Эм Делорм – Колыбель драконов (страница 11)

Хлодвиг всегда с гордостью показывал этот снимок, а Бруно украдкой смахивала набежавшие слезы.

— А братья между собой дружили? — Лора, успокаивая, погладила Грина по плечу.

— Как плюс и минус, — усмехнулся дракон. — Как может дружить дракон с несколькими учеными степенями с драконом, которого выгоняли из школы за неуспеваемость, но потом принимали обратно из-за его отца?

— А пятьсот лет назад существовали школы? — удивилась Лора.

— Вам же в школе это должны были преподавать! — повысил голос Грин и Лео в клетке перестал храпеть.

— Я не любила историю, — поджала губы Лора.

— А вот Миранда любит, — улыбнулся Грин. — Она меня этим и сразила — история драконов, людей, знание литературы. Я помню, как она детям сказки рассказывала. Она за пятьдесят лет ни разу не повторилась. Представляешь? Начиная от сказок, заканчивая историческими сюжетами и пересказом книг современной литературы. Она очень эрудированная.

Новость об эрудированности Миранды застала Лору врасплох. Она замерла, переваривая информацию, и даже не смогла понять, что ей дальше говорил Грин. В клетке задергал задними лапами Лео, неловко развернулся, заваливаясь на спину, и вдруг заорал, как пойманный за хвост павлин:

— Кгааа! Моё крыло!

— Вызывай скорую помощь! Кажется, он сломал крыло! — Грин схватил лежащий на столе планшет и всунул его в лапы Лоре. — Я только Миранду домой закину и вернусь!

Грин метнулся из пещеры, а Лора дрожащими лапами попыталась вызвать скорую помощь. Лео вскочил на лапы. Он еще не отошел от наркоза, но боль не давала ему спать. Он пьяно метался по клетке, два раза наступил на собственное сломанное крыло, орал, бился головой об решетку и стену. Лора вышла на площадку, чтоб поговорить с врачами, и увидела, как Грин, обняв лапами Миранду, летит с ней в их пещеру. За спиной Лоры раздался вопль. Она вздрогнула и увидела, что человек диспетчер скорой помощи вышел на связь:

— Здравствуйте. Мы драконы. У мужа Альцгеймер и он только что сломал себе крыло.

— Диктуйте адрес.

Лео прекратил кричать и теперь стоял, удерживаясь лапами за решетку, и тихо выл.

Лора подошла ближе. Из его пасти тоненьким ручейком текла кровь. Дракон плакал. Левое крыло он держал сложенным, а правое выглядело плачевно — каркас сломался, и кожа крыла обвисла как парус в безветрие. Лора аккуратно приподняла его губу и увидела два сломанных зуба.

— Ты грыз решетку, Лео? — скорее констатировала факт, чем спросила Лора.

— Мама, — приоткрыл глаза Лео и шмыгнул носом.

Лора протянула лапу к его морде и нежно погладила щеку.

Лео схватил её за запястье, крепко сжал и дернул на себя. Лора ударилась всем телом об стальные прутья. Услышала, как из второй лапы у нее вырвали планшет и пластик хрустнул в пальцах дракона. Небрежный жест лапой и планшет рассыпался от удара об каменный полированный пол.

— Мама! Выпусти меня! Это не я! Это Леон! Выпусти, мама! — орал ей в морду обезумевший от боли и болезни муж.

— Дом, вызови полицию! — крикнула Лора.

— Полиция уже в пути, миссис Вайц.

Лео просунул вторую лапу сквозь решетку и вжал голову Лоры между прутьями.

— Я не виноват, мама, что он хитрее. Он обманывает всех, тебя, папу, учителя. Это он подбил малых нырнуть. Правда, мама. Ты не веришь? Они же не различают меня и его. Они ошиблись, мама. Врут!

— Лео, отпусти меня! — всхлипнула Лора. — Как я тебя выпущу, если ты меня удерживаешь? Вон там на полке лежит ключ, — махнула свободной рукой Лора. — Как я дотянусь до него?

— Папу позови, — скуля от боли, сказал Лео.

— Его нет дома. Отпусти, Лео! Мне больно!

— Попроси раба, пусть он откроет клетку.

— Раб? У нас есть раб? — Лора от неожиданности перестала сопротивляться.

— А что вы его с папой сами съели? Добрые родители, которые опять забыли поделиться с детьми. Не в первый раз, мама. Далеко не в первый. Людей не едят. Мы лучше принесем вам барашка, а люди плохие, костлявые.

Кто-то пробежал сзади и щелкнул замок на клетке.

— Папа? — повернулся к вошедшему Лео.

— Отпусти её, Лео! — голос Грина хрипел от гнева.

Внезапно Лора почувствовала себя свободной, и одновременно с этим Лео выдохнул ей в морду огнем. Хорошо, что она успела зажмуриться, и огонь только слегка опалил ей веки.

Кто-то оттащил её от клетки, и через пару секунд глаз коснулось что-то холодное.

— Крыло! Моё крыло! — орал Лео.

— Подержите его так, пожалуйста, сейчас подействует транквилизатор.

Лора приоткрыла левый глаз, который пек меньше чем правый, и посмотрела на клетку: Грин удерживал Лео за сломанное крыло, а полицейский, оттопырив Лео щеку, стрелял из медицинского пистолета дозами транквилизатора. Перед Лорой стал врач с баллончиком:

— Я аккуратно подниму вам веко и брызну на роговицу глаза. Это не больно.

Глава 7

Нельзя сказать, что глазам сразу полегчало. Боль от ожога сменилась замерзанием, а потом, кажется, что лед оттаял, и жидкость увлажнила роговицу и кожу век. Скорее было дискомфортно, словно песчинки попали в глаза. Хотелось проморгаться, но веки становились все тяжелее и тяжелее, как перед сном.

Среди гомона чужих голосов Лора выделила мисс Лиз. “Хоть кто-то знакомый”, — обрадовалась она и пошла с закрытыми глазами на голос подруги. Полицейская дракониха долго обнимала Лору, которой врачи наложили повязку на глаза, потом рассказывала, к чему пришли врачи — надо везти Леопольда в больницу, и Лору тоже.

— Зачем? — пытаясь скрыть дрожь в голосе, шептала Лора.

— Врачи говорят, что тебе надо всего денёк побыть в больнице и всё восстановится. В противном случае лечение на многие месяцы. Но я подслушала другое, — зашептала ей на ухо Лиза, — больных деменцией людей и драконов надо держать в привычной обстановке, тогда болезнь протекает мягче и годы жизни больного увеличиваются.

— Но ведь это нагрузка для всей семьи! — пришла в ужас Лора.

— Ты не расстраивайся, мы что-нибудь придумаем, — мисс Лиз обняла Лору и стала её покачивать, успокаивая, как успокаивают маленьких детей.

Быть слепой — ужасно. Чужие люди, голоса, запахи. Что делают — неизвестно. А от неизвестности накатывает паника.

Соседи Гриндельвальды согласились присмотреть за яйцами, но этого не хотела Лора: это её первенцы, и она не могла пропустить их рождение. Не хотела повторить судьбу своей биологической матери, которая подкинула яйцо с ней Бруно и больше никогда не видела дочь.

— Она меня не любит? — ребенком заглядывала в глаза Бруно Лора. — Какие могут быть раскопки сотни лет подряд?

— Конечно, любит. И папа тебя любит. Но есть работа и служение миру.

— Я…. Я вам не верю, — плакала маленькая Лорелейн. — Я вырасту и никому не отдам своих детей!

Грин второй раз за день, пыхтя, перекладывал яйца обратно в сумки.

— Ло, тебе вообще обязательно ехать? Трещин прибавилось? — ворчал Грин, укладывая в боковые кармашки зарядки от сумок.

— Обязательно, — отозвался кто-то из врачей, выносивших на носилках Лео.

— Вы не волнуйтесь, — успокоила Грина мисс Лиз, — я за ней прослежу. И за детьми тоже.

Лео погрузили в вертолёт Службы спасения, и один из людей взял Лору за лапу:

— Мы сейчас сядем в вертолёт и полетим в больницу. Не бойтесь, я помогу.

— Она полетит со мной на полицейском вертолёте, — встряла мисс Лиз.

— Нет, офицер. Она полетит со своим мужем и инкубаторами. Вдруг пострадавший очнется и ему будет спокойнее, когда он увидит рядом самого дорого ему человека.

— Он плюнул в дорогого человека огнем, — возразила Лиза, защищая интересы своей подруги.

— Я настаиваю на её присутствии, — голос врача из мягкого и доброго стал жестким с командирскими нотками. — Вы в каком звании?

— Старший лейтенант, — гордо заявила Лиза.

— А я капитан запаса. Понимаете, что это значит, старлей?

Лиза отпустила лапу Лоры и дракониха слепо повела лапой перед собой. Человеческие теплые руки взяли её за ладошки лап. От страха Лора сжала пальцы и услышала, как мужчина, за которого она держалась, выдохнул громче, чем дышал до этого.

— Не волнуйтесь, — опять мягко и, как показалось Лоре, с улыбкой сказал капитан запаса.