Эля Саммер – Сделка с сердцем (страница 8)

– Придурок, – я ворчу и кутаюсь в тёплое одеяло, не желая покидать постель. Этот остолоп сам виноват, что мы проснулись слишком поздно. Ведь у кого из нас есть рабочий будильник?

Не желая начинать сегодняшнее утро с мысли об этом парне, я обратно плюхаюсь в постель и прикрываю глаза ладонью, чтобы спрятаться от солнечного света. Желание поставить под сомнение важность первых двух уроков и никуда не пойти манит меня сильнее обычного. Но последующая реакция Ричарда на прогул мгновенно отрезвляет меня. Быть может, он в обычные дни стоически спокоен и сдержан на эмоции, его утончённое и приятное лицо представляет собой совершенную маску истинного джентльмена. Однако стоит Кристиану или мне вывести его из себя откровенным неповиновением или нахальством, как мы оказываемся наедине с его яростью и гневом. Подобные встречи лично у меня были хоть и не частые, но достаточно познавательные, чтобы избегать их до конца своих дней.

От мысли о неизбежном школьном дне я хмурю брови и с подпорченным настроением иду в душ. Горячая вода приятно обволакивает тело, но навязчивые мысли всё равно не отступают.

Когда я выхожу из ванной комнаты, стрелка часов уже указывает на половину девятого. Поскольку времени в обрез, мне приходится торопливо натянуть на себя выглаженную школьную форму, которую вчерашним вечером мне занесла учтивая домработница, а после, чуть ли не срываясь на бег, спускаться на первый этаж.

– Доброе утро, – меня внезапно приветствует мать Ривена, и я, будучи застигнутой врасплох её присутствием за столом, замираю в дверях, которые ведут в со вкусом обставленную столовую.

– Доброе утро, мисс Стоун, – я говорю в ответ и с трудом выдавливаю из себя вежливую улыбку, при этом по привычке нервно сжимая свои ладони за спиной.

– Она в спальне Ривена провела эту ночь? Или всё-таки в гостевой? – женщина без всяких стеснений угрюмо спрашивает кружащую у стола домработницу, и я моментально вспыхиваю из-за её укоризненного тона.

Что ж, по крайней мере теперь мне ясно, от кого Ривену досталась его наглая бесцеремонность.

– Насколько мне известно, она весь вечер и всю ночь провела в гостевой спальне, – домработница тихо шепчет на ухо хозяйке дома, после чего, бросив в мою сторону извиняющийся взгляд, продолжает сервировку массивного стола из светлого дерева.

– Ладно, – она протягивает с по-прежнему недовольным видом и затем одним небрежным жестом приглашает меня сесть напротив неё.

Когда я занимаю указанное ею место, я с не менее раздражённым, чем у неё, видом впиваюсь неморгающим взглядом в стоящую передо мной тарелку. В комнате повисает неприятная тишина, от которой по моей коже бегут мурашки. Изучающий и кричаще-осуждающий взгляд придирчивой мисс Стоун откровенно скользит по моему нетронутому косметикой лицу и не до конца уложенным волосам, и уже в следующее мгновение мне вновь приходится мириться с её крайне нелестными комментариями в мой адрес.

– Поверить не могу, что ты в таком виде собираешься появиться на людях, – она предосудительно качает головой, постукивая коротко подстриженными ногтями по столу, а я стараюсь не обращать внимание на её грубые слова. Это ведь не моя вина, что у меня нет сегодня возможности воспользоваться своей косметичкой и утюжком для волос. – И куда только смотрят твои родители? Лицо выглядит уставшим, под глазами синяки, а волосы просто…

– Мама, прошу тебя, хватит, – наконец-то объявившийся в комнате Ривен раздосадованно просит свою мать успокоиться, в то время как я, побагровев от злости, пилю эту высокомерную снобку ненавистным взглядом. – Пожалуйста, не обращай на неё внимание, – Ривен виновато шепчет мне, когда садится на соседний стул, и я лишь чудом сдерживаю поток ответных оскорблений.

К счастью, присутствие Ривена благотворно влияет на его мать, и в итоге моё дальнейшее пребывание в этом доме проходит более-менее сносно. Мне больше не приходится выслушивать грубые оскорбления и оценивающие взгляды этой женщины, ибо отныне она фокусирует всё своё внимание на сыне. Она заваливает его чередой вопросов о сегодняшних уроках и его готовности к ним, а я пользуюсь моментом, чтобы быстро расправиться со своей порцией и затем отправиться в коридор, чтобы там дождаться парня.

Однако к моему неприятному удивлению, Ривен первый опустошает свою тарелку, после чего внезапно начинает дёргано и нервно поторапливать меня с едой, ибо мы, видите ли, сильно опаздываем в школу. Я с немым укором смотрю на парня, который показательно смотрит на свои наручные часы и вздыхает, и, вопреки тому что в данную минуту он просто невыносим, всё же стараюсь есть быстрее. Но это всё равно оказывается недостаточным для него, и в итоге он, торопливо распрощавшись с матерью, выдёргивает опешившую меня из-за стола и выводит за руку из дома.

Оказавшись перед его отмытым автомобилем, Ривен открывает передо мной дверь и, без всяких любезностей, едва не заталкивает внутрь, что напрочь лишает меня дара речи. Мало того, что этот негодяй не позволил мне доесть омлет, так он ещё и пользуется нашей с ним разницей в силе и росте, чтобы так бессовестно подчинять себе. Я с нескрываемым бешенством смотрю в сторону Ривена, когда он, обойдя капот, садится на водительское сиденье и, чуть порыскав в своём рюкзаке, протягивает мне украденную вчерашним днём книгу.

– Что? Отлупить меня ею собираешься? – я сердито спрашиваю парня.

– Вообще, я планировал одолжить её тебе, но раз уж ты настаиваешь…

Я выхватываю книгу из его рук, прежде чем он успевает совершить какую-нибудь пошлость, и прячу её в свой рюкзак. Ривен смеётся с моего опасливого взгляда, после чего выезжает с подъездной дорожки, и между нами повисает тишина. Лишь негромкая музыка разносится по салону, благодаря чему время поездки проходит чуть быстрее. Я со скукой смотрю на дорогу, которая усыпана мелкими ветками и листьями из-за вчерашнего ливня, и вдруг замечаю, как начинается дождь. Глядя на то, как мелкие капли врезаются в лобовое стекло, я невольно вспоминаю события вчерашнего дня. Только сейчас я понимаю, как безрассудно поступила, решив идти домой под непрерывным дождём, при этом совершенно не зная дороги. Я действительно благодарна Ривену за его помощь вчерашним днём. Боюсь даже подумать, что бы со мной случилось, если я так и продолжила бродить по незнакомой трассе.

– В следующее воскресенье, сразу после турнира по баскетболу, будет небольшая вечеринка у меня дома, – рушит тишину Ривен, когда дождь неожиданно прекращается. – Это будет дебютная игра Кристиана. Ты ведь прикроешь его, чтобы он пошёл, не так ли? – он больше утверждает, нежели спрашивает, когда переводит на меня взгляд своих небесно-голубых глаз.

– Если я откажусь, ты вышвырнешь меня из машины?

– С удовольствием бы так и сделал, да вот только мы уже приехали.

Ривен смеётся с моего вопроса, а затем делает поворот направо, и машина в самом деле заезжает на переполненную школьную стоянку. Ривен паркуется на свободном месте, рядом с которым стоит группа подростков, среди которых я замечаю пару знакомых лиц, и мы оба отстёгиваем ремни безопасности. Я быстро накидываю лямку рюкзака себе на плечо и намереваюсь покинуть автомобиль, как вдруг незамеченный ранее Кристиан открывает дверь и грубо вытаскивает меня из салона.

– Я тебя на ремни пущу, если ещё хоть раз ты повторишь вчерашнюю шутку. Это было не смешно! Я был в шаге от того, чтобы вызвать полицию и отправиться тебя искать во время бури. Ещё раз ты…

– Ещё раз что?! Едва не окажусь на том свете, ведь ты решил проучить меня за вредность? Если бы не он, – я со злостью указываю в сторону Ривена, – я бы точно оказалась в большой беде. Я не знала дороги домой, а телефон потеряла. А всё, что волновало тебя в то время – чёртова вечеринка, где ты можешь забыться в пьянстве! – я упрекаю Кристиана за его вчерашнюю выходку на парковке, и он отводит взгляд, будучи не в силах признать вину и извиниться.

– И из-за этой ты отменил вчерашнюю вечеринку, Ривен?

От мыслей о спуске брата в унитаз меня вдруг отвлекают чьи-то уничижительные слова в мои адрес, и стоит мне обернуться, как я замечаю Дженнифер, которая, будто не веря в происходящее, смотрит на меня.

– А ливень и затопленные дороги тебя совсем не смутили? – слышится насмешливый голос Ривена, когда он к ней подходит. – Или ты собиралась вплавь к моему дому добираться?

До начала урока остаются считанные минуты, поэтому я, напоследок кинув взгляд, полный оправданной обиды, в сторону братца, торопливо ухожу, оставляя шумную компанию позади. Времени, чтобы взять из шкафчика всё необходимое для урока, совершенно нет, поэтому я мирюсь с мыслью, что часть выходных я потрачу на то, чтобы перенести сегодняшнюю лекцию по истории с блокнота в основную тетрадь. Зайдя внутрь класса, который ожидаемо наполнен учениками, я торопливо занимаю последнюю парту у окна и с шумом бросаю рюкзак у стула.

– Совет дня. Чтобы избежать разбитого сердца, не подпускай к себе Ривена Стоуна ближе, чем на милю, – вместо слов приветствия слышится чей-то до боли знакомый голос, который, как оказывается, принадлежит мило улыбающейся Элеонор, с которой у меня завязался недолгий диалог ещё вчера. Она упирается локтем о парту и, подперев щеку рукой, смотрит на меня с неким интересом. – Я даже подумать не могла, что ты так скоро поведёшься на его чары. Неужели ты ему дала? – она спрашивает, при этом не утаивая в своих словах какое-либо оскорбление или же упрёк.