Эми Хармон – Выпускной в Чистилище (страница 41)

Ответ Джонни был прерван тем, что Ирен позвала ее с лестницы.

— Мэгги? Ты дома, милая?

Джонни посмотрел на дверь, и Мэгги широко распахнула ее и позвала свою тетю.

— Я здесь, тетя Ирен. Джонни со мной. Мы спустимся через секунду.

Повисла тишина, которая, казалось, была ответом на все последующие вопросы, и Мэгги поинтересовалась, смогут ли Ирен и Джонни когда-нибудь поладить.

Мэгги закрыла дверь и повернулась обратно к Джонни. Он стоял, засунув руки в задние карманы, склонив голову набок. Он выглядел довольно аппетитно, стоя в ее комнате, и ей пришлось проглотить свое сердце раз, затем два, поскольку оно грозило выскочить из груди. Он был здесь. И она тоже. Наконец-то вместе — ни Чистилища, ни злости, и в этот момент никаких сожалений. Однажды он сказал ей: каждое мгновение, проведенное с ней, стоило пятидесяти лет в Чистилище. Теперь у нее были основания надеяться, что он снова почувствует то же самое. Сильная благодарность, внезапно охватившая ее, поднялась и окрасила ее щеки в красный.

— Эй? Ты в порядке? — осторожно спросил Джонни, медленно приближаясь к ней и склонив голову набок.

— Лучше, чем просто в порядке, — прошептала Мэгги, и ее подбородок слегка задрожал. Она сняла очки и протерла их краем футболки, чтобы отвлечься от внезапно нахлынувших эмоций.

— Мэгги? — Он взял у нее из рук очки и положил их на прикроватную тумбочку.

— Х-м-м?

— Посмотри на меня, Мэгги.

Мэгги почувствовала, что он преодолел последние ступеньки, но не осмелилась поднять взгляд. — Не плачь, детка. Я пойду с тобой на выпускной, — тихо поддразнил он.

Мэгги захихикала, но смех перешел на всхлипывание, и она прижалась к нему, держась за его рубашку и потираясь лицом о знакомые очертания его груди, вдыхая его запах и позволяя парню утешать ее, как он делал это много раз раньше.

— Ш-ш-ш, — успокаивал Джонни, скользя руками вверх и вниз по ее спине, зарываясь носом в ее волосы. — Угонщики машин не плачут, детка. Ты должна стать жестче, если хочешь, чтобы у тебя было будущее со старым добрым Клайдом.

— Мне нравится, когда ты так делаешь.

— Что?

— Зовешь меня деткой, — прошептала Мэгги.

— Тебе также понравилось, когда я назвал тебя Бонни, — ответил он с улыбкой в голосе. — Почему?

— Раньше ты все время называл меня деткой. Это заставляет поверить, что ты можешь снова полюбить меня.

Джонни крепко обнял ее за талию и притянул к себе, целуя в мокрые от слез щеки, прежде чем прикоснуться губами к ее губам.

— Я уже в тебя влюблен, Мэгги. Я влюбился, когда ты умоляла меня помочь тебе скрыться от копов. Я влюбился, когда танцевали под песню Нэта Кинга Коула «Звездная пыль» на залитом лунным светом пляже. Черт возьми, я влюбился, когда ты объясняла мне, как блондинки разговаривают, как деревенщины.

— Ийя-ийа-о, — съязвила Мэгги, сквозь слёзы.

Джонни рассмеялся и крепко обнял ее.

— Я хочу тебе кое-что подарить, — прошептал Джонни ей в волосы. — Раньше так было принято, хотя я никогда этого не делал, потому что у меня никого и никогда не было, о ком я заботился бы так сильно.

Мэгги отстранилась, чтобы посмотреть в лицо Джонни.

Джонни сунул руку в передний карман и вытащил серебряный кулон, свисающий с длинной цепочки.

— Когда я учился в старших классах, парни дарили такие своим девушкам. Я думал об этом с тех пор, как Гас рассказал нам о своей бабушке и медали Святого Христофора, которую она всегда носила. Я хочу, чтобы он был у тебя. Может, это защитит тебя каким-то волшебным образом. — Джонни держал кулон на ладони. Украшение было серебряное и изящное, облицовка в мельчайших деталях был выгравирован усталый путник с тростью и ребенком на спине. По краю обведены слова «Святой Христофор, защити нас».

— Значит, я теперь, наконец, твоя девушка? — Мэгги старалась быть бойкой, но ее голос звучал благоговейно, когда она теребила симпатичный маленький кулон.

Джонни рассмеялся и аккуратно застегнул длинную цепочку на шее Мэгги. Откинув волосы с ее плеч, он снова поцеловал ее.

— Спасибо, Джонни. — Мэгги обхватила его лицо руками и провела губами вверх, а затем вниз, отвечая на его чувства. Затем слегка коснулась языком его полной нижней губы. Он замер, и у нее перехватило дыхание. Он без колебаний ответил на ласку, ощутив соль от ее слез, тепло и шелковистость рта. А затем сдержанность рассеялась. Ее руки скользнули в его волосы, когда он сжал в кулак ее волосы, оттягивая голову назад, чтобы ему было удобнее целовать ее губы. Он вжал ее в дверь, используя предмет мебели как рычаг, чтобы притянуть ближе. Она осыпала поцелуями его подбородок, пока он не зарычал и не притянул ее рот обратно к своему. Одна рука обхватила ее за талию, в то время как другой он упёрся ладонью в дверь. А затем к ней присоединилась другая рука, когда он попытался оттолкнуться от нее, все еще удерживая свои губы на ее губах. Она двинулась следом, но его руки накрыли ее плечи и мягко прижали к двери. Он поцеловал ее еще раз, а потом еще, будто никак не мог оторваться. Со стоном он отстранился, его руки все еще держали девушку, глаза были прикованы к ее глазам, когда он пытался справиться со своим желанием.

— Ирен внизу. Или наверху… или… прямо за дверью… черт знает. Я должен уйти, или все закончится тем, что я заберу тебя отсюда и сделаю все по-своему в «Бель Эйр», а это не то, как поступают хорошие мальчики, и хотя я никогда не притворялся одним из них, я хочу быть таким с тобой.

Мэгги не ответила. Ей хотелось, чтобы в данный момент он не был милым. Она хотела, чтобы у нее не возникло искушения сбежать в «Бель Эйр», как плохая девочка, которой она никогда не являлась. Ее взгляд опустился к его губам, и она оттолкнула его руки.

— Мэгги… — он снова застонал, и она снова посмотрела ему в глаза.

— Тебе лучше уйти, — хихикнула она, прикусив губу. — Я не могу обещать, что Бонни не нападет на Клайда.

Он рассмеялся, но отчаянно схватился за дверную ручку, одновременно отпуская Мэгги. Она отпустила его, но последовала за ним, когда он спускался по лестнице. Он потянулся и схватил ее за руку, и этот жест снова чуть не довел ее до слез. Жизнь внезапно стала такой невероятно сладкой, что она не смогла сдержать переполнявшую ее радость.

У двери он не поцеловал ее снова, что, вероятно, было разумно, но прижался в поцелуе губами к ее руке.

— На случай, если ты пропустила, я бы с удовольствием пошел с тобой на выпускной, хотя не думаю, что смогу танцевать под твою музыку. — Он поморщился.

— Мы что-нибудь придумаем. — Мэгги улыбнулась. — В конце концов, тебе пришлось научить меня танцевать под свою музыку.

— Спокойной ночи, моя Бонни, — пробормотал он и вышел за дверь.

— Спокойной ночи, Джонни, — вздохнула она и посмотрела ему вслед.

Когда Мэгги закрыла входную дверь, Ирен нигде не было видно. Мэгги лишь надеялась, что не встретит ее на чердаке, безумно пытающуюся вернуть свою утраченную молодость. Вместо этого Мэгги застала ее в маленькой желтой гостиной, бывшей спальне Лиззи, с книгой в руках, как будто она читала, но смотрела в сторону, как если бы мыслями она была в другом месте.

— Ирен?

— Джонни уже ушел? — Ирен выглядела почти испуганной.

— Да. — Мэгги села на маленький диванчик рядом со своей тетей и протянула руку, чтобы коснуться ее мягкой, как бумага, щеки.

— Я люблю тебя, Ирен. Не думаю, что достаточно часто этого говорю.

Книга Ирен упала ей на колени, рука потянулась, чтобы накрыть руку Мэгги.

— Я тоже люблю тебя, милая, — пробормотала Ирен, похлопывая по руке, которую Джонни недавно поцеловал. Она почти сразу отвела взгляд, как будто ее что-то беспокоило, но ей не хотелось изливать душу.

Радость, которая переполняла Мэгги всего несколько минут назад, резко отступила, когда она заметила явную печаль в глазах тети.

— Я люблю и его тоже, Ирен, — Мэгги редко называла свою тетю по имени, но сейчас почувствовала в этом необходимость, чтобы донести важность своих слов.

— Да… да… Я знаю, — запинаясь, произнесла Ирен. — Я понимаю Мэгги. Дело не в этом….

— Тогда в чем?

— Мне приснился сон. Я думала, это был сон… — Голос Ирен затих, и Мэгги почувствовала, как ее охватывает холодный ужас.

— Когда я увидела тебя в том платье тем утром, я потеряла дар речи…, но с тех пор не переставала думать об этом.

— О сне? — прошептала Мэгги.

— Это не было сном! — Ирен огрызнулась, отбрасывая руку Мэгги и закрыв лицо своей. Мэгги задрожала от внезапной перемены в своей тете и боялась прикоснуться к ней снова — боялась, что ее прикосновение может быть отвергнуто.

Ирен тяжело дышала, прикрывшись руками, от резких звуков волосы на затылке Мэгги встали дыбом.

— Это была ты! — Ирен испуганно прошипела. — Ты была той девушкой на танцах с Джонни, девушкой, которая советовала избавиться от Роджера. — Она застонала в руки. — Не понимаю, как это могла быть ты. Но ты была там! Я видела твое лицо во сне. На тебе было мое платье! Откуда у тебя мое платье? Я помню это сейчас так ясно, как будто это случилось сегодня, а не пятьдесят три года назад.

Мэгги не могла дышать. Ее сердце бешено колотилось, ей хотелось завыть, как несправедливо заключенному, который знает, что он ходячий мертвец.

— Роджер был так зол! — Ирен поспешила продолжить. — Он разглагольствовал и бушевал из-за тебя в течение нескольких недель, говоря, что ты оскорбила и поставила его в неловкое положение. Как дура, я думала, мне нужно еще больше доказывать свою преданность. В ту ночь я подарила ему свою девственность, думая, что это единственное, что могла сделать, чтобы показать ему, что никуда не уйду. Я сказала Нане, что останусь у Расселов снова, а Кэти и Ширли прикрыли меня… но на самом деле я проводила время с Роджером.