Эми К. Роджерс – Верни меня (ЛП) (страница 31)

Боже, он любил ее. Почему она так долго идет к этому алтарю? Он едва сдержался, чтобы не встретить ее на полпути, но ничего не мог поделать с идиотской улыбкой, осветившей его лицо. И провалиться ему на месте, если эта улыбка не становилась шире с каждым ее шагом.

— Быстрее, — одними губами произнес он.

Ее смущенная ответная улыбка была поначалу лишь поднявшимся уголком рта, но потом лучезарно осветила все ее лицо.

— Я люблю тебя, — так же одними губами произнесла она. Она была столь прекрасна, и все еще нервничала, чего он совсем не хотел в данный момент.

— Дыши, детка, — прошептал он.

Музыка замедлилась, остановилась, и тогда…

— Сегодня вы празднуете один из величайших моментов в вашей жизни, — начал священник, — признаете ценность и красоту любви, сочетаясь брачными клятвами. Слова могут быть прекрасны, но лишь действия имеют значение. Одно должно быть сказано; одно — обещано; одно — пережито; и одним положено насладиться. Одно — этот день; другое — ваши жизни. Прошлое важно, но ваши жизни лежат в будущем.

Хадсон крепче сжал руку Алли. Стоять у алтаря с ней было подобно чувству, будто они взобрались на Эверест и наконец достигли вершины.

— Вы вступаете в священный статус, который является самым сокровенным опытом и самим таинством божественной любви. Нет нежнее уз между людьми, нет клятв священнее тех, что вы собираетесь принести. У вас есть кольца?

Хадсон достал из кармана кожаную коробочку и открыл ее, демонстрируя два платиновых ободка. Алли взяла его кольцо с сатина, надежно удерживавшего ободок на месте, и Хадсон сделал то же самое с ее кольцом и убрал коробочку обратно в карман. Держа кольцо, он повернулся к Алли и посмотрел на нее так, точно держал в своих объятиях.

— Я, Хадсон, беру тебя, Алли, в свои жены. Этим кольцом, на этой церемонии я делаю тебя той, кем ты должна была стать давным-давно. Я обещаю быть твоим любовником и спутником, твоим самым большим поклонником и самым большим вызовом и соперником, — его губы сложились в радостную улыбку. — Обещаю сохранять честные и бесстрашные отношения, — не отводя взгляда от ее лица, он надел кольцо на ее палец. — Я соединяю свою жизнь с твоей, прими это кольцо как знак моей любви и верности.

Взяв левую руку Хадсона и посмотрев ему в глаза, Алли начала произносить свои клятвы.

— Я, Алли, беру тебя, Хадсона, в мужья, будучи твердо уверенной, что ты моя единственная истинная любовь.

Губы Хадсона сложились в улыбку. Даже не обсуждая, оба они написали свои клятвы, отказавшись от традиционных.

— Я приношу тебе торжественную клятву быть твоим верным партнером в хорошие времена и плохие, быть рядом в болезни и в здравии, в радости и горе. Я обещаю любить тебя безоговорочно, утешать тебя в трудную минуту, поощрять твои мечты и цели. Я буду смеяться вместе с тобой, и я буду плакать вместе с тобой, расти с тобой разумом и душой, и прежде всего заботиться о тебе всю нашу жизнь, — она надела кольцо на его палец, и несмотря на все проблемы, все еще висевшие над ними, все в этом мире казалось правильным. — Прими это кольцо как знак моей бесконечной любви.

Хадсон держал ее за руку, и они просто стояли, глядя друг на друга. Эмоции, сиявшие в глазах молодой невесты, отражали его собственные. Она была его любовью, его жизнью, его домом. Они стояли, растворившись в моменте, пока священник не кашлянул.

— Выслушав обещания вашей привязанности и клятвы верности, я властью, данной мне штатом Висконсин, объявляю вас мужем и женой, — он посмотрел на них и улыбнулся. — Можете поцеловать невесту.

Хадсон обнял Алли и притянул ближе.

— Наконец-то ты моя, — прошептал он, прежде чем соединить их губы в медленном томительном поцелуе. Отстранившись, он заметил теплый румянец, заливший ее щеки, и провел пальцем по подбородку. — Ты выглядишь изумительно.

— И что будет дальше? — спросила она почти смущенно.

Хадсон улыбнулся.

— Вся наша жизнь, миссис Чейз.

(32) Так называют любую официальную одежду, поскольку та якобы напоминает костюм мартышки бродячего шарманщика.

(33) Песня Ed Sheeran — Thinking Out Loud

Глава 20

Поездка обратно в дом на озере была полна падающего снега, нежных касаний и прошептанных слов. Алли и Хадсон не могли глаз оторвать друг от друга, не говоря уж о руках, вот почему она едва заметила фонари, обрамлявшие подъездную дорожку, пока сани не остановились перед домом.

Она повернулась на обитом бархатом сиденье. Еще больше свечей в стеклянных подсвечниках были расставлены на лестнице.

— Это прекрасно, — произнесла она.

Хадсон выбрался из саней, и когда он протянул руку, его платиновое обручальное кольцо блеснуло в лунном свете. Вид ее кольца на его пальце заставил живот Алли затрепетать. Это официально. Он принадлежит ей. Навеки. И встретившись с ним взглядом, она поняла, что он прочел ее мысли, будто они были написаны на ее лице. И то, как сияли его голубые глаза, когда он ждал, пока его молодая жена выберется из свадебной повозки, говорило о том, что он чувствует то же самое. Она принадлежала ему, и ничто другое в этом мире не имело для него значения. В тот момент ей казалось, что он просто не может выглядеть сексуальнее. Но он заговорил, и все ее внутренности расплавились.

— Пойдемте, миссис Чейз, — сказал Хадсон, приподнимая уголок рта в озорной улыбке. — Вас ждет свадебный прием.

Алли вопросительно подняла бровь, вкладывая руку в его ладонь.

— Что ты задумал? — едва она поставила одну ногу на край саней, как он нагнулся и подхватил ее на руки. — Хадсон! — взвизгнула она. — Что ты делаешь?

Он хихикнул.

— Переношу свою невесту через порог, — крепко прижимая ее к груди, он без труда поднялся по лестнице. Добравшись до верха, он распахнул входную дверь, не потрудившись отвести от нее взгляд. — Я люблю тебя, — прошептал он перед тем, как их губы вновь соединились. Поцелуй начинался мягко, почти благоговейно, но потом руки Алли зарылись в его волосы, притягивая ближе, а его язык принялся жадно ласкать ее. Он крепче прижал ее к себе, углубляя поцелуй. Она чувствовала каждую его мысль, каждую эмоцию в том, как двигались его губы. Пробуя ее на вкус, поглощая ее, любя.

Когда он наконец отстранился, она едва могла дышать.

— Вот это улыбка, — сказал он. — А ты еще даже не видела моей лучшей работы.

Алли знала, что улыбается как идиотка, но ей было все равно. Она вышла замуж за единственного мужчину, которого по-настоящему любила. И остаток ночи она собиралась показывать ему силу этой любви.

— Так, я тут подумала…

— Я опасаюсь, когда ты так начинаешь предложение, Алессандра, — поддразнил он.

Она шутливо ударила его по плечу.

— Я думала, что в частной церемонии есть один большой плюс — теперь ничего не удерживает меня от того, чтобы раздеть тебя. Немедленно.

В глубине его груди завибрировал смешок.

— Как бы я ни ценил твой энтузиазм, — произнес он, и взгляд его потемнел, а голос сделался хриплым, — и как бы мне ни хотелось заявить свои права на тебя как на мою жену, есть еще несколько традиций, которые нужно соблюсти.

Он поставил ее на ноги, и Алли впервые получила возможность осмотреть гостиную. Небольшой круглый столик стоял перед камином, где на двух березовых поленьях танцевало пламя. Стол был укрыт белой скатертью, и между двумя элегантными приборами из китайского фарфора стояла ваза с белыми розами. Подойдя ближе, Алли увидела, что ужин уже подан, а открытая бутылка шампанского ждет в серебряном ведерке со льдом. Какую бы команду эльфов ни нанял Хадсон, чтобы организовать этот очень приватный прием, они ушли совсем недавно.

— Идеально, — пробормотала она.

Хадсон выдвинул перед Алли стул и подождал, пока она сядет. Но вместо того, чтобы обойти стол и занять свое место, он взял нож для масла из ее приборов и деликатно постучал им по бокалу.

— Что ты… — она хихикнула, когда ответ на невысказанный вопрос пришел на ум. Улыбнувшись в ответ, Хадсон наклонился и мягко поцеловал ее в губы. — Вау, а ты не шутил насчет традиций, да? (34)

— Это только начало, детка, — он не стал объяснять дальше и вместо этого перешел к делу — налил им по бокалу шампанского и произнес тост, от которого ее сердце растаяло и пальчики на ногах подогнулись. Они поужинали при свечах, непринужденно беседуя о церемонии, смеясь над тем, что должен был подумать священник, увидев ее, идущую к алтарю в джинсах. Или что кучер в санях, должно быть, счел их хуже пары перевозбудившихся подростков. Но по большей части они лишь смотрели друг на друга с невысказанной признательностью за этот момент.

Как только Алли доела последний кусочек, Хадсон потянулся через стол и взял ее за руку.

— Мне нравится, как смотрится на тебе мое кольцо, — сказал он, поглаживая большим пальцем платиновый ободок.

— Помечаешь территорию?

Он хихикнул.

— Типа того. Поскольку я так понимаю, татуировка с надписью 'Моя' не вариант.

Алли нахмурилась.

— Эй, — он бережно сжал ее ладонь. — Я же просто шучу.

Она улыбнулась.

— Я знаю.

— Тогда что не так?

Ее взгляд упал на их переплетенные пальцы.

— Я всегда думала, что когда надену обручальное кольцо, то никогда больше его не сниму.

Она виновато пожала плечами.

Хадсон взял ее руку и прижался губами к кольцу.

— Настанет день, и это кольцо никогда не покинет твой пальчик, — его взгляд на мгновение помрачнел, но потом вернулось беззаботное веселье. — Но пока что время резать торт.