Эми Мун – (Не)любимая жена. Развод с оборотнем (страница 16)
Во рту сделалось сухо.
Может, действительно повернуть назад? Ну его… Подумаешь, цветы! Найдет Варваре какие-нибудь поинтереснее.
Сердце забилось еще быстрее, вкидывая в кровь новую дозу паники. До судорог хотелось повернуть назад. Ломало просто! Но, гулко выдохнув, Марьяна сделала еще шажок. А потом еще, и еще…
- Упр-р-рямая… - застонали ступеньки, а может, чей-то голос.
Князь ругнулся, стражники зазвенели мечами, но Марьяна вскинула руку – не поможет ни брань, ни оружие. Нутром чуяла!
И, войдя в полутёмные сени, громко произнесла:
- Здравствуй, бабушка!
- Мяу!
И под ноги бросился сгусток мрака. Воины тут же начали плеваться.
- Кошка черная!
- Вот же нечисть!
И вновь схватились за мечи. От такого приема бедная животина зашипела, выгибая спину.
- Кис-кис-кис, - позвала Марьяна. – Мурочка, красавица… Иди на ручки.
Потянулась к ней. Или к нему?
Неважно! Главное, что зверушка среагировала как надо - подскочила ближе. Марьяна подхватила гибкое тельце и чуть сама не зашипела – а когти-то острые! Но вместо ругани осторожно почесала котейку за ухом.
- Такая милашка… Ну не рычи. Мои стражники немного, э-э-э, растерялись.
- Хшс-с-с!
И зверь перескочил к ней на плечо. Так она и зашла в горницу. Тесную такую, под потолок заставленную склянками, банками, горшками… А у стены среди всего этого добра восседала Ягша. Которая удивительным образом оказалась похожа на сказочную Ягу в исполнении Милляра: нос крючком, седые лохмы и выступающая вперед челюсть. Одежда, правда, не драная, а вполне приличная, хоть и бедная.
Старуха кольнула Марьяну острым, как шило, взглядом и оскалилась:
- Вот те на! Сама Марья Искусница ко мне пожаловала… Ну так можешь обратно топать! Недосуг мне гостей привечать.
Однако!
Марьяна на секунду задумалась, а потом смиренно кивнула.
- Как скажешь, бабушка. Пойдем, киса…
И развернулась, чтобы уйти. А за спиной послышалось возмущенное кряхтение:
- Куда кота потащила?!
Марьяна вновь взглянула на бабку.
- В терем, конечно. Накормлю его, напою, как положено
Бабка потемнела вся. На мгновение показалось, что она вскочит да как кинет клюкой или проклятьем, но старуха, наоборот, захохотала, будто закаркала.
- Ну и ну! Видать, не врали слухи – водяной княгине язык подточил, а вместе с тем и голову от тины избавил. Бо
И, оказавшийся рядом с хозяйкой, кот принялся ластиться к когтистой руке.
- Видишь, Искусница, одно мое слово – и не будет у тебя в тереме гостей, кроме как хвори да злых шепотков.
Мужики, включая князя, напряглись. Но только не Марьяна.
- Зачем тебе силы тратить, бабушка? Дай лучше цветочков аленьких из своего сада, а я взамен каменьев и злата, или, - оглядела бабулю с ног до головы, - в баньке тебя попарю, косточки разомну так, что резвой девочкой бегать станешь.
Потому что, если верить глазам, то у старухи минимум артрит.
Бурчание за спиной стало громче. А бабкины глаза шире.
- Видно, ошиблись люди, - пробормотала себе под нос. – Водяной тебе голову не вычистил, а наоборот – еще гуще мути в нее натолкал.
- А ты проверь, бабушка.
И - о чудо! – Ягша призадумалась. Смотрела куда-то вбок, тихонько перебирала кончики расшитой алым шали, но Марьяне казалось, что подслеповатые глаза зорко отслеживают каждое ее движение.
- Резвой девочкой, говоришь, - повторила медленно. – Занятно, занятно… Что ж. По рукам. А ежели не исполнишь своего слова, то возьму твоих лет в уплату!
В груди противно екнуло. Но пока Марьяна соображала с ответом, избушку наполнил медвежий рык князя.
- Говори да не заговаривайся, Ягша! Перед тобой
Однако старуха лишь фыркнула.
- Давно ли ты о супружнице заботиться начал? Помнится, в твоем сердце было место лишь для одной женщины.
- Ах ты…
И князь шагнул к бабке. Но Марьяна тут же загородила ее собой.
- Не надо, Дар! – уперлась ладошками в мужскую грудь. – На правду не обижаются…
Хотя слушать про другую довольно-таки неприятно.
- …А за свои годы я не боюсь. И без них бабушка невестой станет…
За спиной снова послышался фырк.
- …Но для этого растопите баньку, - попросила, заглядывая в желтовато-зеленые глаза, - не слишком горячо. Так, чтобы и в платье быть можно.
По скуластому лицу князя мазнула тень. А взгляд такой… ух! – до костей пронимает.
- Ладно, - прогудел наконец.
И, сделав знак стражникам, ушел. А Марьяна нервно потерла ладони, на которых еще чувствовался жар мужского тела. Да уж… Рядом с таким великаном хочешь не хочешь, а почувствуешь себя глупенькой и слабенькой. Интересно, а он сможет поднять ее одной рукой? И щеки вдруг защипало румянцем.
Марьяна потрясла головой. Надо собраться. Подумаешь, Медведь! Он вообще-то по другой сохнет…
- Так, - уперла руки в бока, внимательно оглядывая захламлённую склянками горницу. – Мне нужно какое-нибудь масло… Или мазь…
А еще повнимательнее осмотреть бабку. Однажды около года Марьяне пришлось поработать на массаже для взрослых, так что хоть маленькая, но практика была.
Ягша все-таки поднялась и с огромным трудом поковыляла к полке, которая висела у самой печи. Марьяна пошла за ней.
- Вот, этим я спину мажу, - старуха ткнула пальцем на пузатый горшочек, - а этим ногу…
И старуха чуть приподняла подол.
Марьяна только качнула головой – а вот и костяная нога. Вернее, атрофия мышц голени. Плоховато дело!
- Понадобится несколько сеан... кхм, раз. За один не размять.
Бабка хмыкнула. И в ее подслеповатых глазах блеснуло что-то такое… Марьяне вдруг показалось, что старая Ягша прекрасно знает – перед ней совсем не Марья Искусница. Только поэтому и разрешила новой владелице тела продемонстрировать свое мастерство.
В горле сделалось сухо. И ноги гнуться перестали. Однако Марьяна изо всех сил постаралась принять равнодушный вид. Никто ничего не докажет. И вообще, она будет все отрицать!
- Так, что у нас тут… - взяла с полки первую попавшуюся склянку и принялась разглядывать.
- Тут у нас средство от хворей в заду, - хихикнула бабка. – Пойдем, Искусница. Покажешь, из того ль места у тебя руки растут...