Эми Кауфман – Сияние Авроры (страница 20)

– Это не кред, – вдруг говорит Зила, вытаскивая жетон с бирюзовой полосой из красно-золотой кучи. Потом передает мне, поскольку я сижу перед слотом для карты памяти.

Мгновение я медлю – у меня есть правило никогда не вставлять жетон, полученный от незнакомца, в свое устройство, если только это не метафора. Но если бы наши благодетели хотели избавиться от нас, то могли бы воспользоваться уже не одной возможностью. Поэтому я, поморщившись, вставляю жетон в разъем.

Главный экран оживает, и нас приветствуют адмирал Адамс и боевой командир де Стой. На них парадная форма с эмблемой Академии Авроры на плечах. Адамс в знак приветствия поднимает кибернетическую руку, де Стой одаривает камеру легким кивком, взгляд ее черных глаз нечитаем даже для другого бетрасканца.

– Приветствуем вас, легионеры, – серьезным тоном произносит Адамс. – В первую очередь хотим отметить: вы отлично справились с расшифровкой нашего кода. Мы с командиром де Стой сожалеем, что не можем ввести вас в курс дела лично, но если вы смотрите это послание, значит, сейчас, как мы смеем надеяться, находитесь на борту «Нуля» и направляетесь к конвою «Гефеста».

Он на время замолкает, и в образовавшейся паузе раздается общее протяжное: «Что-о-о-о-о?»

Пока недоверчивое потрясение всех сидящих за столом окончательно не вышло из-под контроля, слово берет де Стой:

– Легионеры, происходящее, без сомнения, покажется вам весьма странным. Мы знаем, что у вас накопилось множество насущных вопросов. Но, к несчастью, по некоторым причинам, которые однажды станут вам ясны, мы не можем многого раскрыть о сложившейся ситуации. И сожалеем о тех испытаниях, с которыми в результате вам придется столкнуться. Но вы должны, по крайней мере, знать вот о чем. – Она обводит взглядом мостик, как будто по-настоящему видит нас. – Все наши усилия направлены на то, чтобы вас поддержать. Мы знаем, что вы решили продолжить дело эшваров. И вы – наша последняя надежда в борьбе с Ра’хаамом.

– Мы не можем открыто заявить о своей поддержке, – продолжает Адамс. – По правде говоря, Легион Авроры должен активно выступать против вас. Ра’хаам располагает агентами в Глобальном Разведывательном Управлении и, возможно, даже в других звездных правительствах.

Я бросаю взгляд на Аври – у нее каменное лицо. Она, скорее всего, как и я, сейчас представляет своего отца в белой гэрэушной форме Принцепса, который взывает к ней, умоляя присоединиться к Ра’хааму.

– Примите эти подарки, – говорит Адамс. – Всегда держите их при себе. И знайте, что вы следуете правильному пути.

– Знайте, что мы верим в вас, – подхватывает де Стой. – И вы должны верить друг в друга. Мы – Легион. Мы несем свет. Куда мы приходим – там ночи нет.

Адамс смотрит прямо в камеру и повторяет слова, которые говорил нам, когда мы покидали Академию, не подозревая о том, что нас ждет.

– Вы должны верить, – произносит он.

На этом послание заканчивается.

Долгое время никто ничего не говорит. Все пытаются осмыслить услышанное. Мысли проносятся в моей голове со скоростью света, звенят в мозгу от чудовищности всего происходящего и грозят выскочить из черепа.

Нашим командирам известно об эшварах. Известно о Ра’хааме. Они понимают, с чем мы имеем дело, и каким-то непостижимым образом заранее знали, что произойдет: мы найдем Аври, потеряем Кэт, станем межзвездными беглецами. Это послание долгие годы ждало в хранилище – оно появилось там задолго до того, как кто-то из нас поступил в Академию Авроры. И даже стал легионером.

Наконец Аври первая нарушает молчание:

– Я не очень хорошо знакома с вашим начальством, но если они знали о том, что случится, было бы неплохо вас предупредить.

Скарлетт смотрит на Шэмрока, сидящего над пустым креслом пилота. Лицо у нее бледное, голос безжизненный.

– И не говори.

Кэл тянется к Аври и осторожно берет ее за руку.

– Не теряй веру, бе’шмаи. Адамс и де Стой до сих пор делали все возможное. Мы должны верить, что, скрывая от нас какую-то информацию, они по-прежнему хотят нам блага.

Ну, разумеется, все это как раз по части сильдратийцев – они сторонники всевозможных тайн и пророчеств. Неудивительно, что Кэл на это повелся. Но я вижу взгляд сидящего напротив Тайлера – его большие синие глаза пронзают меня насквозь.

– Мы должны верить, – тихо произносит он.

Из присутствующих на корабле только нас с Тайлером можно назвать религиозными. Поэтому я знаю: он чувствует то же, что и я – здесь каким-то образом замешан Творец. Говоря те слова, Адамс ссылается на веру Тайлера. Но как же мучительно трудно продолжать верить, когда эта вера уже так дорого нам обошлась. Когда небезразличные нам люди считают нас предателями. Когда мы боремся, спасая галактику, а целая галактика, похоже, борется против нас.

Когда кресло пилота пустует.

– Что ж, – говорит Скарлетт с наигранным весельем. – Во всем этом есть свои плюсы: теперь мы точно знаем, что движемся в правильном направлении.

Зила кивает:

– Наша новая цель – черный ящик «Хэдфилда».

Это заявление рассеивает мрачное настроение, воцарившееся за столом. Тайлер быстро кивает и вновь превращается в прежнего Золотого мальчика. Расправляет плечи и говорит властным тоном:

– Да, это был тяжелый день. Предлагаю перекусить и разработать план, а потом, как только мы пройдем ворота Складки, немного отдохнуть.

Уверенность в его голосе, по всей видимости, пробуждает остальную часть команды, потому что вскоре все приходят в движение: поворачиваются к своим дисплеям, роются в шкафчиках с припасами или готовятся к входу в Складку. Я опускаю взгляд на панель, где лежит мой подарок – тусклый, металлический, такой же бестолковый, как космический скафандр без запаса кислорода.

А потом со вздохом убираю ручку в нагрудный карман.

– Очень надеюсь, мы знаем, что делаем.

Несколько часов спустя я несу вахту. Сижу, закинув ноги на центральную панель управления, чтобы унять боль в пояснице. Путь в Складке до ворот рядом с ближайшим конвоем предстоит долгий, а длинное путешествие по Складке обычно сопровождается различными неприятными симптомами: паранойя, мандраж и даже психоз, но благодаря своему достаточно молодому возрасту мы должны спокойно перенести этот скачок.

После достижения двадцати пяти лет ситуация в корне меняется. С наступлением этого возраста уже нельзя долгое время перемещаться по Складке без погружения в стазис. Вот почему экипажи Легиона Авроры формируются так рано. Мы выпускаемся около восемнадцати лет, и в нашем распоряжении еще семь, прежде чем придется почти полностью перейти на офисную работу.

Иногда я задумываюсь, не влияет ли испытываемая моим телом перегрузка на то, что у меня будет меньше времени до того, как Складка начнет действовать на меня. Хотя в этом, как сказала бы Скарлетт, есть и свои плюсы: для того чтобы столкнуться с такой проблемой, нужно как минимум остаться в живых. А шансы на это в лучшем случае невелики.

Если бы Тай знал, в каком плачевном состоянии находится мой костюм, то ни за что не поставил бы меня на вахту. Он до сих пор этого до конца не осознает, а Скар из уважения к моим просьбам держит эту информацию в тайне. Все равно в скором времени вопрос решится: ведь у меня в каюте есть все необходимое для ремонта. Как только мой костюм будет настроен должным образом и начнет функционировать, из мышц уйдет все напряжение, и они станут восстанавливаться.

Я проверяю приборы в пятый раз за пять минут. Мы по-прежнему движемся по курсу, погони нет, изображения на экранах приобрели четкие монохромные цвета, как и все в Складке. К черно-белым оттенкам бетрасканцам не привыкать – жизнь под землей даже в лучшие времена не особо красочна. Но иногда я задаюсь вопросом, не смущает ли это моих товарищей по экипажу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.