Эми Мун – Наследник для хозяина стаи (страница 13)
— Я буду что-то должна за этот спрей, господин Сабуров?
Оборотень чуть прищурился.
— Будешь…
Она так и знала!
-...Хорошую игру, — скучающе добавил альфа. — Надоело видеть, как ты ерзаешь в кресле, мечтая чтобы вместо него под твоей задницей оказался член.
Треснуть бы альфу шахматной доской, но Аврора молча забрала флакончик. И тут же использовала.
— М-м-м, — зашипела от боли.
Как будто серной кислоты плеснула! Но тут же прикусила язык. Запахи! Они стали исчезать! Боже, какое чудо… Кажется, она сейчас заплачет от радости!
— Спасибо, — шепнула с чувством.
— Пожалуйста. А теперь отдай спрей обратно.
— Нет!
Аврора прижала баночку к груди, готовая драться за нее насмерть. Но что Сабурову ее сопротивление! Чхать он хотел!
— Отдай, — повторил строго. — Иначе отберу силой.
Сволочь! Чертов ублюдок, давший ей в руки настоящую драгоценность, а теперь отбиравший её!
— …Я ее собираюсь тратить на тебя больше положенного, — продолжал бить словами. — Омежью натуру не переделать.
Да кто бы говорил! Будто она виновата, что родилась с этим проклятым измененнием в гипоталамусе! Она не выбирала!
— Спрей на стол, омега.
О-о-о, швырнуть бы его альфе в рожу! Белая бутылочка стукнула о лакированную поверхность.
— Впрочем, можешь забрать, если сыграем на желание.
И Аврора уже хотела было крикнуть “Да!”, но в последнее мгновение прикусила язык так, что рот наполнился кровью.
Боль отрезвила и привела в чувство.
— Не думаю, господин Сабуров, — выдавила почти по слогам.
А потом села за шахматную доску и двинула фигуру. Альфа ответил. Но его движение выглядело резче обычного. Недоволен. Значит, она все правильно сделала.
И Аврора сосредоточилась на игре.
Давид
Маленькая хитрая омега! Давид перекатывал между пальцами фигурку белого короля, которую забрал не далее как пять минут назад.
Но с какими потерями!
Кровь кипела, подстегивая схватить телефон и требовать вернуть Вольскую обратно — сыграть еще партию, а лучше — две. Или довести девчонку до слез.
Сумела-таки выкрутиться, паршивка. В последний момент соскочила! А ведь он очень старательно злил девку, чтобы она сама попалась на неосторожном пари.
Конечно, он и так мог сделать с омегой все, что хотел. Самые низшие в строгой иерархии оборотней, без собственного зверя, вечно скулящие от похоти, они не имели прав. Но получить добровольное согласие на подчинение — это было бы интересно.
Давид уже предвкушал, как распорядится своим выигрышем. И обломался… Снова! Острые края фигурки впились в кожу. Но боль только подстегнула выгрызающий изнутри огонь. А Вольская оказалась крепким орешком! Можно и клыки обломать… А как играет! Давно он не получал
Девчонка сражалась, как мелкая, но царапучая кошка. Снова загнала его в вилку и один раз сумела поставить шах. Нда… Взбодрила так взбодрила.
Даже боль, угнездившаяся глубоко в суставах, отошла на задний план. Давил просто забыл о ней!
А что, если девчонку реально подпустить к оформлению детской? Просто чтобы попробовать? Если у омеги есть склонность, то она может принести ему не только наследника, но еще и деньги.
Эта мысль воодушевила не хуже сыгранной партии. Финансы Давид считать умел. Пришлось научиться, вытаскивая стаю из той задницы, куда ее загнал папаша со своей долбанной “любовью” к жадной и тупой твари.
Зверь недовольно рявкнул. Его бесили мысли о прошлом. Давида тоже. Но время от времени он напоминал себе, к чему может привести зависимость от женщины. Особенно если это омега. И неважно, какие там у нее
А вот способности… это он хотел проверить. Но обставить так, чтобы девчонка осталась ему глубоко благодарна.
Глава 8
Если бы Авроре однажды сказали,
Это аксиома! Основа жизни оборотней. Проклятый стандарт. Но господин Сабуров не желал вписываться в общепринятые рамки.
— Сколько на этот раз, омега? — оглядел ее с головы до ног. — Полчаса выдержишь?
Да-да… Оборотень развлекался тем, что пытался поставить ей мат за определённый отрезок времени. Аврора могла по праву гордится тем, что в половине случаев это ему не удавалось. Что, кажется, только подстегивало Сабурова.
— Надеюсь, что выдержу, — ответила, присаживаясь напротив.
И выжидательно глянула на мужчину. Альфа как всегда предпочитал домашнему стилю деловой, но сегодня вместо пиджака выбрал жилетку. Темно-серая ткань красиво сочеталась с винной рубашкой. И эти подкатанные рукава… Легкая вольность, от которой фантазия уходила в разнос.
Подскочить бы, одним махом смести шахматы и самой лечь на стол. Или упасть на колени… Сделать все, чтобы сильные жилистые руки альфы схватили ее и не выпускали сутки напролет. Оставили на коже россыпь отпечатков, тискали, щипали, гладили…
Но Аврора упрямо сжала губы. К черту скулящую от восторга омежью натуру. Ей нужен спрей.
Каждый раз альфа выдавал его как великую милость. Действия лекарства хватало примерно на час. И это было самое счастливое время в ее жизни! Но на этот раз Сабуров не спешил. Сложив руки в замок, смотрел на нее так, будто скальпелем душу резал.
Аврора стиснула кулаки. Все это нехорошо…
— Для омеги постоянное использование спрея противопоказано, — высказался наконец. — Ты можешь потерять обоняние...
О, неужели?!
— …а вот гормоны останутся на том же уровне. Будешь все так же хотеть.
Проклятье! Аврора расстроено прикусила губу. Сабурову это не понравилось.
— Еще раз пустишь в ход зубы — ничего не получишь! — зарычал, хлопая ладонью по столу.
Аврора вздрогнула. Но приказ выполнила. А оборотень резко подался вперед, обдавая волной животной силы и раздражения.
— Сегодня у меня особое пр-р-редложение… — зарычал низко.
А у нее перед глазами поплыло. Да-да-да… она согласна! Вообще на все! Только бы без одежды. И чтобы несколько раз…
— …Не кусать губы! — рявкнул альфа.
Аврора затрясла головой. Чертовы гормоны…
— П-простите, господин Сабуров.
Оборотень отмахнулся.
— Я тебя предупреждал насчет зубов. Спрея сегодня не получишь.
Какая же он тварь… Аврора стиснула пальцы так, что ногти вспороли кожу.
— …А если будешь и дальше вредить себе — лишишься возможности обустроить детскую.
Что?! Аврора уставилась на альфу, силясь отыскать в его взгляде хотя бы намек на обман.
— Детскую? — повторила, едва ворочая языком.