Эми К. Роджерс – Верни меня (ЛП) (страница 48)

Она посмотрела на мужа. Он лежал, положив руку на глаза, и ее сердце упало. Они не особо обсуждали вопрос детей до свадьбы. Черт, да они даже сам брак не обсуждали до свадьбы.

Алли повернулась на бок и оперлась на локоть.

— Извини. Я не хотела тебя пугать.

Он провел рукой по лицу.

— Ты просто застала меня врасплох. Я даже не учитывал такой возможности.

— Ну, возможность всегда есть, даже когда предохраняешься, — она хихикнула. — А мы часто практикуемся, — ее неуклюжая шутка не вызвала никакой реакции, и Алли забеспокоилась еще сильнее. Она глубоко вдохнула и заговорила тихим голосом: — Я знаю, мы поженились в спешке, Хадсон. И не при самых удачных обстоятельствах, — в горле встал ком. — Если ты передумал насчет… — она замолчала, не желая и не имея сил закончить предложений.

Хадсон убрал руку с лица и одним движением перекатил ее под себя.

— Никогда не говори этого снова. Даже не думай об этом, — он перенес свой вес на локти, чтобы посмотреть ей в глаза. Интенсивность его взгляда лишь усиливалась выразительным тоном его голоса. — Ты весь мой чертов мир, Алли. Воздух, которым я дышу. Ты любовь всей моей жизни. Ты была ею десять лет назад, являешься ей сейчас и всегда будешь. Навеки.

— Но ты испытал такое облегчение…

Он покачал головой.

— Ты просто застала меня врасплох, вот и все. Конечно, я хочу от тебя детей. Ты хоть представляешь, что делает со мной одна лишь мысль о том, что в тебе растет мой ребенок? — его пальцы погладили ее живот, посылая мурашки по всей коже. — Иисусе, Алли, я хочу этого. Но я эгоистичный ублюдок, и еще не готов делить тебя.

— Я боялась, что теперь, когда все улеглось… — В этот раз Хадсон выгнул бровь, и Алли не стала заканчивать мысль. Его взгляд был одновременно мрачным и игривым, и будь это любая другая тема, она продолжила бы просто для того, чтобы посмотреть, куда это заведет. Но их будущее — не тема для шуток. Так что хотя ее тело уже отвечало на мысль о том, какую сладкую пытку он приготовил ей в наказание, она отбросила пошлые фантазии.

— Ладно, — сказала она, краснея под его горячим взглядом. — Не буду говорить.

Хадсон широко улыбнулся.

— Уже прогресс, — он взял ее за руку и поднес их переплетенные пальцы к губам, целуя ободок ее обручального кольца. — Ты от меня никуда не денешься. Я думал, что клятвы, не говоря уж о кольцах, это ясно говорят, — между его бровей залегла небольшая складка, а затем лицо озарила хорошо знакомая улыбка. — Не двигайся, — сказал он, запечатлев быстрый поцелуй на ее губах, и выбрался из шезлонга.

Алли перекатилась на живот, чтобы понаблюдать за ним сквозь стеклянные стены виллы. Он прошел в дальнюю часть комнаты, частично скрытую полупрозрачной белой тканью балдахина над кроватью. Она не разглядела, что он искал, но это лежало в его чемодане. Она перекатилась как раз тогда, когда он повернулся к стеклу, но недостаточно быстро. Попалась.

— Ты хоть когда-нибудь делаешь, как тебе сказано? — спросил он. Его голос должен был изобразить разочарование, но глаза светились весельем.

— Что? — невинно спросила Алли. — Я не двигалась, — она широко улыбнулась. — Ну почти.

Хадсон улыбнулся и покачал головой.

— Я составил эти бумаги перед нашим отъездом, — в руке он держал толстую пачку бумаг, сложенную втрое и перевязанную белой сатиновой ленточкой. Не открывая, она поняла, что это какой-то официальный документ, но не знала, какой именно. Точно не брачный контракт. Они дважды поженились без него, хотя Бен настаивал, чтобы она разрешила ему набросать что-то для защиты семейных активов. Но она убедила его, что эта бумажная волокита ни к чему — она собиралась оставаться женой Хадсона до конца своих дней. Если их отношения закончатся, потеря половины нажитого в браке имущества будет волновать ее меньше всего. Кроме того, учитывая, что сеть компаний Хадсона стоимостью превышала несколько миллиардов, для него это было более актуально. Поэтому Алли спросила у Хадсона, не хочет ли он, чтобы она подписала брачный контракт. Разговор продлился примерно десять секунд. Как раз столько, сколько потребовалось Хадсону, чтобы сказать 'Да ни за что нахрен'.

— Считай это запоздалым подарком на свадьбу, — сказал он, протягивая ей документ и ложась рядом на шезлонг.

— Что это?

— Передача акций.

— Хадсон, мне не нужны твои акции Ингрэм. То, как они распределяются, теперь уже не важно. И я предпочту быть мистер и миссис Гендиректоры. Я хочу, чтобы мы оставались партнерами, — она одарила его игривой улыбкой. — Если, конечно, ты можешь справиться с тем, что я доминирую в зале совета.

Что-то темное мелькнуло в его глазах.

— Валяй. Только будь готова потом к жесткой ночке в спальне.

У нее перехватило дыхание. Хадсон любил столкнуться с ней лбами на заседаниях совета, но он ни капельки не извинялся за свои манеры пещерного человека, когда они оставались наедине в спальне. Или когда он нагибал ее на ее же столе. Или приковывал к потолку. И честно говоря, ей это чертовски нравилось.

— Если это должно было меня напугать…

— Не должно было.

Она склонила голову набок.

— Тогда из-за чего все это?

— Открой, — произнес он беззвучно.

Алли дернула за ленточку и развернула страницы. И увидев содержимое, застыла. Как и говорилось, документ уполномочивал передачу акций на имя Алли. Но речь шла не об Ингрэм Медиа. А о Чейз Индастриз. Широко раскрыв глаза, она встретила его спокойный взгляд.

— Я не могу это принять.

— Можешь и примешь, — невозмутимо сказал Хадсон. Как будто предлагал ей коктейль майтай, а не половину мультимиллиардной корпорации.

— Ты построил Чейз Индастриз с нуля. Я не могу позволить тебе вот так запросто переписать половину компании на меня.

— Этой компании не существовало бы, не встреть я тебя, — сказал Хадсон. — Когда я впервые тебя увидел, мой мир сошел с привычной оси. Вот так просто ты вызвала желание стать лучшим мужчиной. Ради тебя, — налетевший бриз зашуршал соломенной крышей над их головами и взметнул светлый локон Алли. Хадсон убрал его за ухо, погладив ее щеку костяшками пальцев. — И между прочим, она носит и твое имя, миссис Чейз, — он склонился ближе, его губы замерли в считанных дюймах от ее рта. — Ты моя жена, моя любовь, мой партнер. Не просто в Ингрэм или Чейз. Во всем, — прошептал он перед тем, как их губы встретились.

Слово 'партнер' эхом отозвалось в сердце и мыслях Алли, когда Хадсон углубил поцелуй. Он был прав: неважно, с какими бы препятствиями или сложностями они ни сталкивались, они всегда принадлежали друг другу, и всегда будут.

Навеки.