Эми Спаркс – Башня на краю времён (страница 2)
Кроме разве что…
Девочка остановилась около книги в коричневом тканевом переплёте, и сердце ёкнуло, когда она прочитала золотую надпись: «Тайна болота Оборотней» Горацио Пидлвика.
Её любимая книга. Она читала её в прежней жизни, прямо перед тем, как попала в Дом на краю магии. Девятка была завсегдатаем полуразвалившейся библиотеки под управлением дорогого рыжеволосого мистера Даунса в роговых очках. Вот по кому она будет сильно скучать, хотя и не признается себе в этом. Ей уже страшно хотелось открыть книгу и перечитать несколько страниц, почувствовать что-то знакомое, привычное… Пальцы помедлили около корешка, но Девятка не решилась взять книгу в руки. Подумать только – в последний раз она читала эту сказку, лёжа на покрытой мешковиной кровати. Возможно, Изумилиус всё-таки оказался прав: комната ей идеально подходила.
Девятка обернулась посмотреть на свою новую кровать.
Чёрный железный каркас, пышные подушки и бирюзовое шёлковое бельё. Постель. Настоящая мягкая постель!
Ностальгия по прошлому тут же улетучилась. Настоящая мягкая постель существует лишь для одной цели…
Девятка разбежалась и прыгнула на кровать. Покаталась, обнимая пухлые подушки, и развалилась на матрасе, раскинув руки и ноги. На потолке, выкрашенном в красивый синий цвет, виднелись какие-то искрящиеся изогнутые руны.
Дом… Жилище… Теперь у девочки было всё необходимое. Если комната так прекрасно ей подходит, почему же она сомневается, что сделала правильный выбор?
ТУК-ТУК.
Девятка нахмурилась.
Потому что стук исходил не от двери, а, как ни странно, из шкафа.
ТУК-ТУК.
Девятка вскочила с кровати и подошла к шкафу. Прикоснувшись к ручке, она вспомнила, где видела её раньше.
И сразу поняла, что увидит внутри. Девочка упёрла другую руку в бок, подняла брови и распахнула дверцу.
Из шкафа выкатился череп и остановился у её ног.
– Это ты, – уставившись на него, произнесла Девятка. А потом заглянула в шкаф.
Там находился безголовый скелет. Скелет в шкафу – уже нехорошо, но скелет без черепа, несомненно, ещё хуже.
Девятка обнаружила его в шкафу ещё во время первого посещения Дома и узнала три обстоятельства, ни одно из которых не вызывало желания встретиться с ним снова. Во-первых, он был хмурым, как сумрачный зимний день. (Хотя, с другой стороны, чего ждать от мертвеца, застрявшего в шкафу?) Во-вторых, его палец отлично подходил для отпирания замков. В третьих, Изумилиус странным образом волновался при его упоминании…
– Я стучу-стучу. Неужели нельзя поставить мою голову на место? – проворчал череп, не шевеля челюстью. – Никому нет дела до головы покойника. Я и гремел, и барабанил, и дубасил.
– Дом взлетел, – ответила Девятка, рассматривая необычного собеседника. – Кстати, Костяшка, как тебе удаётся говорить, не открывая рта? – Она перевернула череп.
– Поосторожнее. Раз я мёртв, люди считают, что могут таскать меня туда-сюда, воровать мои кости… – с особым выражением произнёс он.
– Это было только однажды. И я брала всего лишь палец, – недовольно ответила девочка. – И, между прочим, вернула. Почему ты вообще в моей комнате?
– Этот ужасный волшебник перенёс меня сюда! Сказал, что больше не хочет видеть меня на лестнице, – я, понимаешь ли, вызываю у него болезненные воспоминания. У него-то! А как насчёт меня? Никому нет до меня дела. Но, раз теперь ты здесь живёшь, может, поносишь меня в другие места ради разнообразия? Принесёшь чайку. Сотрёшь пыль с рёбер…
Девятка вздохнула и напялила череп на плечи скелету. Он сразу подобрался и с тошнотворным щелчком закрепил голову на шее.
– Конечно, – ответила Девятка, ещё не зная, как относиться к тому, что у неё в комнате находится скелет, да ещё требующий личной гигиены. – Я… м-м… обязательно протру тебя попозже.
И захлопнула дверцы шкафа.
– Не ври, – пробубнил скелет изнутри. – Никто никогда не протирает меня попозже. И не рассказывает, что происходит снаружи.
Снаружи. А что, кстати, там происходит?
Девятка подошла к левому окну и взялась за мягкие бирюзовые шторы. Дом путешествовал по волшебным королевствам. Хватит ли у неё смелости выглянуть на улицу? Ещё бы! Девочка раздёрнула занавески.
Кромешный мрак. Бесконечный, притягательный. Вдруг, к удивлению Девятки, откуда ни возьмись появился вихрь из серебряных нитей – они кружили, извивались, танцевали и наконец взорвались ослепительной вспышкой, оставив в темноте только потухающие звёзды. Затем внезапно расцвели ещё два вихря мерцающих нитей и принялись кружить и танцевать.
– Чудесно, правда, мадам? – спросил за спиной девочки Изумилиус.
Девятка обернулась и увидела, что он стоит в дверном проёме, опершись о притолоку и довольно улыбаясь. В руках волшебник держал блюдце и потягивал чай из фарфоровой чашки в цветочек. Только бы скелет не узнал, что Изумилиус пьёт самый изысканный напиток во всех королевствах, а то насчёт невозможности выпить чаю Костяшке наверняка тоже есть что сказать.
– Мы в Промежуточном мире, в Небытии и всё же на краю Всего. Это одно из самых опасных мест во вселенной… но и одно из самых удивительных.
Девятка с нарастающим любопытством взялась за оконную задвижку. Что там, снаружи?..
– Я весьма не советую вам отворять окно. Одна гостья как-то раз открыла у себя в комнате, и с тех пор мы не можем его закрыть. – Волшебник ненадолго потерялся в воспоминаниях. – Кроме того, это рискованно: мы путешествуем на умопомрачительной скорости, мадам.
– А так и не скажешь, – сказала Девятка, снова глядя на серебристые нити. – И по виду за окном не догадаешься.
– Ещё бы, – проговорил Изумилиус, задирая нос. – Это магия наивысшего порядка, мадам. Кроме того, Дом исключительно хорошо натренирован.
ПРЫГ! Дом резко тряхнуло. Девятка потеряла равновесие и упала на колени. Подняв голову, она увидела, что Изумилиус с округлившимися от тревоги глазами вцепился одной рукой в дверной проём, а другой старается удержать блюдце с дребезжащей чашкой. Чай капал у него с носа на пижаму.
– А это тоже была магия наивысшего порядка? – язвительно поинтересовалась девочка, вставая и потирая колени.
ПРЫГ! Дом снова тряхнуло. Чашка на блюдце опять задребезжала. Девятку бросило спиной на окно. Стекло угрожающе треснуло, но не разбилось. Изумилиус упал лицом вперёд.
Одно дело лететь бог знает где в непредсказуемом волшебном доме, а совсем другое лететь бог знает где в непредсказуемом волшебном доме, когда у него явно какая-то… неисправность.
– О-о-о нет, – вздохнул Изумилиус и поставил чашку с блюдцем на сундук.
– Что такое? – спросила Девятка. Всё её терпение быстро испарилось. – Что случилось?
– Мадам, я думаю, что Дом икает.
Глава 3
– Икает? – удивилась Девятка. – С чего бы ему икать?
– Откуда мне знать, мадам? – ответил Изумилиус. – Может, он нервничает.
– Как это Дом может нервничать?!
– Мадам, если бы ВЫ летели на умопомрачительной скорости в Промежуточном мире, в НЕБЫТИЕ, на краю Всего, а до этого не летали ТРИ ГОДА, потому что бессердечная ведьма наложила на вас ужасное проклятие, поверьте, ВЫ БЫ тоже нервничали!
Девятка подумывала напомнить волшебнику, кто виноват в том, что бессердечная ведьма – его сестра – наложила на Дом ужасное проклятие.
– Промежуточный мир не очень подходящее место, чтобы икать, – продолжал Изумилиус, – но я уверен, что Дом успокоится. А до тех пор нам просто нужно проявлять…
ПРЫГ! Девятка снова свалилась на пол. Когда она села, то была в комнате одна. А где же…
Дверца шкафа распахнулась, и оттуда, шатаясь, вылез Изумилиус.
– …осторожность.
– Правильно, не обращайте на меня внимания, – проворчал скелет.
– Проклятая икота, – пробормотал Изумилиус, быстро закрывая дверцу и припирая её спиной. Его щёки пылали.
– Полагаю, большего вреда ты уже принести не можешь, – бубнил изнутри скелет. – Хотя утверждать это я бы не стал.
– О каком вреде он говорит? – поинтересовалась девочка, с подозрением глядя на волшебника.
– Ни о каком, так, – залепетал тот. – Никакого ущерба! Вы же знаете, какие сварливые эти скелеты. – Он наклонился вперёд и понизил голос. – Хлебом не корми, дай побрюзжать. Вечная кость в горле.
– Я всё слышу, – пробухтел скелет. – Кстати говоря, я хочу кое-что нашептать тебе на ухо по поводу шкафа.
БОМ! Странный звук, похожий на удар гонга, раздался ниоткуда и разнёсся по всему Дому.
– Ну что ещё?
– А, спасибо вазе, спасла, – пробормотал Изумилиус и поскакал к выходу из комнаты. – Пойдёмте.
– Какой вазе? – спросила Девятка, обшаривая комнату в поисках шумного сосуда.
– Почтовой, – ответил волшебник.