно чувствовал себя виноватым.

– Это лучше, чем я ожидал, – заметил Рили, тоже становясь рядом с другой стороны.

Дверь челнока распахнулась, и сердце мое забилось сильнее. Я все еще надеялся увидеть Рен. Она могла одолеть Михея, – а может быть, он сам передумал.

Вышел Михей, за ним – Джулс.

И больше никого.

Все во мне оборвалось.

Я медленно выдохнул. Только без паники. Разве выстоят против Рен несколько охотников за головами? Она небось уже вырубила всех и сейчас на полпути к Остину.

Отделившись от группы, я направился к Михею. Самодовольство на его лице проступило еще явственнее, когда наши взгляды встретились, но все же я уловил тень сомнения после того, как он оценил толпу рибутов и своих обездвиженных сообщников.

Я остановился перед ним:

– Где Рен? И Адди?

Михей начал закатывать рукава:

– Я же ясно объяснил: здесь существуют правила. Рен и Адди нарушили их, поэтому пришлось их наказать.

– Ты сбросил их на территорию охотников за головами.

Он улыбнулся, словно очень гордился собой. Словно уже победил. На миг я оцепенел и не мог ни пошевелиться, ни вздохнуть, ни о чем-либо думать.

Затем я медленно отступил на шаг. Пистолет вдруг отяжелел в руке, и мне пришлось сжать его крепче.

– На посадку! – скомандовал я через плечо.

И все внезапно пришло в движение: рибуты, галдя, устремились в челнок. Айзек промчался мимо меня с двумя канистрами топлива и немедленно начал заправлять судно. Несколько рибутов взяли его в кольцо, чтобы не сшибли другие.

– Стоять! – гаркнул Михей.

Никто и ухом не повел. Михей снова взглянул на Кайла и остальных связанных, и его лицо исказилось от ярости.

Он прыгнул на меня, но я так быстро увернулся, что он грохнулся на землю. Когда он вскочил, я поднял пистолет и щелкнул предохранителем.

Физиономия Михея превратилась в злую маску, глаза с ненавистью вперились в меня.

– Ну давай, – подзадоривал он меня, подступая на шаг, так что ствол едва не уперся ему в лоб. – Сделай милость. Докажи всем, что ты ничем не лучше людей. – Он мотнул головой в сторону резервации. – Ты ведь уже делаешь все, чтобы нас перебили.

Я медленно опустил оружие. Он похитил Рен, он был убийца и психопат, а потому заслуживал смерти.

Но с моих плеч словно свалился тяжеленный груз, когда я осознал, что не убью его. Может, мне и хотелось. Может, мне стало бы легче.

Только я не стал этого делать.

– Мы слили все топливо из других челноков, – сказал я, вернув предохранитель на место. – И рассказали повстанцам о твоих замыслах. – Я кивнул на жалкую горстку местных рибутов. – Связи с ними больше не будет.

Взревели двигатели, я оглянулся и увидел, что Рили машет мне, приглашая в челнок.

Я сделал шаг назад, выдерживая взгляд Михея.

– Ты и впрямь думал, что все тебе подчинятся, если ты избавишься от нее? – Мои губы дрогнули в улыбке. – Неужели ты всерьез считаешь, что несколько человек смогут справиться с ней?

Пригнувшись, я шагнул на борт и оглянулся на Михея, взявшись за дверь.

– Рен не могла погибнуть, – сказал я, едва челнок оторвался от земли. – Будь я на твоем месте, у меня бы поджилки тряслись от страха.

Глава 20

Рен

Я снова попыталась завести фургон, но двигатель был, очевидно, сильно поврежден после удара о стену здания. Точное расстояние от старого Остина до нового было мне неизвестно, но я предполагала, что оно не слишком велико. Миль двадцать, не больше. Как только Каллум узнает, что сделал Михей, он сразу же начнет искать меня в городах. Мы же собирались в Остин, там был наш дом, поэтому я не сомневалась, что он в первую очередь отправится туда.

Я бросила дробовики, а пистолеты рассовала в карманы – один себе, другой Адди. Потом забрала из машины патроны, но их было мало.

Опустившись подле Адди на колени, я потрясла ее за плечо и тихо позвала:

– Адди!

Не знаю, почему я шептала, – насколько мне было известно, старый Остин вот уже двадцать лет как полностью обезлюдел. Улицы были пустынны, и тишину нарушал только шорох листвы.

– Адди! – Я встряхнула сильнее, но она не шелохнулась.

Вздохнув, я посмотрела на фургон. Не исключено, что уже скоро кто-нибудь явится выяснить, почему он застрял посреди старого города.

Я внимательно вгляделась в Капитолий. Там был север. Нью-Остин находился на северо-западе, но я не знала,

насколько

западнее. Проведя рукой по лицу, я попыталась вспомнить старые карты Техаса. Я не могла соединить в воображении новые города со старыми. Мне нужна была карта, пусть даже давняя.

Ухватив Адди за руку, я взвалила ее на плечо, выпрямилась и застонала от тяжести. Скорее бы уж очнулась! Неизвестно, сколько мне удастся пройти с таким грузом.

Я с трудом двинулась вперед, ногу жгло огнем; сломанную руку я прижала к груди. Уложив Адди поудобнее, я для надежности придержала ее здоровой рукой за шею.

Наяву Капитолий был настоящей громадиной. Я слышала о нем и знала, что в нью-остинском районе рико построили копию, но не представляла, насколько жалкую. Массивное основание было увенчано огромным круглым куполом, а на самой верхушке виднелась статуя. В новой версии этой детали не стало.

На ходу я посматривала на здания, возвышавшиеся по обе стороны широкого проспекта. Я вспомнила, как мы с Каллумом мечтали посетить старые города, и отчаянно жалела, что его нет рядом. Уж он-то знал об этом месте намного больше меня.

На обочинах ржавели раскуроченные автомобили. Некоторые были брошены прямо посреди дороги.

Должно быть, это очень удобно – всегда иметь под рукой колесный транспорт. Сейчас он бы мне очень пригодился.

Доковыляв до конца проспекта, я обернулась на Капитолий и пошла на запад по тянувшейся перед ним улице. Мне очень хотелось зайти внутрь и посмотреть на то, что осталось, но я сочла рискованным посещение всякого здания. Все держалось на честном слове – не хватало еще быть похороненной заживо посреди мертвого города.

Достигнув сравнительно чистой улицы, я снова повернула на север. Здания здесь были просто огромными – в двадцать, тридцать этажей, с сотнями окон.

Имелись и разрушения, некоторые мостовые пострадали сильнее домов, но в целом все выглядело не так плохо, как нам внушали. Я думала, что Остин стерли с лица земли, но, похоже, он просто обезлюдел. Значит, все жители умерли от вируса КДХ?

Жаль, что они отвергли рибутов. Михей был прав в одном: мы сумели выжить. Возможно, мы остались бы в этом городе, если бы люди не ударились в панику. Сотни рибутов могли бы жить в этих домах, а не в палатках и наспех сколоченных хибарах.

Но корпорация жаждала власти, – наверное, ей больше нравилось строить собственные города и держать население за прочными стенами. А может быть, это и правда был единственный способ обуздать вирус и обезопасить людей. Откуда мне знать?

Уже смеркалось, когда Адди застонала, а у меня наконец зажила нога. Вскоре Адди беспокойно заворочалась на моем плече. Я остановилась, медленно опустилась на колени и уложила ее на асфальт.

Она захлопала глазами, потирая руку. Глубокие раны на руках и ногах еще зияли, одна нога была сломана. Даже на мое выздоровление ушли часы, что уж говорить о ней.

По моим прикидкам, я едва ли прошла две мили, а то и меньше, привал же мы сделали прямо посреди дороги. Справа высилось здание из красного кирпича, а слева – серое, с большими окнами и синей вывеской «Кафе на Керби-лейн». Адди взглянула налево, потом направо и снова налево.

– Где мы?

– В Остине, – ответила я. – В старом.

Она вытаращила глаза и вскинула голову, изучая соседнее здание.

– А где те парни из фургона?

– Они попытались схватить нас.

Адди повеселела:

– Очевидно, для них это плохо кончилось.