Эми Доуз – Последний в списке (страница 46)

Очень забавно. И я могу придумать идеальную модель члена для образца доски.

Отмахиваюсь от этой грязной мысли и добавляю:

— Ну, я рада, что тебе нравится эта идея, потому что я дала ей твой номер, чтобы поговорить о футболках.

— Серьезно? — взволнованно восклицает Дакота.

Я киваю, и она протягивает руку, чтобы дать мне пять.

— Да, черт возьми! Посмотри на нас... пара независимых предпринимателей, которые трахают патриархат по одной графической футболке и пенис-доске за раз.

— О чем вы там говорите? — обращается Эверли к нам через плечо.

— Трахаем патриархат! — отвечает Дакота радостно, а затем оглядывается на меня. — P.S. Я хочу ребенка, при котором смогу материться, и чтобы она вела себя достаточно хорошо, чтобы знать, что не стоит повторять это. Это как... коронный трюк на вечеринке.

Я подпираю голову рукой и гордо улыбаюсь своей подопечной.

— Да... она просто потрясающая.

ГЛАВА 31

Макс

— Макс, привет... Рада, что застала тебя. — Голос Джессики наполняет мой внедорожник через Bluetooth-соединение, когда я еду домой в пятницу. — Сейчас подходящее время для разговора?

— Да, я как раз еду домой, так что свободен.

Возникает небольшая пауза.

— Разве у вас сейчас не пять часов?

— Да, — отвечаю я, бросая взгляд на часы. — А сколько сейчас времени в Болгарии? Должно быть, уже поздно.

— Вообще-то рано. На этой неделе мы снимали по ночам. Мне приходится ставить будильник, чтобы просыпаться для ежедневных телефонных разговоров с Эверли.

— Ужас, звучит утомительно.

— Да, но я все еще пытаюсь осознать, что ты уходишь домой в пять часов в пятницу. Ты никогда не забирал Эверли раньше шести часов.

Я хмурюсь от подтекста этого заявления.

— Но я никогда не опаздывал.

— Нет, ты точно не опаздывал. — Она прочищает горло, и я ненавижу то, что даже спустя десятилетие мне знаком осуждающий голос Джессики. — В любом случае, я просто хотела сказать тебе, что, по-моему, няня, которую ты нашел, просто замечательная. Вчера я наконец-то смогла с ней немного пообщаться, и она прекрасна.

Мои глаза расширяются от ее замечания. Не то чтобы считал, что это неправда, но просто потрясен тем, что сказала Джессика. Джессика и Кассандра не могут быть более разными. Если Кассандра расслаблена и плывет по течению, то Джесс организована и все планирует. Джессику, наверное, хватил бы удар, если бы она была на том интервью со мной и Эверли. Это определенно неожиданно.

— И это заставило меня задуматься... — продолжает Джесс. — Может, Эверли не нужно заниматься всеми теми видами деятельности, в которые мы ее вовлекаем. Не знаю, может быть, это потому, что я каждый день вижу ее через экран видеочата, и это дает мне возможность видеть ее со стороны, но клянусь, что за последние несколько недель я вижу, как Эверли изменилась. Та тревога, которая была у нее раньше, практически исчезла.

— Ну, у нее был один плохой день, — предлагаю я, нахмурив брови, вспоминая щеки Эверли, залитые слезами, когда я вошел в дверь со всем мороженым.

— Да... Я собиралась позвонить и поговорить с тобой об этом. Думаю, это была моя вина. Я начала говорить с Эверли о гимнастике, потому что они хотят, чтобы мы поскорее записались, и она как будто взбесилась. Я пыталась ее успокоить, но она определенно была на взводе.

Моя челюсть сжимается от раздражения из-за того, что я не знал, что именно это стало причиной плохого дня Эверли.

— Ты должна была сказать мне, Джесс.

— Знаю, Макс. Прости. Я была немного занята.

Закатываю глаза и прикусываю язык, каково по ее мнению мне здесь? Понимая, что это не тот разговор, который мне нужен, я спрашиваю:

— Так что ты думаешь?

— Я думаю, мы возьмем пример с Кози и дадим Эверли возможность сказать нам, чем она хочет заниматься, когда начнется учебный год. Мы вырастили хорошего ребенка. Может быть, пришло время позволить ей показать нам, как она хочет прожить свою жизнь.

— По-моему, это отличный план, — мгновенно отвечаю я, благодарный за то, что после десяти лет совместного воспитания мы с Джессикой все еще в основном на одной волне, когда речь заходит об Эверли.

Однако не думаю, что когда-либо мог бы предположить, что наши точки зрения совпадут с точкой зрения няни, девиз которой: «Зачем делать больше, если можно сделать меньше?». Но это кажется правильным для Эверли.

Мы с Джесс заканчиваем разговор на позитивной ноте, и к тому времени, как захожу на кухню, уже около пяти. Я сразу же чувствую себя легче, поскольку запах и уют дома проникают во все мои чувства. Ищу своего ребенка и вижу, что они с Кассандрой расположились на одеяле снаружи.

Они лежат на животе, задрав ноги к небу, и, похоже, делают браслеты дружбы. Моя грудь расширяется от этого идеального момента. Видеть этих двоих стало для меня привычным зрелищем за последние пять недель. Я буду скучать по ним, когда лето закончится.

Вешаю пиджак на барный стул, прежде чем открыть дверь на террасу. Эверли поднимает голову, услышав мои шаги.

— Папа! — Она взбегает по ступенькам и упирается мне в живот, обхватывая руками мои бедра. — Можно мне, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, чтобы Клэр пришла сегодня с ночевкой?

— Клэр? — спрашиваю я, хмуро глядя на Кассандру. — Племянница Линси?

— Да! — восклицает Эверли. — Мы общались в детском мессенджере, и думаю, что было бы очень весело пригласить ее сюда. Можно, пожалуйста?

Она молитвенно поднимает руки и смотрит на меня такими щенячьими глазами, что я никак не могу ей отказать.

— Конечно, я не против.

— Да! — Она поднимает кулаки в воздух. — Хорошо, второй вопрос...

— О, боже, — стону я, начиная развязывать галстук, зная, что следующая просьба будет самой сложной. Эверли всегда так делает.

— Можно мы устроим ночевку в маленьком домике? Кози сказала, что она не против. А мне нравится спать на чердаке. Это похоже на поход.

— Говорит человек, который никогда не был в походе, — отвечаю я, решительно качая головой. — Это дом Кассандры. Ты не можешь использовать его как игровой домик.

— Но она сказала, что не возражает! — Эверли хнычет и оглядывается назад. — Правда, Кози?

Кассандра бросает на меня виноватый взгляд, засовывая руки в карманы.

— Я действительно не против. Сегодня постирала простыни и все такое, но решать, конечно, тебе.

— Пожалуйста, папа? — Эверли снова хнычет, дергая за концы моего галстука.

Я тяжело вздыхаю и смотрю на Кассандру.

— Ты уверена? Это единственная просьба, в которой я без проблем могу отказать.

— Все в порядке. — Кассандра отмахивается от меня. — Я останусь у сестры или у Дакоты.

Я хмурю брови, прежде чем Эверли говорит:

— Или ты можешь спать в моей кровати!

«Или в моей», — внутренне рычу я, как гребаный психопат-папаша-медведь.

Я прочищаю горло и отгоняю эту мысль.

— Мы разберемся со спальными местами для всех позже. Сначала позвоним родителям Клэр, хорошо?

Эверли радостно вскрикивает, а я изо всех сил стараюсь не думать слишком много о своем решении нарушить правило не спать с женщинами в своем доме.

Кози

— Клэр будет здесь в течение часа, — объявляет Макс вверх по винтовой лестнице Эверли, которая визжит от восторга.

— Я собираю сумку для ночевки в маленьком домике, — кричит она вниз. — Эта ночевка будет козлиной!

Макс поворачивает ко мне свое сексуальное, смущенное лицо.