Эми Кауфман – Пламя Авроры (страница 67)
Скарлет кивает.
— Поднажми, так сильно, как сможешь.
* * * * *
Каждый из нас находит способ занять себя на последующие четыре часа. Зила у панели управления снова и снова проверяет показания приборов. Аври исчезает в своей комнате и закрывает дверь. Скарлет открывает досье на Сильдрати и погружается в чтение. Я? Мне ничего не остается кроме как попытаться починить Магеллан, и, честно говоря, слушать безжалостно щебечущую информацию о том насколько я глуп, совсем не поднимает мне настроения. Вместо этого я нахожу съестное и пытаюсь покормить Скар и Зилу, Аври не отзывается на мой стук… я же просто прогуливаюсь.
Я смотрю на закрытую дверь в каюту Кэла, пытаясь понять, что я думаю обо всем том, что он сделал. Несмотря на то, что я чемпион галактического класса по выдумыванию остроумных реплик через час или два после упущенной возможности, но этот раз я лажаю. Я не совсем уверен в том, что чувствую теперь, когда Кэла с нами нет. И, сказать по правде, после всего, через что мы прошли вместе, ощущение такое, словно кто-то проник в наше сердце и оторвал от него кусок. В конце концов, повинуясь интуиции, я возвращаюсь к складским отсекам. И действительно, в углу за топливными элементами и запчастями свалены в груду бочки с черной краской. Как раз то, что нам нужно.
И это наталкивает меня на мысль вот о чем. О записке в портсигаре Кэла. Маленький металлический футляр сам по себе, несомненно, оказался полезным и записка внутри оказалась акутальной.
Что же на счет других подарков, которые нам достались из ячейки в Изумрудном Городе? Серьги Зилы, кулон Скар, новые блестящие ботинки Тайлера. Словно Адамс и де Стой знали что нас ждет, где мы окажемся, что будем делать, и я не впервые задаюсь вопросом, каким образом. Я лезу в карман и достаю шариковую ручку, которая досталась мне. Хмурюсь, глядя на нее. Интересно, зачем, во имя Творца, она мне нужна. Полагаю, раз командиры Легиона предвидели, что в Кэла будут стрелять, раз они предвидели, что его нужно предупредить, чтобы он сказал правду, быть может, эта штуковина в моей руке обладает некой магией, которая поможет в трудный час. Я нажимаю на кнопку на кончике, туда — сюда. Надеясь на некое чудо.
— Меня облапошили, — вздыхаю я.
* * * * *
Когда мы прибываем на станцию Тирнан…кстати, Зила и в самом деле спалила её, но часики тикают, мы не знаем, каким окажется приём. Поэтому осторожно проходим через Ворота Складки, цвета мгновенно возвращаются на корабль. Структура станции прекрасна, дизайн Сильдратийский. Она в форме гигантского яйца, испещренного огоньками. Сбору нарисован огромный глиф Странников, и вокруг, описывая изящные дуги, кружат сотни истребителей и крейсеров. Стоит нам появиться, все направляют на нас оружие.
Скар склоняется над микрофоном и очень осторожно говорит. Я не понимаю сильдратийского, но я нахожу переводчик на своем юнигласе, эта встреча настолько важна, что она тренировалась со мной до нашего прилета сюда.
— Мы здесь, чтобы увидеть Старейшину Рэйлиина Кендара Амината.
Возникает пауза, а затем раздается ответ.
— По какой причине?
Скарлет делает глубокий вдох. Мне она сказала, раз нет иного выхода, лучше придерживаться правды. Она нажимает на кнопку передачи данных и её серьезность возрастает до одиннадцати по шкале от одного до десяти.
— Нам нужна его помощь, чтобы спасти галактику.
* * * * *
Примерно полчаса спустя я стою в одном из стыковочных отсеков станции Тирнан, осторожно нанося глифы Сильдрати на довольно старенький корабль. Символы Несломленных красивы, элегантны… но немного отдают дикостью. Некий намек на жестокость, которую так любит Звездоубийца. Я следую визуальному руководству, отправленному Скарлет мне на юниглас, за мной наблюдает группка сомнительного вида Странников. Зила внутри проходит урок пилотирования. Аври наконец вышла из своей каюты и теперь медленно нарезает круги по посадочному отсеку. Она двигается с некой грацией, которая у меня больше ассоциируется с Кэлом, и она напоминает мне беспокойного хищника. Она, кажется, не замечает всех нас. Но Странники, которых мы спасли с «Андараэля» очарованы ею, наблюдая, как она ходит взад и вперед. У всех Странников есть слабые экстрасенсорные способности. Они эмпаты. Резонанты. Я слышал о них слухи, будто они могут общаться телепатически друг с другом. Быть может, они ощущают силу, исходящую от её мозговых волн.
Скар разговаривает со старейшиной, который выглядит глубоко озабоченным её дальнейшим жизненным выбором. Несмотря на то, что у него сильный акцент, он говорит на ломаном земном, что выгодно для Аври.
— Мы не можем помочь вам в этом, — говорит он девочкам. — Каэрсан…, Пустота прокляла его имя… уже уничтожил наш мир. Нам потребовалось множество циклов, чтобы собрать этот анклав. МЫ не можем рисковать, навлекая на себя его гнев, юные Землянки.
— Понятно, — говорит Скарлет.
Рэйлиин мягко улыбается.
— Вашу ложь оценили по достоинству. И мы, без сомнения, в долгу перед вами за то, что спасли нас на борту «Андараэля». Но мы, Странники, были самой маленькой кликой среди нашего народа, даже еще до того, как наш мир был уничтожен. А когда Сильдра пала, агенты Каэрсана непрерывно охотились за нами.
Аври сужает глаза, услышав это. Она останавливается, глядя в глаза Рэйлиина.
— А почему они охотятся за вами?
Сильдрати кивает вместо поклона, поэтому когда старейшина замолкает и кивает прежде чем ответить, я понимаю, что у всех этих людей должно быть хоть малейшее представление о том, кто она такая. Что она собирается сделать.
— Мы не претендуем на то, чтобы владеть замыслами сумасшедшего, — отвечает он. — Мы знаем лишь что немногие собрались здесь тайно и крайне осторожно. Нам нельзя привлекать к себе внимание. — Он указывает на корабль, что я разрисовываю. — Но, как я уже сказал, наше спасение от Несломленных не останется без награды. Это самое быстроходное судно, которое у нас есть, и экипаж которого может состоять из четырех человек. А идентификационные коды, которые мы вам дали, были получены совсем недавно теми немногими оперативниками разведки, которые у нас еще есть на местах. Благодаря грации Пустоты, огромным размерам армады Звездоубийц и острым ощущениям от предстоящей атаки Несломленные могут не обнаружить вас.
— Спасибо Вам, старейшина Рэйлиин, — Скар кивает в знак глубокого уважения. — Если мы не свяжемся с вами в течении дня — «Нуль» ваш. Независимо от того, насколько, как по вашему мнению, вам кажется здесь безопасно, я советую воспользоваться кораблем и бежать со всех ног. Если мы не справимся, Несломленные — самая малая проблема этой галактики.
Честно говоря, «день» звучит для меня довольно оптимистично. Осталось два с половиной часа до того, как Звездный Истребитель спустится в земную систему, чтобы переставить мебель. И учитывая, что мы направляемся прямо к нему, чтобы попытаться остановить его, велика вероятность, что пройдет два с половиной часа, прежде чем Каэрсан «переставит» и нас. Есть множество вещей, которые я хотел бы сделать или сказать. Но, сказать по правде, я не могу представить, где бы я хотел оказаться больше, чем здесь.
31
Саэди устремляет на меня взгляд через комнату, поджав губы. За все то время, что мне потребовалось, чтобы выложить все: про Аврору, Эшваренов, Ра`хаам, Октавию III, Кэт, хранилище в Изумрудном Городе, ВРУ — обо всем; кровь успела высохнуть на её лице и на полу между нами. У меня в голове не раздалось ни одной её мысли. Её выражение лица изменилось лишь раз: моргнула, сузила глаза, когда я упомянул об Оружии, которое, как я надеялся, смогут найти без меня.
После моего признания Саэди просто сидит. Я ожидаю, что она рассмеется. Обзовет меня лжецом и психом, то есть отреагирует как любой нормальный человек, когда ему рассказываешь, что древнее растение, проиграв в войне древней расе экстрасенсов, пробудилось вновь миллиарды лет спустя, чтобы поработить галактику.
Но когда ее голос, наконец, раздается в моей голове, её мысли спокойны.
Я моргаю.
Я проглатываю комок в горле. В груди больно.
Саэди сужает глаза.
Я ощущаю внутри себя гнев. Теплый и желанный.
Да, киваю я.
Я вскидываю бровь. Ту самую, что со шрамом. Для дополнительного эффекта.
Я пожимаю плечами.
Она сужает глаза, услышав слово «унаследовала». Она смотрит на меня долго и пристально. Глаза сияют, обрамленные темными густыми ресницами и черной краской. Её взгляд задерживается слишком долго на моей обнаженной груди.