Эми Тинтера – Ребут (страница 34)

Лицо Каллума вытянулось, и он посмотрел на пистолет в своей руке.

— Так что, я должен выстрелить ей в голову, верно? Чтобы убить такую же, как я? — Он бросил взгляд на досье цели. — Даниэль. Я убью Даниэль?

Я поморщилась от выбранного слова и гнева, проскользнувшего в каждом слоге. КРРЧ, конечно же, слышали это.

— Да, — ответила я. — Целься в лоб, а не в лицо. Тебе нужно уничтожить мозг. Лучше всего выстрелить дважды, чтобы обезопасить себя.

— А что потом? Мне тащить ее назад в шаттл?

— Или это сделаю я.

Я отвернулась, не в силах встретиться с его обвиняющим взглядом. Он мог, по большей части, злиться на КРРЧ, но в нем было также достаточно злости и на меня. Сможет ли он простить меня, если я заставлю его сделать это?

— Я…

Пронзительный скрежет в моем ухе прервал меня, и мы с Каллумом, поморщившись, выдернули наши коммуникаторы.

— Что это было? — спросил Каллум, потирая ухо. — Разве наши коммуникаторы могли просто сломаться?

Мой взгляд пробежался по окрестностям, надежда так сильно наполнила мою грудь, что стало трудно дышать.

Большая фигура человека в черном выглянула c конца палатки. Он поднялся с колен и побежал к нам, раздвинув края своей шапки, когда остановился передо мной.

Лэб. В одной руке он держал нож, а другой доставал черный предмет из кармана, и Каллум вышел вперед, приподнимая пистолет, чтобы защитить нас. Я покачала головой Каллуму, и он медленно опустил его, все еще удерживая свой взгляд на ноже Лэба.

— Стой на месте, — сказал Лэб, поднимая черный предмет к моей груди.

Это было небольшое устройство размером с его ладонь, и оно загорелось красным светом, когда он просканировал им верхнюю часть моей правой руки.

— Сними куртку, — сказал он.

— Как ты достал его так быстро? — спросила я, стряхивая свою куртку с плеч.

— Достать не проблема, — пробормотал он. — Когда они поймут, что оно исчезло и разразится нешуточная буря — вот тогда это будет проблема.

Он поднял нож и сделал надрез на несколько дюймов выше моего локтя, используя лезвие клинка, чтобы выковырять небольшое металлическое устройство на землю. Я зажала пальцами кровоточащую рану. Она не была достаточно глубокой, чтобы быть болезненной, но мои пальцы все еще дрожали, когда я прижимала их к своей коже.

Я уставилась на окровавленное серебряное отслеживающее устройство. Свобода. Я могла бы убежать сейчас и никто не узнает, где я буду.

Что я делаю. Что говорю.

Лэб поманил Каллума рукой, чтобы тот подошел ближе, но он просто стоял, уставившись на кровь, стекающую по моей руке. Он выглядел шокированным, на краю счастья, словно не мог поверить, что это было реально.

— Может, поторопишься? — рявкнул Лэб, хватая его за руку и проводя локатором по его телу. — Дежурный шаттла, скорее всего, уже в пути.

Лэб повернул Каллума кругом и пробежался локатором вниз по его спине, пока устройство не загорелось красным. Он поднял его рубашку и провел ножом короткую линию прямо под лопаткой. Он схватил отслеживающее устройство и осторожно поставил его на землю.

Лэб двинулся вниз по улице, жестом приказывая нам следовать за ним. Мы пробежали два квартала, остановившись позади темного дома с кучей мусора и сломанными игрушками во дворе.

Лэб сунул что-то мне в руку, и, опустив глаза, я увидела какие-то бумаги, локатор и карту трущоб Остина. Не думала, что мне понадобиться карта — я помнила ее достаточно хорошо — но в ней он пометил конкретное место в центре жилого района.

— Ее зовут Адина, — сказал он, постукивая конвертом и фотографией темноволосой девочки-ребута по нижней части карты. — У нее задание во вторник и в среду вечером. Шаттл обычно приземляется в конце Гуадалуп Стрит. Передай ей письмо. Я отметил адреса мятежников на карте. Если ты отыщешь Адину, идите туда, и они расскажут вам, как добраться до резервации.

— Хорошо, — сказала я, запихивая все в свой задний карман. — У тебя есть пули? У нас их только четыре.

Он вытащил свой пистолет и высыпал примерно десять пуль в мою руку.

— Они рьяно держат это место в тайне от КРРЧ. Идите ночью. Не привлекайте к себе внимание. — Он бросил нож мне в другую руку. — Возьми и это тоже. Идите.

— Спасибо, — сказала я, когда Лэб развернулся, чтобы убежать.

Он послал мне едва заметный кивок через плечо, прежде чем скрыться вниз по аллее.

Я застыла как вкопанная. Лэб сказал идти. В какую сторону? Куда? В какую-то мифическую резервацию ребутов, которой, вероятно, даже не существует?

Паника охватила мою грудь, когда поняла, что наделала. Я находилась в трущобах в окружении людей, и не могла вернуться назад в КРРЧ.

Я не вернусь домой.

— Рэн. — Я подняла глаза и увидела возбужденное лицо Каллума, всматривающееся в мое. Он снял камеру с моего шлема, взял из моей сжатой руки коммуникатор и кинул их на землю. — Думаю, мы должны бежать.

Глава 20.

 Я взяла Каллума за руку и мы передвигались по темному переулку, переходя на бег, направляясь в заброшенный приют. В послевоенные годы он был призван помочь людям встать на ноги. Когда наркодиллеры и бандиты захватили город, КРРЧ заколотило это здание досками.

Мы были на краю Розы, недалеко от черты города и в самом центре трущоб. КРРЧ находились на другом конце города, мимо полей, но для них не займет много времени, чтобы отправить сюда сотрудников. Как укрытие это было не лучшее место. Дома были крошечными и палатки на следующей дороге обеспечивали еще меньше крыши над головой.

Звук сирены пронзил тишину, и прожектора осветили окрестность. Я пробралась к задней части хижины, прижимаясь к шаткой древесине. Каллум последовал моему примеру, не сводя глаз с неба, когда прожектор шаттла обвел светом местность. Прожектор двинулся вниз по улице, и он посмотрел на меня.

— Мы должны продолжать двигаться? — прошептал он.

Да. Может быть? Я не была уверена. Почти каждое решение, которое я приняла за последние пять лет, не было по-настоящему моим. Я знала правила КРРЧ и просто следовала им.

Прожектор повернул к нам, и Каллум сжал мою руку, когда мы пошли по обрывочной траве вокруг лачуги. Я услышала звуки выстрелов прежде, чем несколько пуль пронзили мои плечи и отскочили от шлема.

— Сюда, — сказала я, отпуская руку Каллума, когда мы пересекли грунтовую дорогу.

Прожектор потерял нас, пока я петляла между домами и бежала по газонам, но я могла видеть офицеров на расстоянии, их большая группа рассеивалась по улицам.

Я остановилась позади старого укрытия и дернула дверь так сильно, что здание на самом деле покачнулось, как будто собиралось упасть. Я споткнулась, когда дверь с легкостью распахнулась и вошла внутрь, но потом отступила назад, хлопая Каллума по груди.

Люди. Люди были повсюду. Они пахли копотью, грязью и инфекцией. Я узнала этот запах.

Я заметила людей, забившихся по своим маленьким углам, некоторые использовали только одежду или палки, чтобы обозначить свою территорию. Я увидела следы шрамов на их руках, трясущиеся руки, отчаяние на их лицах.

Будучи ребенком, я жила в подобном месте месяцами, в то время как мои родители находились под воздействием наркотиков так долго, что часто не успевали даже отойти от кайфа, прежде чем находить возможность ввести еще одну дозу. Скваттеры в заброшенных зданиях были самыми худшими обитателями трущоб. Это те, кто отдал все до последнего цента наркодилерам и преступникам, которые застопорили прогресс в Розе.

Я и забыла, что большую часть своего времени провела именно так с моими родителями, но не забыла запах и как я держала одеяло у моего носа по ночам, чтобы не чувствовать его, пока сплю.

Каллум подавился, что привлекло к себе несколько заинтересованных взглядов. Некоторые люди прищурились и уставились на нас, находясь под сильным кайфом, чтобы распознать двух ребутов, стоящих перед ними. Но другие не так далеко зашли.

Я поднесла пальцы к губам, призывая к молчанию, но это было бесполезно. Нормальный человек не послушался бы, но эти были хуже.

Они закричали, и я была поражены внезапным порывом вытащить свой пистолет и начать стрелять. Их было примерно тридцать. Сколько времени потребуется, чтобы убить их всех?

— Мы можем пойти этим путем.

Голос Каллума прорвался сквозь мои мысли, и я посмотрела на него с удивлением. Я уже почти забыла, что он был здесь.

Я подумала, что он был бы в ужасе, если бы я начала убивать людей. Он посмотрел бы на меня таким взглядом, словно я монстр. Он был готов умереть потому, что отказался забирать жизнь.

Но я намеревалась расстрелять всех.

— Рэн, — сказал он, настойчиво потянув меня за руку.

Я позволила ему потащить меня к входной двери и провести в темноту. Мы ушли в противоположном направлении от прожекторов.

Я забыла, что ненавидела людей. Я была бесстрастна к целям, вот как мы учились. Но я ненавидела их, даже когда была одна.

Грязные, отвратительные, жестокие, эгоистичные, импульсивные. И теперь мне придется провести дни-недели пробираясь через них, чтобы найти Адину и эту мифическую резервацию ребутов.

Я хотела возненавидеть Каллума за это, но мой мозг сразу же закричал, что виновата только я. Я та, кто не смог заставить Каллума следовать правилам. Я та, кто не смог обучить его достаточно хорошо, чтобы выжить внутри КРРЧ.

Я та, кто привел его во все это безумие, в котором он, скорее всего, все равно будет убит.