Эмбер Гарза – Когда я стала тобой (страница 12)
С чувством облегчения я передала тебе малыша. Ты взяла его на руки, и мой взгляд остановился на твоих ногтях. Брызги красного на фоне белых ползунков Салливана опять вызывали у меня воспоминания о том дурацком красном белье.
Глава 7
После маникюра мы отправились перекусить. Точнее, я просто заехала на парковку у кафе, решив, что ты тоже проголодалась – была ведь уже половина первого.
– Зачем мы сюда свернули? – с хмурым видом поинтересовалась ты.
– Наверное, пора подкрепиться.
Ты нерешительно прикусила губу, глянула на Салливана в кресле на заднем сиденье.
– Э-э… я вообще-то не очень хочу есть. Плотно позавтракала.
А вот я умирала с голоду. С утра ничего не ела, только чай попила. Да и в холодильнике было пусто.
– Можешь взять какую-нибудь закуску или салат. Моя подруга вечно сидит на всяких модных диетах, но даже когда она питается одними соками, мы все равно вместе ходим на обед. – Я подмигнула тебе. – Главное – составить компанию.
Ты кивнула и выдавила улыбку.
– Да, только вот… Салливана скоро укладывать… – возразила ты, глядя в боковое окно с таким видом, будто планировала побег.
Почему ты спешила? Мы же хорошо проводили время, ближе знакомились друг с другом. Мне ужасно не хотелось возвращаться в пустой дом. Когда я отправляла тебе первое сообщение, то надеялась, что мы проведем вместе весь день. К тому же я заплатила за твой маникюр. Неужели так сложно со мной пообедать?
Тут я вдруг заметила, что ты, покопавшись в сумке, достала из нее старый потрепанный кошелек. У меня был такой же, когда я только вышла замуж. Для молодых и не сильно богатых родителей на первом месте стоит покупка подгузников, молочной смеси и продуктов, а никак уж не новых кошельков.
– Я угощаю.
Услышав это, ты немного расслабилась.
– Правда?
– Конечно, – кивнула я.
– Ладно, – преодолев сомнения, сказала ты через пару секунд.
На сердце стало легче. Я улыбнулась, и мы вышли из машины. В кафе я попросила, чтобы нас посадили за столик на улице. С утра было прохладно, но теперь воздух прогрелся – можно насладиться чудесным осенним деньком. На открытой веранде Салливан никому не помешал бы своим плачем: почти все столики пустовали.
Мы обе заказали по сэндвичу. Наконец-то у меня появилась подруга, которая питается не только салатами. Салливан захныкал, и я предложила взять его на руки.
– Что-то он в последнее время часто капризничает, – призналась ты, с благодарностью протягивая мне малыша. – Не пойму, в чем дело.
– Ты говорила об этом педиатру на прошлой неделе? – Я взяла мальчика поудобнее, чтобы он положил голову мне на плечо. Он коснулся своими пальчиками моей руки – приятно.
Ты кивнула.
– Да, только у них на все один ответ: «Дети часто плачут, это нормально».
– Ну, это правда.
Я осторожно покачивала Салливана, гладя его по спине, как тогда в маникюрном салоне. Снова сработало. На его пухленьком личике заиграла улыбка, и я рассмеялась.
– А твой Аарон? Он был капризным ребенком?
Давно мне никто не задавал вопросов о детстве сына.
– Ну, от колик он не страдал, – задумавшись, ответила я. – Всегда плакал по делу – если надо было сменить подгузник, покормить его или взять на руки.
– Салливан всегда просится на руки, – улыбнулась ты.
– Вот и Аарон был таким же. Наслаждайся, пока есть возможность. Поверь мне, совсем скоро твой маленький мальчик вырастет, и ему уже будет не до обнимашек.
– Все так говорят, а для меня сейчас время тянется очень медленно. Трудно представить, что однажды я смогу спокойно проспать всю ночь, не говоря уже о том, что когда-то он станет совсем взрослым.
Да, все это осознаешь только с высоты прожитых лет, когда ребенок уже вырос.
– Понимаю. Я сама думала точно так же, пока растила Аарона. А сейчас кажется, что время пролетело совершенно незаметно. Как будто вчера все было.
Салливан потерся лицом о мое плечо, оставив на ткани влажный след.
– А по мне, так со вчерашнего дня словно сто лет прошло, – сказала ты, не особо веря моим словам.
Я засмеялась в ответ, и тут официантка принесла наш заказ.
Ты быстро проглотила половину сэндвича и осмотрелась с таким видом, словно вообще забыла, где находишься. А говорила, что не голодная. Хотя ничего удивительного. Я частенько повторяла, что после рождения Аарона надолго забыла вкус свежей и горячей еды.
– Ой, прости. – По твоим щекам пошли розовые пятна. – Забрать его у тебя?
– Даже не думай, – ответила я.
– Ты прямо как ангел-хранитель. Или, скорее, фея-крестная, – пошутила ты и потянулась за второй половинкой сэндвича. – Правда, в полночь я превращусь не в тыкву, а в мать-одиночку. Хотя погоди-ка… Я и так уже одинокая мать – без всяких превращений. – Ты горько усмехнулась и откусила сэндвич.
Я сунула в рот дольку картошки фри. Салливан заерзал и начал дергать ножками. Я коснулась его крохотных пальчиков – какая шелковистая кожа!
– Сложно тебе, наверное, растить его одной, – сказала я, не решаясь спросить про отца напрямую.
Ты откусила кусок сэндвича, и у меня в животе забурчало. Вот бы ты не услышала… Держать Салливана на руках мне хотелось больше, чем есть.
– Намного сложнее, чем я думала. – Ты вытерла салфеткой уголок рта. – Пока я была беременна, хотела отдать его на усыновление. Сомневалась, что смогу вырастить ребенка в одиночку.
Сердце замерло, и я покрепче прижала мальчика к себе. Да как ты можешь такое говорить?
– Жалеешь, что не отдала?
– Нет! – возмущенно воскликнула ты, и я успокоилась. – Конечно, нет. О своем решении я не жалею… Но если бы мне было на кого положиться…
Ты поймала мой взгляд, и я улыбнулась.
– Можешь рассчитывать на меня.
Что-то громко булькнуло в подгузнике Салливана, и я почувствовала сильный неприятный запах. Под рукой, которой я придерживала его за попку, стало горячо. Я поморщила нос и отвернулась в сторону.
– О господи. – Ты вскочила со стула и выхватила его у меня из рук. – Извини, пожалуйста. Пойду поменяю ему подгузник.
– Ничего страшного, – отозвалась я, но все же проверила, нет ли пятен на моей одежде и руках. – Это вполне естественно. Как-то раз, когда Аарон был примерно того же возраста, что и Салливан, мы поехали в «Диснейленд»…
Я не договорила, потому что ты уже побежала в туалет: в одной руке сын, в другой – сумка с памперсами. Салливан расплакался – еще бы, вышло очень противно. В воздухе до сих пор витал запах грязного подгузника, и я начала копаться в сумочке в поисках антибактериального лосьона. Выудила флакончик, нанесла на ладони и растерла.
Когда я отложила сумку в сторону, то заметила, что по улице мимо кафе быстрым шагом идет Кристина с пакетом для покупок в руках. На ней были солнцезащитные очки в крупной оправе, черная шляпка, резко выделявшаяся на фоне светлых волос, прозрачная черная рубашка и зауженные джинсы. Она увидела меня и в изумлении замерла. Я помахала ей, и Кристина подошла к моему столику.
– Келли? – Подруга глянула на мою тарелку. – Что ты тут делаешь?
По-моему, ответ был вполне очевиден, но я все же сказала:
– Обедаю.
– Одна?
– Вообще-то я здесь с другой Келли Мединой, – самодовольно заявила я.
Кристина посмотрела на пустой стул напротив и, наморщив нос, спросила:
– И где же она?
Я бросила взгляд внутрь ресторана, однако тебя не увидела.