Эля Рин – Только наоборот (страница 14)

– С чего бы ему быть не в здравом… – фыркнул Сигизмунд и утащил у меня последнее печенье. Самое большое и красивое, кстати, которое я отложила «на сладкое».

– С того, что он человек… э-э-э, заблудившийся под холмом. – Я хотела ответить злым тоном, но в процессе зевнула, и получилось не слишком эффектно. – Знаешь, Сигизмунд, что хорошо? Что нам вместе с людскими телами не досталась человеческая психика. С косными реакциями, шоковыми состояниями от столкновения с чудесным и прочими приятными штуками.

– Неоспоримый повод для радости, – фыркнул его котейшество.

– Во-от, – я потянулась и повернулась к его высочеству. – Владыка, могу я попросить об одолжении? Я хотела бы прилечь, и если мне покажут гостевую комнату…

– Конечно, – он кивнул и потер висок. – Прошу извинить меня, что совсем забыл о законах гостеприимства. И не учел, что вашим человеческим телам требуется отдых. Я распоряжусь, чтобы для тебя и Сигизмунда подготовили дальние покои. Обычно мы принимаем там книжников, это самые тихие комнаты, в которые не проникают чужие сны и голоса растений.

Книжники… Книжники… Та-а-ак.

– Кстати. Если говорить серьезно, – нахмурилась я. – А в библиотеке вы его искали?

– Нет, – ответил владыка. – Без меня или брата в хранилище книг не проникнуть, путь надежно защищен магией. Но я сам намеревался заглянуть туда, если поиски не увенчаются успехом.

– Еще спроси, искали ли его в сокровищнице, – добавил Сигизмунд. – В самом деле, королевский дворец – это не городская площадь, ты лучше меня знаешь, что даже фейри не могут ходить здесь, куда захотят.

– Тогда у меня нехорошее предчувствие. – Я медленно встала с кресла, чувствуя, как накатившая было дремота стремительно испаряется. – Потому что, если бы я была поэтом, то точно спряталась бы в библиотеке.

– Та-ак, – сказал его эльфийское высочество таким голосом, от которого листья осыпаются с деревьев, а лепестки цветов сворачиваются в трубочку и засыхают просто на глазах. Хорошо, что в подземном коридоре не было ни листков, ни лепестков. Мне, правда, срочно захотелось оказаться где-нибудь подальше, желательно у себя дома, в подгороде, в самом темном углу кладовки, где хранилось варенье. Вишневое с кардамоном, между прочим. Но я подавила это иррациональное желание и на всякий случай отступила за спину Сигизмунда. Который, конечно, не дрогнул, но подозрительно громко засопел.

Дверь в библиотеку была открыта. Настежь.

– Так. – Эльфийский принц перехватил посох и шагнул через порог.

Я прищурилась и осторожно выглянула из-за Сигизмунда, ожидая продолжения этого самого «та-ак», какой-нибудь эпической битвы или обмена исключительно холодными и острыми любезностями, но ничего не происходило. Прошло мгновение. Второе. Третье. А потом мне стало любопытно, я не выдержала и направилась следом.

Сигизмунд прошептал мне в спину:

– Ты уверена?

Я молча кивнула и зашла в библиотеку.

Эльфийский принц стоял в нескольких шагах от входа, закусив губу, и смотрел… Да уж. Я сглотнула. Потом осторожно подняла глаза, чтобы удостовериться, что над нашими головами не закручивается воронкой смертоносное проклятие или не занесен карающий кинжал из волшебного хрусталя. А то мало ли. Я б, например, убила, если бы ко мне домой явились и вели себя настолько беспардонно.

Возле стены, прямо на полу, скрестив ноги, сидел Евгений и деловито что-то писал. Большим белым пером. На свитке, в магическом происхождении которого можно было не сомневаться. Строчки вспыхивали, потом медленно гасли, уже исписанный длинный «хвост» пергамента художественно лежал вокруг Евгения, над головой у него поблескивал маленький зеленый шар-светлячок.

Его высочество переложил посох из руки в руку и многозначительно кашлянул. Звук раскатился по всему залу, улетел шелестом под потолок, а вниз вернулся настоящим грохотом.

Ноль реакции. Евгений продолжал сосредоточенно писать. Буквы горели. Зеленая искорка подмигивала.

Тогда эльф стукнул концом посоха по камням. Пол под ногами задрожал, корешки книг на полках суетливо замигали, где-то зашелестели страницы, заскрипело дерево. С полки ровно над головой Евгения выдвинулся фолиант, покачнулся и упал вниз. Прямиком поэту в макушку.

– Ой! – вскрикнул он, отбросил перо в сторону и схватился за голову. А потом соизволил поднять на нас глаза. – О! Алла! Я заточил перо чайки и написал балладу о нашем приключении!

– Ты… что сделал? – хрипло спросила я.

Балладу.

О нашем приключении.

На волшебном свитке.

В эльфийской библиотеке.

– М-м-м, – раздалось сзади. Как будто у Сигизмунда вдруг заболели зубы. Все разом и очень сильно.

Его эльфийское высочество просто медленно выдохнул. И кивнул мне. Мол, продолжай разговор. А то, боюсь, не сдержусь и придушу этого наивного милого человека. А нельзя. Потому что книги любят тишину, а тот наверняка начнет хрипеть, отбиваться, орать, быть может… Получится некрасивая сцена. А любой эльф скорее согласится выглядеть трижды глупо, чем некрасиво.

– Заточил перо чайки, добытое в честном бою! – хвастливо провозгласил Евгений. – Потому что отстал, вы куда-то ушли, а я нашел это удивительное место и решил задержаться на несколько минут. Тут лежал бесхозный ножичек, – он показал на ритуальный кинжал для разрезания страниц гримуаров, – и бумажка. А ко мне как раз пришло вдохновение. И я написал, как мы сюда прибыли.

Он улыбнулся. И продолжил. Но лучше бы не продолжал.

– А еще сочинил небольшое эссе о том, какие приключения ждут нас дальше!

– Скажите, молодой человек, а как вы, собственно, сюда вошли? – спросил его эльфейшество. Удивительно спокойным голосом, учитывая обстоятельства.

– Я выход искал, а тут дверь, – пожал плечами Евгений. – И я пытался выйти.

Выйти он пытался. Эльфийский принц сумел сохранить безразличное выражение лица, а вот Сигизмунд не выдержал и сделал фейспалм. Да, библиотека была надежно защищена магией от тех, кто пожелает в нее войти. Но вот распространяется ли охранное заклинание на тех, кто хочет выйти? Упс.

Тем временем Евгений продолжал.

– Но она не открывалась. И ручки не было. Тогда я решил – вдруг с той стороны кто-то есть? И постучал на всякий случай. И, знаете, там знаки такие красивые по верху зажглись… – он мечтательно прикрыл глаза и поводил ладонью из стороны в сторону. – Как в сказке. Тогда я сказал: «друг»… и вошел.

– Что ты сказал? – переспросила я.

– Мэллон. Это «друг» по-эльфийски, – Евгений покачал головой. – Ты что, Толкина не читала? Или не помнишь? Чтобы открыть врата Мории, надо было сказать «друг», и волшебник долго вспоминал заклинание, и спутники его долго ждали, а я вот сразу вспомнил, и…

Я медленно перевела взгляд на эльфийского владыку.

– То есть вот так вы пароли придумываете, да?

– Во-первых, это была шутка… – вымученно улыбнулся тот.

– Что я могу сказать, – вздохнула я. – Шутка удалась. На все сто. Даже двести. Или даже затрудняюсь с цифрой.

– Кстати. – Евгений обеспокоенно посмотрел на нас и даже отложил в сторону свиток с балладой и чаячье перо. – Молодой человек, а вы кем Алле приходитесь? Надеюсь, вы не претендуете на ее сердце? И как вы оказались здесь? Это у вас косплей такой… шикарный?

– Хм, – ответил эльфийский принц.

– Да, – заявил Сигизмунд и для верности очень убедительно покивал. – Они выкупили старые катакомбы и устраивают тут свои игрища. Представляешь, Евгений, они думали, что мы идем атаковать их твердыню, и взяли нас в плен. Думали, что мы тоже с бутафорскими гримуарами и фальшивыми зельями по лесам скачем!

– Упаси небо, – возмутился Евгений. – Этим я в двенадцать лет увлекался.

– А сейчас ни-ни? – спросила я, краем глаза глядя на эльфа, спешно переваривающего Сигизмундову придумку и прикидывающего дальнейшую стратегию разговора. При этом я очень-очень старалась не рассмеяться.

– Ни-ни, – помотал головой Евгений и в порыве искренности прижал ладонь к сердцу. – Разве что настолки… редко. По выходным. Так-то я серьезный, взрослый мужчина.

– В самом расцвете сил, – не мог не добавить Сигизмунд.

– Да уж помоложе вас буду, – отбил подачу господин поэт. – Или годы ко мне более снисходительны.

– У нас тут хранятся очень ценные артефакты, – вновь подключился к разговору его высочество. – Дорогие. Сделанные по индивидуальному заказу.

– Не в Китае, – добавила я для достоверности.

– Надеюсь, – эльф прищурился, – вы ничего не сломали? И готовы заплатить за испорченный свиток?

Евгений тут же сделал честные глаза.

– Он же под ногами лежал. Поэтому я решил, что никому не нужен, и…

– Точно-точно под ногами?

– Ну, – Евгений задумчиво посмотрел в потолок и махнул рукой. – Я подошел к этим чудесным книжным полкам, вон туда, и хотел посмотреть пару книг, но они почему-то не вынимались, тогда я прошел чуть дальше и, может, совсем немного что-то задел, и когда оглянулся… Увидел, что там что-то лежит. На полу. Но я заплачу, конечно. Только у меня телефон разбился, поэтому не смогу вам сейчас деньги кинуть. Но как домой доберусь, обязательно. Дадите номер, к счету привязанный?

– Дам, – рассеянно сказал принц и быстро пошел к стене. Пробежал пальцами по корешкам книг, что-то шепча под нос, потом обернулся к нам и усмехнулся. – Знаете, что это? – и кивнул в сторону Евгения.

– Боюсь предположить, – буркнул Сигизмунд.