Эми Кауфман – Пламя Авроры (страница 62)
Цветовой ландшафт галактики сменился с монохромного на все оттенки радуги, врезавшись прямо мне в голову. Когда мы пересекали брешь, «Нуль» вздрагивал под нами, я заметила Аврору, стоящую в центре мостика — руки вытянуты, глаза горят, словно маяк… непоколебимую, как скала, в то время как остальные из нас цеплялись за все подряд изо всех сил. У меня появилось отчетливое ощущение, что, если бы ее не было там с нами, врата разорвали бы нас всех на мелкие субатомные кусочки. Как бы то ни было, погружение было отчасти похоже на то, словно по голове тебя кто-то огрел голым астрофизиком.
И теперь мы по другую сторону. Полагаю, эта аномалия была своего рода Складскими Воротами, скрытыми, наполовину разумными; кажется, они только и ждали появления Авроры, которой было под силу их открыть. Сигналы тревоги понизились практически до нормального уровня. Я вырубила дабпанк, поскольку момент требовал определенной серьезности. Потому что все мы собрались вокруг голографического дисплея, где наконец увидели изначальную точку отправления зонда. Место, с которого путешествие Авроры, да и наше тоже, началось еще миллионы лет назад. Отправная точка, где Эшварены предприняли последнюю, отчаянную попытку предотвратить воскрешение Ра`хаама.
Безжизненная. Безводная. Она висит в космосе, обрамленная мягким светом алой мерцающей карликовой звезды, бесплодной и одинокой.
— Что это за место? — шепчу я.
— Их дом, — отвечает Аврора, не отрывая глаз от экрана. — Во всяком случае, то, что от него осталось.
— Древние, — благоговейно произносит Кэл.
— Эшваренов, — выдыхает Финиан.
Аврора вздыхает.
— Вот бы вы видели, какой она была раньше.
— Я не могу обнаружить никакой тектонической активности, — говорит Зила, глядя поверх своего юнигласа. — Ядро полностью заморожено. Атмосфера почти отсутствует. Никаких признаков жизни. — Она оглядывает мостик, темные глаза, наконец, останавливаются на Авроре. — Даже микробов нет.
— Это то самое место, — произносит Аврора, её голос словно сталь. — Где они сделали зонд. Изготовили Оружие. Я… вижу их. Ощущаю. — Она хмурит брови, прижимая пальцы к виску. — Их эхо. Их голоса.
Она смотрит на Кэла и тянется к его руке.
— Я знаю, куда нам нужно.
Кэл кивает, его глаза сияют.
— Я бы последовал за тобой до конца всех времен, бе`шмай.
Остальные из нас выглядят усталыми, взвинченными, на полпути между потрепанным и коматозным состоянием. Как обычно, у Кэлииса Идрабана Гилрайта на голове нет ни единого выбившегося из прически серебряного волоска. Но в нем тоже есть что-то особенное.
— Что произошло в Эхо? — спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого.
— Твои тренировки были успешными? — произносит Зила. — Ты сможешь владеть Оружием?
Аври смотрит на мертвый мир под нами. Я ощущаю в ней огонь. Жар, пылающий, словно солнце. Но также…и неуверенность? Она смотрит на Кэла. Сжав челюсти и стиснув кулаки.
— Давайте сперва найдем его.
* * * * *
Мы приземляемся семнадцать минут спустя, после бесшумного взлета в безвоздушное небо над миром Эшваренов. Зила вежливо предложила, чтобы ей разрешили взять управление на себя — ну, во всяком случае, настолько вежливо, насколько это возможно для Зилы. После моего пребывания на мостике, иметь кого-то, кто знает как пилотировать, для нас огромное облегчение. В этом мире больше нет океанов, нет континентов, но мы приземляемся где-то рядом с его южным полюсом. Зила обеспечивает нам идеальную посадку: мягкий стук и тихий пинг навигатора — единственные признаки того, что мы вообще приземлились.
— Да ты просто выпендриваешься, — улыбаюсь я.
— Да. Но не вздумай влюбиться в меня, Скарлет. Я лишь разобью твое сердце.
Я улыбаюсь и подмигиваю ей.
— Я слишком высокая для тебя, помнишь?
Ее губы изгибаются в легкой улыбке, и она заправляет темный локон за ухо. Я замечаю, что ее взгляд задерживается на мне, хотя обычно она отводит глаза.
Вскоре мы собрались в стыковочном отсеке, готовясь к полету. «Нуль» оснащен достаточным количеством защитных костюмов для всего отряда. Они громоздкие, уродливые, возмутительно однообразные — подогнаны лично для нас и аккуратно хранятся в шкафчиках, помеченных нашими именами. Зила помогает Фину натянуть его костюм поверх экзоскелета. Аврора и Кэл помогают друг другу переодеться с непринужденной легкостью людей, которые абсолютно, определенно, на сто процентов спят друг с другом.
И конечно, мои размышления о внеклассной активности Мистера Идеальные Волосы и Маленькой Мисс Триггер прерываются при виде шкафчика Тайлера. Одного взгляда на его имя, выдавленное по трафарету на металле, достаточно, чтобы мой желудок сжался и сделал кульбит внутри. Несмотря на то, где мы, масштабы всего происходящего, я снова начинаю нервничать. Я знаю, что мы здесь затем, чтобы спасти чертову галактику, мы делаем то, что нам было приказано. Но он мой брат-близнец, и я надеюсь, молюсь, чтобы с ним всё было в порядке. Фин, кажется, понимает это, придвигаясь ближе, он пытается сгладить напряжение.
— Хорошо, что эти костюмы сверхпрочные, — шутит он, кивая на спектрограф рядом с дверью отсека. — Там определенно непогода для бикини.
— Стрёмно. — я слабо улыбаюсь в ответ. — Я просто потрясающе выгляжу в бикини.
— Ого, какое совпадение, я тоже.
Это не самая его смешная шутка, и пока он говорит, он смотрит на шкафчик Тайлера. Тяжело сглатывает.
— С ним все будет в порядке, да?
— Ага, — вздыхаю я.
— Серьезно, — говорит Фин, оглядываясь в поисках поддержки. — После всего, что мы сделали, мы должны вернуть его, Скар.
Кэл кивает, эдаким Сильдратийским кивком.
— Клянусь честью.
— Без вопросов, — соглашается Аври, в её голосе сталь.
— Я знаю, что это сложно, Скарлет, — продолжает Кэл, пристально глядя на меня своими прекрасными глазами. — Но мы на верном пути. Из всех людей Тайлер Джонс понял бы это.
Я немного выпрямляюсь, становлюсь чуть выше. Все эти люди вокруг — поддерживают меня, это бойцы, которые стали моими друзьями; друзья, которые стали семьёй. Я шмыгаю носом и киваю, опуская шлем на место.
— Знаю, он бы так и поступил.
Фин неловко похлопывает меня по плечу.
— Ладно, — говорю я. — Давайте найдем эту проклятую стрелялку.
Мы заходим в воздушный шлюз, и довольно быстро попадаем на ледяную поверхность планеты Эшваренов. Я смотрю на Аврору, вспоминая, когда мы делали нечто подобное в последний раз, на Октавии III. Тогда она была на взводе, изо всех сил пытаясь понять, кто она. Но теперь она берет инициативу на себя, шагая по осыпающейся породе. Пейзаж серый и безжизненный. Арктический ветер дует со скоростью сотни километров в час, но атмосфера настолько разряжена, что для нас это едва ли лёгкий ветерок.
Кэл и Зила вооружены винтовками-дезинтеграторами, мы с Фином идем, держа руки на пистолетах. Пока мы следуем за Аври, нет реального ощущения опасности. Ничего похожего на ту странную потустороннюю враждебность, которая встретила нас на Октавии III. Я поражена насколько это несправедливо, Ра'хаам до сих пор жив, а битва, в которой было отдано всё, завершилась вот так. Мне грустно. Я ощущаю себя ничтожной. Жалкой. Мне холодно, несмотря на костюм.
Мы идем минут двадцать, неуклонно поднимаясь вверх, пока, наконец, не оказываемся на утесе с видом на кратер: массивное круглое углубление на поверхности этого мёртвого мира, простираясь до самого горизонта. Но в центре этого углубления я с удивлением вижу…
— Дверь, — шепчет Финиан.
По крайней мере, похоже на нее. Она огромна, километров десять в ширину. Открытая, словно пасть, она ведет в огромный темный проход за её пределами. Поверхность планеты представляет собой пустыню, но внутренняя часть туннеля, практически не затронута стихией.
— Разве она… должна быть открыта? — неуверенно спрашиваю я.
Я бросаю взгляд на Аврору, ощущая, как от неё исходят волны напряжения.
— Бе`шмай? — спрашивает Кэл, неотрывно глядя на неё.
— Именно здесь был хрустальный город, Кэл, — отвечает она, её голос немного не от мира сего. — Это..
Она мотает головой.
— Все вы. Держитесь за меня, друг за друга.