Эми К. Роджерс – Верни меня (ЛП) (страница 39)

Едва эти слова сорвались с ее губ, как он уже двинулся с места. Едва касаясь ее поясницы, он отвел их в угол зала, но и этого контакта было достаточно, чтобы успокоить ее.

— Еще две минуты, и я оторвал бы ему руки, — выпалил он на одном дыхании.

— У нас почти не осталось времени.

— Что он сказал?

— Леди и джентльмены, — руководитель группы музыкантов заговорил прежде, чем Алли успела ответить. — Перед тем, как мы начнем, наши организаторы хотели бы сказать пару слов.

Колин и Харпер оба поднялись на помост, но именно Харпер взяла микрофон. Алли с гордостью смотрела, как ее подруга усмиряет свои страхи.

— От имени благотворительного фонда Ингрэм я бы хотела поблагодарить каждого пришедшего сегодня вечером. Ваши щедрые пожертвования пойдут на финансирование более двенадцати благотворительных программ, начиная от чартерных школ до передовых раковых исследований и убежищ для женщин и детей, пострадавших от насилия, — последнее было новшеством для миссии фонда, которое недавно предложила сама Алли. К ее огромной радости, она уже собрала необходимый объем пожертвований, чтобы запустить программу этой весной.

— И прежде чем я оставлю вас наслаждаться шоколадом и кружиться на танцполе, — она заговорила тише, — и напиваться вином настолько, чтобы предлагать абсурдно высокие цены за предметы на аукционе, — она улыбнулась, когда по залу прокатились тихие смешки, говорящие, что ее шутка нашла отклик. — С моей стороны было бы упущением не высказать особую благодарность совету директоров Ингрэм, в частности генеральным директорам, за их непоколебимую решительность.

Двусмысленность в ее словах нельзя было не заметить, но чтобы подчеркнуть это, Харпер выгнула бровь, глядя на Алли, пока представляла Алли и Хадсона здесь присутствующим. Прожектор на мгновение ослепил их, толпа аплодировала, и затем музыканты начали играть.

— Думаю, нам будет уместно потанцевать, — сказал Хадсон.

Алли кивнула. Благодаря маленькому фокусу Харпер, Джулиан бесспорно наблюдал за ними. Черт, да все в этой комнате наблюдали за ними. Если что, танец убедит его, что она достигла желаемого прогресса.

Хадсон протянул руку, и Алли положила ладонь на его бицепс. Через ткань смокинга она чувствовала, как напряжены его мышцы. Как только они достигли середины паркетной площадки, он привлек ее в свои объятия. Она хотела прижаться к нему всем телом, с макушки до пят ощутить их связь, но приходилось держать расстояние, подобающее для публичного места.

После нескольких аккордов другие пары присоединились к ним на танцполе, и тихое бормотание вновь наполнило зал. Хадсон привлек ее ближе, прижимаясь щекой к ее виску. Она знала, что это для того, чтобы приглушить их беседу, но контакт кожи с кожей все равно заставил ее задрожать.

— Что хотел этот ублюдок? — пробормотал он ей в волосы.

— Результатов. Я должна пригласить тебя на ужин завтра вечером и поставить перед ультиматумом.

— Я зарезервирую столик.

— Надо где-нибудь на виду, чтобы он мог видеть. Иначе… — она отстранилась, чтобы посмотреть на него. Горячие слезы навернулись на глаза, когда она встретилась с ним взглядом. — Он теряет терпение, Хадсон. Он начинает угрожать.

Хадсон привлек ее ближе, обнимая еще крепче.

— Я позабочусь об этом, — сказал он, и несколько мгновений спустя добавил: — Я позабочусь обо всем.

Глава 25

Алли посмотрела на маленький прибор, который Хадсон держал между двух пальцев.

— Что это такое?

— Последнее приобретение команды Макса, — он убрал маленький предмет обратно во внутренний карман пиджака и поправил галстук. — Что-то вроде устройства для шумовых искажений. Оно позволит нам разговаривать свободно.

Небольшой ресторанчик уже гудел всеми возможными звуками, от звона посуды до оживленных разговоров толпы у барной стойки. Сложно было расслышать даже человека напротив тебя, не говоря уж о соседнем столике. Если только…

— Ты думаешь, Джулиан установил здесь жучки?

— Нельзя недооценивать соперника, Алессандра. И в данный момент нельзя сказать, как далеко он готов зайти, — Хадсон подлил еще кьянти в ее бокал. — Кто бы ни следил за нами сегодня, он сумеет расшифровать наш разговор только по выражению лиц и языку тел.

Она кивнула и инстинктивно посмотрела на огромное окно рядом с их столиком. Снаружи люди спешили вдоль по тротуарам, машины забили все четыре полосы движения. Чуть подальше туристы столпились вокруг исторической водонапорной башни (36), позируя для фотографии или садясь в кареты, чтобы покататься. Хадсон не только выбрал ресторан рядом с оживленным проспектом, но и позаботился, чтобы их посадили у окна. Администратор удивилась, когда он предпочел место 'в аквариуме' вместо приватной кабинки, куда она их вела, но пятьдесят баксов, опустившиеся в ее ладонь, быстро решили проблему.

— Расслабься, Алли, — Хадсон хотел ободрить ее, но нервное волнение, гудевшее в ее венах, никуда не делось. Кто-то следил за каждым их шагом. Вести светский разговор оказалось сложнее, чем она ожидала.

Она ткнула вилкой в пиццу, приготовленную на огне. Сочетание бурраты, рукколы и масла белого трюфеля было одним из ее любимых, но сегодня она едва коснулась блюда.

— Расскажи мне о проектах, презентованных вчера, — сказал он, явно пытаясь ее отвлечь. — Удалось достичь цели?

Алли потянулась за вином. Но отпив приличный глоток, едва ощутила его вкус.

— Даже превзойти ее, на самом деле. И намного. Конечно, это во много благодаря щедрому чеку, который выписал ты.

— Возможность увидеть моего брата в смокинге стоила каждого цента.

Тут ей в голову пришла мысль, и впервые за время их встречи ее лицо осветила искренняя улыбка.

— Я слышала, он завел щенка.

Меж бровями Хадсона залегла складка.

— Да, видимо, рыженькая решила, что ему это пойдет на пользу.

— Хадсон, ты же знаешь, что ее зовут Харпер.

— Ладно. Харпер, — сказал он, подчеркивая ее имя, — может сама убирать за этой штукой в следующий раз. Эта мелкая собачонка облегчилась где угодно, кроме чертовой пеленки.

Алли прикрыла рот салфеткой.

— Я знаю этот трюк с салфеткой, Алессандра. Давай, смейся надо мной, — тут его взгляд смягчился. — Хотя я рад, что у тебя есть повод улыбнуться.

— Ты даешь мне массу поводов для улыбки, Хадсон.

— И я планирую продолжать в том же духе.

Возле столика появился официант с чеком. Протянув свою кредитку, Хадсон вновь переключился на Алли.

— Ну а пока, полагаю, пришло время тебе нанести решающий удар.

— Ну, поскольку тебе нужно выглядеть расстроенным из-за моих слов, обсудим вчерашнюю игру Быков?(37)

Хадсон нахмурился.

— Ту игру решили судьи, а не игроки.

Бинго. Хадсон тут же откинулся в кресле, руки скрещены на груди, брови нахмурены. Для любопытных взглядов он выглядел как мужчина, которому только что поставили ультиматум.

Он быстро встал, как только Алли поднялась со стула.

— Мой лимузин ждет снаружи, — сказал он, бросив салфетку на стол.

Она мельком глянула в окно.

— Думаешь, так будет правильно?

— Ты якобы только что дала мне возможность вернуть тебя. Подвезти тебя домой было бы логичным, — он положил руку ей на поясницу и вывел из ресторана. Макс уже стоял на тротуаре у открытой двери лимузина. Алли скользнула внутрь и подождала, пока Хадсон обменялся парой слов с мужчиной, который был его правой рукой, и тоже присоединился к ней на кожаном сиденье. Как только дверь закрылась, она тут же забралась ему на колени, пользуясь уединением, которое обеспечивали темные тонированные стекла.

— Обними меня.

Его руки уже обхватили ее тело.

— Тебе не нужно просить.

Алли опустила голову ему на плечо. Обычно одна лишь его близость заставляла ее таять, но теперь и этого было недостаточно, чтобы ослабить мучившее ее напряжение.

— У Макса есть какие-то новости?

Хадсон вздохнул.

— К сожалению, нет. Хотя он вычислил предположительного туриста, фотографировавшего нас.

— Кто-то из людей Джулиана?

Он коротко кивнул.

— Похоже на то.

— Он потребует информацию. Собрание совета в следующем месяце заставляет его нервничать.