Эмбер Гарза – Последний раз, когда я видел ее (страница 42)

29

Дилан надеялся, что Харли никогда не скажет этого. Теперь, когда она произнесла эти слова, он понятия не имел, что ответить. Истина была запечатана в гробу, опущена в землю и погребена под скалами, ветками и почвой. Когда он подумал о том, чтобы выкопать гроб обратно, его спина онемела, а кончики пальцев горели огнем.

Он оставил правду рядом с ручьем, запечатав её в грязи. А затем Дилан повернулся к ней спиной, обещая себе, что никогда не произнесет её вслух.

– Харли, – её имя сорвалось с его уст как молитва умирающего.

Покачав головой, она поджала губы.

– Просто скажи мне, Дилан. Скажи, что я неправа.

Как бы он этого хотел. Больше всего на свете. Её взгляд, наполненный страхом и недоумением, разрывал его сердце на части. Харли доверилась ему, как никому другому.

Что с ним произойдет, если она перестанет ему доверять? Высохнет, как изюм на солнце? Или будет похож на цветок, который никогда не поливали?

Дотянувшись до неё и обняв, Дилан зарылся лицом ей в шею. Харли задрожала, но на этот раз не отстранилась.

Прогресс, не так ли?

– Все кончено, Харли. Мистер Паккард в тюрьме, где он и должен быть. Мы же можем все так оставить?

Внезапно Харли с силой оттолкнула его. Дилан отшатнулся назад.

– Я все тебе рассказала, Дилан. Все мои самые сокровенные секреты, мои самые жуткие страхи. Пожалуйста, скажи мне, что ты не лгал мне всё время.

Наблюдать за тем, как дрожат её губы, а глаза наполняются слезами было очень тяжело. Его сердце разрывалось.

Дилан не хотел лгать ей.

– Этого не должно было случиться, – прошептал он.

Глаза Харли расширились. Она так широко раскрыла рот, будто у неё челюсть сломалась.

– Что не должно было случиться?

– Ничего из этого, – он сглотнул, слова резали его горло, как лезвия бритвы, когда он заставил их вырваться из своего рта. – Я пошел на ручей не для того, чтобы как-то навредить ей. Я пошел, потому что она меня пригласила.

Лицо Харли помрачнело.

– Так вот почему ты был так расстроен, когда узнал, что она пригласила Хантера? Не потому, что он скрыл это от тебя. А потому, что она сначала обратилась к нему.

– Хантер достаточно умен и понял, что это шутка. – Дилан горько усмехнулся. – Понятное дело, что я уступил.

– Ты думал, что нравишься ей. – Харли не спрашивала, она заявила это как факт. Так и было.

Дилан кивнул, вспоминая, как почувствовал себя, когда она попросила его встретиться. Будто выиграл джек-пот в лотерее и стал самым удачливым парнем на планете.

«Я так давно влюблена в тебя, – сказала Лорен, пробежавшись по его руке тонким пальцем, и Дилан вздрогнул. – Но никому не говори. Это будет наш маленький секрет».

– Тогда я не знал о Трое. Может быть, если бы я услышал о том, что она с ним сделала, то понял бы, чего она добивалась. А, может, и нет.

– Что она сделала? – обвинительный тон, который был ранее, исчез. Голос Харли стал мягким, сладким, обеспокоенным.

Она снова принадлежала ему, что придало Дилану уверенности продолжить рассказ.

– Она притворилась, что мы там...– он почесал затылок, не желая говорить об этом унижении Харли, – просто дурачимся. Она забавлялась со мной, что-то вроде этого. А потом сказала, что её заводит, когда парни... ну, знаешь... танцуют стриптиз.

Боже, как же стыдно произносить это вслух.

За последние пару месяцев Дилан миллион раз хотел, чтобы той ночи не было в его жизни. Он бы скорее умер, чем позволил себе пойти к Лорен. Ночами молитвы срывались с его губ, пока он лежал в постели. Но когда просыпался на следующий день – ничего не менялось. Лорен всё так же была мертва, а он был виновен в её смерти.

Если бы он сначала запал на Харли, тогда знал бы, каково это – действительно любить. Тогда он бы попросил Лорен отвалить. И ничего из этого не случилось бы.

– Так я и сделал. Я танцевал, как идиот, задирая рубашку. – И это не самая худшая часть той ночи. – Лорен сказала, что ей нравится, когда парни умоляют её, – щеки Дилана покраснели. – И я сделал это.

Её смех прозвучал в его ушах, как будто Лорен была в этот момент в его комнате.

«О, черт возьми. Ты такой жалкий, – крикнула Лорен, откинув голову назад. – Жду не дождусь, когда мои друзья увидят это».

Дилан с позором опустил голову:

– Она все сняла на камеру. Я даже не заметил – был слишком зациклен на том, что делаю. Я пошел за ней, чтобы забрать телефон, хотел уничтожить видео. Это всё, чего я хотел. – Его губы затряслись. – Я просто хотел стереть видео.

Он сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить.

– Но она продолжала издеваться надо мной. И я так разозлился. – Руки Дилана непроизвольно сжались в кулаки, воспоминание об унижении снова вызвало гнев. – Не знаю, что со мной случилось, но я просто схватил камень, и... ударил её.

Его глаза наполнились слезами. Зажмурившись, он ущипнул переносицу указательным и большим пальцами.

– Я не хотел убивать её, – его глаза распахнулись, и он посмотрел на Харли. – Ты должна мне поверить.

– Я верю, – сказала она тихо.

– Когда я увидел, как она лежит и кровь смешивается с водой... – воспоминания накрыли его, и Дилан всхлипнул. – ... я испугался. Хотел позвонить 911, но знал, что было слишком поздно. И когда я осознал, что натворил, то понял, что не могу позволить кому-нибудь узнать. Никто бы не понял меня. Поэтому я бросил камень в ручей, и взял её телефон. Мои родители спали, когда я вернулся домой. Я быстро переоделся, затем сжег свою одежду у нас на заднем дворе, и почистил свою машину и обувь. Я боялся, что наследил. Это одна из причин, по которой я согласился пойти на прогулку с Клэр утром. Думаю, в глубине души я надеялся, что это был ужасный, кошмарный сон. Но прогулка была ошибкой. Обнаружив её тело..., я стал эпицентром события. И мне не нужно было заметать следы – все смыло дождем. Я понял, что, если бы остался дома тем утром, никто бы никогда не привязал меня к её убийству.

– Но они это сделали, да? Мой папа начал подозревать тебя..., и её друзья знали, что она собиралась встретиться с парнем той ночью. Вероятно, они даже знали, что она собирается разыграть его, да?

Дилан кивнул:

– Но они понятия не имели, что это был я. Наверняка, они предположили, что это Хантер, поскольку он был её первоначальной целью.

– Тем не менее, ты волновался, что они узнают, не так ли?

– Да.

– И поэтому ты согласился помочь мне. Не потому, что ты хотел найти убийцу Лорен, а потому, что пытался сбить меня со следа.

– Изначально - да, – сказал Дилан. – Но потом я запал на тебя, Харли. Вот почему я помог тебе с мистером Паккардом. Он причинил тебе боль, и он заслужил это.

– Но он платит за преступление, которого не совершал, Дилан.

Его внутренности сжались:

– Он получил то, что заслуживает, Харли. Я думал, мы договорились насчет этого.

– Мы договаривались, когда я думала, что он виновен в смерти Лорен. Но я не могу позволить невиновному гнить в тюрьме за то, чего он даже не совершал.

Серьезно? Она забыла, что он с ней сделал?

– Этот человек не невиновен.

Харли вздохнула:

– Прости, Дилан, но я больше не могу участвовать в этом. Я должна сказать моему отцу правду.

Дилан почувствовал себя так, будто она ударила его по лицу. Он думал, что Харли поймет его. Посочувствует. Ведь в этой ситуации он не был плохим парнем, он был жертвой. Лорен издевалась над ним. Она собиралась унизить его. У него не было выбора. И мистер Паккард тоже не был невинной овечкой. Он педофил, и получил то, чего достоин. Они оба.

Несколько минут назад он думал, что знает Харли. Но, возможно, он никогда вообще ее не знал.

– Немного лицемерно, тебе не кажется? – спросил он, наклонив голову на бок.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она испуганным тоном.

– С чего это тебе не нравится лгать? Притворяться? Я думал, это именно то, в чем ты очень хороша.

Дилан не раз хотел рассказать Харли, что её отец сказал ему той ночью в полицейском участке. Но что-то всегда его останавливало. Возможно, в глубине души он всегда знал, что ему нужно будет использовать это в качестве аргумента.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.