Эми Мун – (Не)желанный брак. Невеста Каменного Герцога (страница 7)

Это было тяжелее, чем пережить смерть матери, а потом и отца. Тогда рядом осталась хотя бы Хельга, а сейчас… Бекки едва дышала. То жмурилась до кругов перед глазами, вымаливая хотя бы несколько минут сна, то бессмысленно разглядывала воздушный балдахин.

На убранство тут не скупились… Мягкий ковер, обтянутая атласом резная мебель, огромный камин и картины по стенам. Рядом – уборная. Нет нужды идти в купальню, под носом не хуже. Но, видит Создатель, Бекки отдала бы все на свете, чтобы очутиться как можно дальше отсюда. От одной мысли, что все это принадлежит герцогу, становилось тошно.

Откинув край пышного и холодного, как сугроб, одеяла, девушка соскользнула с неприлично-огромной постели. Но не успела сделать и нескольких шагов, как в дверь осторожно стукнули.

– Доброе утро, госпожа. Вы так рано проснулись, – проворковала Лора, просачиваясь в комнату с подносом. – И правильно, кто рано встает – тому Создатель подает.

Бекки молча сглотнула. От супницы струился удивительный запах. Даже голова закружилась.

– Добро… утро, – постаралась не подавиться слюной.

Девушка лукаво улыбнулась и подплыла к столу.

– Наша Нинель – не хуже мастериц дворцовой кухни. Воистину золотые руки и тонкий вкус. Этот суп – любимое блюдо короля. Он часто тут бывает.

– Король?!

Монарх слыл тяжелым нравом и не любил различного рода поезди. А после одного из покушений, в котором погибла молодая королева, а он сам получил увечье – мужчина и вовсе закрылся.

– Ну да, – продолжила щебетать Лора, ловко расставляя посуду. – Замок де Грейсторов окружает прелестнейший заказник. Тут водится даже голубь-горлан! Нежнейшее мясо, редкое. А роща с белым дубом – до чего прелестнейшее место!

Бекки нахмурилась. Целая роща? Но не за этим ли герцог решил жениться? Зачем ему еще, если у самого хватает? Впрочем, разве денег бывает много? Мачеха и сестры живое подтверждение, что сколько бы драгоценностей ни сверкало в ларцах, а местечко для еще одного гарнитура всегда найдется.

– И часто король, кхм, посещает замок?

Лора и бровью не повела. Расправив белый передничек, осмотрела идеально расставленные приборы и рассеяно ответила:

– Не так чтобы. Вот месяц назад охотился. А теперь, должно быть, вдвое больше не покажется. Со дня на день должны явиться послы из Полташ, Гернавии, а так же союзных островов Руссин. Опять невест притащат… Вот и хозяин уехал. У них с королем на этих прилипал большие планы.

Уехал! Бекки едва на ногах устояла. Облегчение обрушилось девятым валом, раскрашивая сумрак утра подобием радости. Уехал… Хоть бы надолго! А после пусть катится к своей любовнице – это будет таким счастьем!

– Присаживайтесь, госпожа, – как-то очень пристально посмотрела на нее Лора. – А я чай пока заварю.

Бекки воспользовалась предложением незамедлительно. Пусть думает, что хочет. Наверное, стоило бы выдержать лицо, но известие было слишком желанно.

Первой ложки супа она не почувствовала. Зато вторую… Ох, ее любимая Хельга наверняка приревновала бы, увидев мелькающий серебряной рыбкой прибор. Да таким супом и Создателю угодить можно! Что за дивные травы? А эти мягкие овощи и густой бульон… Но, ополовинив тарелку, Бекки все-таки сдулась. Жадность требовала еще хотя бы капельку, и все же девушка аккуратно положила ложку на салфетку. Хватит. Очень обидно будет расстаться со съеденным из-за собственной алчности.

– Благодарю, Лора. Выпьешь со мной чай? – ляпнула быстрее, чем подумала.

Голубые глаза распахнулись от удивления.

– Я?!

Бекки даже смутилась. Должно быть, девушка шокирована. Но компания к утреннему чаепитию давно уже стала необходимостью.

– Мы с Хельгой всегда пили чай вместе.

Девушка растерянно огладила белый передник. Но колебалась недолго – устроилась напротив.

– А Хельга – она…

– Моя кормилица. С самого младенчества рядом была. Добрее женщины я не знаю.

Бекки замолкла и занялась чаем. Голос начинал подрагивать, а показывать слабость перед Лорой не слишком хотелось. Но как же больно терять единственного близкого человека!

Чаепитие прошло в молчании, но скованности не было. Гораздо больше занимал вопрос – что дальше? Хорошо бы снова заснуть… И не просыпаться никогда.

– Госпожа, – вдруг подала голос девушка. – Позвольте показать вам замок. У герцога огромная библиотека и дивный сад.

Хрупкое подобие душевного равновесия разлетелось вдребезги, обнажая ядовитый клубок страха. Выйти? Ни за что! Но прошедшая ночь до сих пор давила на грудь могильной плитой. Надо отвлечься. Заставить себя не думать, и Бекки знала лишь один способ.

– Спасибо Лора, не стоит… – возразила без сожаления. – Скажи, а ты можешь найти бумагу и чернильное перо? Или уголь…

Глава 6

Король стоял перед окном и внимательно рассматривал сад. Тучи отступили под натиском Дара, и солнце уже неделю согревало землю – неслыханная роскошь для соседних стран и обыденность для Австарии. Плодовые деревья готовились к цветению, и бутоны обещали богатый урожай. Но вряд ли Генрих занимался подсчетом прибыли от продажи редких яблок с острова Тов-А, прозванных в народе «медом Создателя». Вильгельм их тоже весьма ценил, как и все другие сорта, но сейчас не до того.

Лидия не упустила возможности высказать свое «фи» переездом. И тут же аккуратно потребовать компенсацию, желательно в виде драгоценностей. Вильгельм готовился к нервам со стороны женщины, но это начинало утомлять. Пусть лучше сидит и помалкивает, если хочет дождаться брачного браслета.

Генрих тоже маялся сердечными вопросами. Железные пальцы протеза тихонько постукивали друг о друга, а неестественную напряженность плеч не прятал даже плотный черный камзол.

– В следующий раз мне подсунут ребенка, –  проскрипел король. Голосовые связки тоже пострадали – в глубокий баритон закрался надтреснутый хрип. – Какого демона?

Да, в Австарии брак раньше восемнадцати не заключался. В отличие от соседней Полташ, где девочек выпихивали под венец, едва тем исполнится пятнадцать.

– Самой взрослой леди шестнадцать, ваше Величество, – напомнил без особой охоты. – К тому же остальные не сильно младше.

Железные пальцы застучали громче. Генрих чуть повернул голову, и в густых темно-русых волосах сверкнула ранняя седина.

– Демонов… долг, – выцедил сквозь зубы, и Вильгельм был с ним согласен.

Вопреки всему, королевский брак оказался даже слишком удачен. Генрих обожал свою супругу, а леди  Катарина отвечала ему взаимностью. Счастье монаршей четы омрачалось лишь отсутствием наследника. Но когда королева, наконец, забеременела, случилось страшное – заговорщикам удалось совершить покушение во время одной из прогулок.

Королева погибла на месте, а король лишился руки до локтя – ее просто оторвало куском кареты. Вильгельм лично сделал протез, но что та железка Генриху! Мужчина до сих пор не простил себе смерть возлюбленной.

– Она сказала, что ей душно и хочется к окну, – лишь однажды обронил король. – Зачем я позволил…

Горечь и сожаление Генриха были настолько острыми, что Вильгельму стало не по себе. Не хотел бы он любить настолько сильно. Но контроль над привязанностями всегда давался ему легко, и  даже Лидии Вильгельм не позволял сжать коготки на сердце слишком сильно. Да, он выбрал ее в спутницы жизни. Как подходящую для этого женщину. Красота, умение себя держать, раскованность наедине и знатный, хоть и обедневший род – а что еще надо?

– Ну, а как дела в твоем замке? – сменил тему Генрих.

Проклятье!

– Фон Арнет не доставляет хлопот.

И даже больше. Девчонка отказывалась выходить из комнаты. В его замке поселилась монашка! Ни приказов, ни капризов. Но хотя бы аппетит улучшился. К тому же фон Арнет вздумала занять себя пачканьем бумаги.

В письмах значилось, что картины восхитительны, но вряд ли девица умеет вполовину того, чему обучают живописцев. Скорее, данное определение – элемент вежливости, не больше.

На ум пришли те два холста, которые он видел в замке Арнет. До сих пор в ушах шумел прибой, а воздух хранил запахи весенней травы и яблонь. И подписи нет. Мастер пожелал остаться неизвестным. Жаль.

В серых глазах короля мелькнуло понимание.

– Предлагаю покончить с неприятными обязательствами одним махом. В честь послов я обязан устроить бал, к тому же, – тут король нахмурился, – заодно можно приурочить сие мероприятие к королевскому дню рождения.

– Еще три недели, Ваше Величество.

Но Генрих махнул рукой. Он и раньше не любил «бестолковое веселье», а после смерти жены совершенно замкнулся в себе.

– Представишь фон Арнет ко дворцу, – озвучил очевидное, – два вечера, и можешь быть свободен.

– Вы слишком щедры, Ваше Величество, – хмыкнул Вильгельм. – Надеюсь, фон Арнет выдержит.

Король опять вернулся к  разглядыванию окна. Его тоже тяготило происходящее, несмотря на то, что девушка умерла бы в любом случае.

– Покойный фон Арнет обладал честью и достоинством, пока не попал в лапы новой жены. Постарайся держать себя  мягче с его дочерью.

Доброе слово от короля? Ну надо же! Не Генрих ли предоставил ему списки с кандидатками? А до этого первый завел разговор о том, что тридцать пять лет – достаточный срок ожидания.  Проклятье само собой не рассосется.

– Постараюсь, – поднялся на ноги.

Но обещать не стал.

***

Мазки ложились на бумагу едва заметной тенью. Одно неверное нажатие – и портрет будет испорчен, но рука легко порхала по бумаге.