Эмери Роуз – Когда упадут звёзды (страница 40)
– Вы хотите, чтобы мы спали друг с другом вместе и с открытой дверью? – повторил я, чтобы окончательно удостовериться в том, что я все верно сейчас расслышал.
– Вообще мы бы хотели, чтобы вы совсем друг с другом не спали, пока не съедете из этого дома. Но если вам так сильно хочется, то пожалуйста. Правда, дверь должна всегда оставаться открытой.
Да уж, с открытой дверью мы далеко от них не убежим.
Папа весело рассмеялся, словно прочитав мои мысли.
– Вот именно, – сказал он, и я всерьез задумался, не озвучил ли я нечаянно свои мысли им всем вслух.
– Что ж, вот мы и во всем разобрались, – подытожил папа, потирая руки.
У меня осталось такое жуткое впечатление, что он с большим удовольствием пошел бы сейчас на прием к дантисту, чем вел с нами разговор на эту тяжелую для него тему. Но в итоге все прошло намного лучше, чем я того ожидал. Было, конечно, ужасно неловко, но папа повел себя очень человечно. Подозреваю, что причиной тому стала сама Лила. Он никогда не повышает на нее голос и всегда относится к ней со всей добротой. Я не раз задумывался, почему так было: потому что она девочка или потому что она не его родная дочь? Так или иначе, все обернулось в нашу пользу.
– И никаких больше лазаний по нашей решетке, – добавила мама, когда мы уже выходили из сарая. Она шлепнула меня по руке. – Ты растоптал мои любимые глицинии. Теперь я не знаю, расцветут ли они этой весной.
– Я могу посадить в саду новые красивые вьюнки, – предложила ей Лила.
Мама обняла ее за плечи, и они пошли вдвоем впереди нас с папой. Это было самое странное рождественское утро во всей истории. Я лишил Лилу девственности, а потом мы всей семьей это обсудили.
– Ты же понимаешь, что то, что мы с мамой разрешили вам спать друг с другом с открытой дверью, на самом деле значит, что мы не разрешили вам спать друг с другом? – сказал папа.
– Да, я это хорошо понял. – Из моей груди вырвался смешок. – Здорово придумано.
– Ну так и я не вчера родился, сынок. – Папа вдруг усмехнулся и покачал головой. Он выглядел жутко довольным самим собой.
К счастью, существуют машина, сарай и еще куча других мест, куда мы с Лилой можем податься. Просто придется стать еще более изобретательными.
Импровизация. Адаптация. Победа.
Глава 20
Время нещадно убегает от меня. Я мечтаю навсегда остановить его. Его катастрофически не хватает. Последний учебный год пролетел быстрым вихрем, вызывая головокружение. Не успела я отпраздновать свое восемнадцатилетие, как уже наступил день нашего выпускного, и школа осталась позади.
Три дня назад мы получили свои желанные аттестаты об окончании школы. Это событие должно было ознаменовать начало нового приключения в жизни, но лично мне оно казалось концом чего-то хорошего и прекрасного. Это еще один важный этап моей жизни, который не смогла увидеть своими глазами моя мама. К тому же отъезд Джуда был все ближе и ближе.
Я уставилась на экран своего телефона, и, как только увидела новое входящее сообщение, все мое былое веселье вдруг сменилось мучительной тревогой. До этого я нарезала нервные круги по бассейну Кристи, ловила дзен и расслаблялась, но теперь я не могла никак успокоиться и находилась вне себя от волнения и напряжения. И во всем этом было виновато одно-единственное дурацкое сообщение.
– Они уже дома, – поделилась я мыслями с Кристи, сидевшей, скрестив ноги, на шезлонге с миской свежих нарезанных фруктов. На улице стояла адская жара, но Кристи выглядела как всегда прекрасно в своем черном купальнике и огромных темных очках.
– И что он тебе сказал? – поинтересовалась она и закинула себе в рот сочную виноградину. – Никакой дополнительной и новой информации?
Я покачала головой и бросила свой телефон в холщовый шопер.
– Нет. – Собрав мокрые волосы в тугой узел, я закрепила их резинкой со своего запястья и мягко присела на шезлонг напротив своей подруги. – Ничего, кроме того, что они якобы вместе ходили в поход и что у них такое дружеское развлечение. А теперь он мне сказал, что нам нужно серьезно поговорить. – Я тревожно кусала себя за мягкую губу. Паника никуда не уходила. Пары его слов хватило бы для меня, чтобы полностью разрушить. – Обычно за такими словами потом не следует ничего хорошего…
– Может быть, все будет наоборот и у него для тебя есть хорошие новости. Возможно, он приготовил тебе какой-нибудь сюрприз. Или это такой скрытый шифр, означающий: «Я три дня тебя не видел, сильно соскучился и хочу покувыркаться».
Я посмеялась, но мой смех прозвучал сильно неискренне.
– Если бы дело было в этом, то и его сообщения были бы соответствующие. А в этих сообщениях совершенно ничего сексуального. Кажется, все очень серьезно.
Я внимательно оглядела задний двор дома Кристи, где ее мама часто проводила занятия по йоге в тени деревьев. «Почувствуйте свои корни», – говорила она группе девушек. Они должны были стать деревьями, высокими и сильными.
– Я не понимаю, почему нельзя было просто сказать мне сразу правду. Раньше Джуд и Броуди совсем ничего от меня не скрывали, – сказала я, с отстраненным видом играя со своим серебряным браслетом с шармами.
Я ношу его, не снимая, уже целых три недели, со дня, когда мне исполнилось восемнадцать лет. Кристаллы Сваровски на серебряной звездочке переливались в лучах яркого солнца так красиво, что почти ослепляли своим невероятным сиянием.
На день рождения Джуд подарил мне звезду. Настоящую звезду, которую он назвал «Звезда Лилы». Она находится прямо в созвездии Ориона, и к ней прилагаются настоящий сертификат и специальная карта, по которой ее можно было отыскать на небе. Когда я спросила Джуда, почему он выбрал именно Орион, он рассказал мне, что именно по Ориону Одиссей нашел свой путь домой. Я поборола внутри себя желание спросить, планирует ли он быть вдали от дома все десять лет и не станет ли его путь домой одиссеей, полной испытаний, потрясений и будущих соблазнов.
Пытаться предсказать будущее – это всегда бессмысленное занятие. Наверное, хорошо, что мы все не знаем, что нас ждет дальше.
Может, он хочет сейчас расстаться со мной? Стал бы так поступать парень, который купил мне настоящую звезду и при каждой удобной возможности говорит мне, что сильно любит меня? Я не знаю точного ответа на этот вопрос. Но было очевидно, что Джуд ведет себя очень странно.
– Может быть, он и сказал тебе правду. Они пошли в поход, чтобы провести вместе время. Не раздувай из мухи слона. Так ты совсем себя сейчас с ума сведешь.
Слишком поздно. Я и так схожу с ума уже целых три дня. Вообще-то, даже дольше. С Джудом и Броуди в последнее время творится что-то странное, и это началось за неделю до нашего выпуска.
– Я просто не люблю быть сейчас третьей лишней, – призналась я.
– Любовные треугольники – это очень тяжко. Кто-то всегда чувствует себя третьим лишним… если, конечно, не устроить вместе тройничок.
Я закатила глаза:
– Между нами совсем нет никакого любовного треугольника.
Она удивленно приподняла темные брови.
– Ну, конечно же, нет. Ты живешь вместе с двумя сексапильными красавчиками, которые к тому же являются твоими лучшими друзьями. Кроме того, они еще и братья. – Она картинно обмахнулась рукой. – О божечки, это так чертовски горячо…
– Все совсем не так, как ты говоришь, – настаивала я.
– Ага, так я тебе и поверила. – Кристи выудила из миски клубничную ягоду и впилась в нее зубами. – Так ты и правда никогда не замечала, как Броуди на тебя смотрит?
– Броуди не… – Я прервалась, покачав головой в знак протеста. – Мы с ним ведь просто друзья. И как мы вообще свернули к этой теме?
– Мы пытались разгадать тайну их дружеского похода.
Я уставилась на прозрачную воду в бассейне, будто в ней были скрыты ответы на все мои вопросы.
– А вдруг он все же решил расстаться со мной?
Она опустила свои большие солнечные очки на нос и пристально на меня посмотрела:
– Так ты из-за этого все еще просиживаешь свою задницу здесь со мной, а не бежишь со всех ног домой, чтобы поскорее прыгнуть к нему в мягкую койку?
Я достала из миски сочный ломтик ананаса и съела его, нервно болтая коленом. Кристи была права. Я специально тяну время. Если я не поеду сейчас домой, то это значит, что мне не придется узнавать плохие новости. Можно лишь отложить неизбежное. Я прилегла на мягкий шезлонг и закрыла глаза, чтобы не видеть яркое солнце и забыть о своих переживаниях.
И вот прошло уже пятнадцать, а потом и все двадцать минут, фрукты съедены, а я все еще жарилась под техасским солнцем. Кристи ткнула меня прямо в руку:
– Езжай домой. Сообщишь мне, когда все узнаешь. А мне пора уже готовиться к свиданию.
Ее слова подтолкнули меня к прямому действию. Я натянула свободную хлопковую майку и шорты с обрезанными кончиками. Надев шлепанцы, я перекинула сумку через плечо, предварительно выудив из нее ключи от машины. Настала пора ехать домой навстречу своим опасным страхам.
– Позвони мне после горячего секса, – сказала Кристи, собирающая свои мокрые полотенца.
– Это ты позвони мне после своего свидания. И хорошенько там повеселись.
– Если я буду веселиться, то вряд ли тебе позвоню.
– И я тоже!
– Стерва! – крикнула она мне вслед, когда я пошлепала по плитке мимо ее бассейна.
– Проститутка! – через плечо бросила ей я.
– Люблю тебя!