Эля Эн – Сломанные судьбы (страница 2)

– Она… Она специально это сделала! – тычет в меня пальцем и еще сильней начинает реветь.

– Дура! – кричит на меня Виктор Павлович. – Что ты натворила? Я труп!

– Выслушайте меня, пожалуйста! – прошу. – Тут незнакомая женщина была, она… меня толкнула, и я упала. Я не виновата! Спросите у нее, – указываю на Альбину.

– Лжет! Тут никого не было! – отвечает та.

Дверь в кабинет открывается с грохотом, и заходит мужчина – высокий, широкоплечий, в черной водолазке и синих джинсах. Поднимаю на него глаза и ужасаюсь. Он в ярости.

– Какого хуя тут происходит? – рычит низким голосом.

Я начинаю как будто уменьшаться от его дьявольской энергетики.

– Дамир Тигранович… – произносит Виктор Павлович, и я вижу ужас на его лице. Альбина рыдает еще громче.

– Заткнись! – рявкает мужчина на нашу пациентку. – Отвечай! – смотрит на врача.

– У нас произошло ЧП… По вине этой девушки, – говорит Виктор Павлович и кивает в мою сторону.

Мужчина переводит на меня взгляд. Его серо-голубые глаза холодны, а брови грозно сведены.

– Я… я… не виновата… – отвечаю вдруг осипшим голосом ему. Он опускает взгляд на осколки и, кажется, начинает звереть.

– Дамир Тигранович, боюсь… у нас больше нет шанса сделать вас отцом. Во всяком случае… – мямлит Виктор.

Я не даю ему договорить.

– Послушайте, – обращаюсь к мужчине. – Тут была какая-то женщина. Она меня толкнула, и я упала на столик, задев все его содержимое. Я правду говорю. Ваша девушка все сама видела. И она молила меня, чтобы мы ей ЭКО не делали. Правда! – говорю все на одном дыхании.

Он снова смотрит на осколки, и его кулаки сжимаются так, что белеют костяшки. Делает два шага ко мне, хватает за волосы и рывком притягивает к себе.

Мне очень больно. Кажется, в его руке вот-вот останется клок моих волос

– Ты пожалеешь, сука, что лишила меня единственного счастья в моей жизни! – опаляет меня своим дыханием.

Мои колени начинают дрожать.

– Дамир… – подает голос Альбина.

– Варежку захлопни! Ты больше мне не нужна! – отвечает ей, а смотрит на меня.

– Отпустите, мне больно! – пищу, а потом начинаю икать. – Ик!

– Ты пожалеешь о том, что натворила, дрянь! – дергает меня к выходу.

Я начинаю биться и плакать:

– Помогите!

Он выволакивает меня из кабинета и швыряет в руки двух громил.

– В багажник ее! – отдает приказ.

– Хорошенькая, – говорит один из них и трогает мою грудь.

– Нет! Отпустите!

Брыкаюсь из последних сил, пока не получаю по лицу. Во рту мгновенно появляется привкус крови. Меня тащат по коридору к запасному выходу, а потом и на улицу вытаскивают, на мерзлый снег. Мороз начинает покусывать мои ступни через белые носки. Больничные туфли слетели с моих ног, пока они меня тащили. И теперь я разута.

– Пожалуйста, отпустите! Я не виновата! Молю!

– Молить будешь Ворона, а у меня можешь пососать, – гогочет один из них. Они открывают багажник черной иномарки и запихивают меня туда.

– Отдыхай, крошка! Возможно, нам дадут с тобой поиграться и попробовать все твои дырочки.

Они хлопают крышкой багажника, и я остаюсь в темноте и в холоде.

Глава 2

Полина

Меня везут долго. Всю поездку я кричу и бью по багажнику в надежде, что хоть кто-то услышит мои мольбы.

Мне холодно… Так холодно, что зуб на зуб не попадает. Наконец, машина сбавляет ход и останавливается.

Ухватив рукой баллончик, который нашла на ощупь в багажнике, я готовлюсь к атаке.

Прислушиваюсь к мужским голосам. Кто-то несколько раз бьет по багажнику рукой. Я вздрагиваю.

– Готовься, красотуля!

Багажник открывается, я нажимаю кнопку на баллончике, направляя струю в лицо противника. Толкаю его ногой в живот, выскакиваю из машины и бросаюсь бежать.

– Сука! – орет мой преследователь.

Врезавшись во что-то твердое, я отлетаю и падаю на пятую точку. Смотрю снизу вверх. Надо мной в черном пальто и с сигаретой в губах стоит монстр. Дамир Тигранович.

– Решила побегать, сука?

– Отпустите… ик… ик…

Он смотрит на меня с отвращением.

– В подвале заприте шлюху, – приказывает ледяным тоном.

– Дамир, эта мразь меня чуть зрения не лишила! – хватает меня за волосы один из громил и отвешивает оплеуху. Бьет по лицу с такой силой, что голова откидывается назад. – Можно я ее натяну?

– Нет, Влад. Никто к ней не прикасается! – Дамир Тигранович смотрит на меня. – В подвал!

И меня снова тащат по снегу. Только на этот раз я не иду, меня волокут за волосы.

– Поднимайся! – орет на меня Влад.

Меня заводят в большой и теплый дом, а затем спускают по лестнице в цокольный этаж. Открыв одну из дверей, просто швыряют меня внутрь, как ненужную вещь.

– Сиди тут, – злорадно бормочет Влад. – Надеюсь, мне разрешат в конце концов с тобой поиграть.

Он уходит, и я остаюсь одна в небольшом помещении. Тут повсюду валяется множество картонных коробок и маленький матрас в углу.

Я подползаю к нему и, свернувшись клубочком, начинаю рыдать. Меня даже искать никто не будет. Никто! Я сирота. Может, все-таки Виктор Павлович в полицию заявит? Или… или Кристина заметит мою пропажу?

Не знаю, как это случилось, но я заснула. А проснулась от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Распахиваю глаза. На стуле сидит Дамир Тигранович. И его взгляд прожигает во мне дыру.

Подскочив с места, я прижимаюсь к прохладной стене.

– Говори, Полина! Зачем ты это сделала? – низким голосом спрашивает он.

– Я не виновата! Правда! Там женщина была. Она спросила меня, не хочу ли я подзаработать. И… я сказала, что охрану позову, она меня толкнула, я упала, а…

– Хватит! – обрывает он меня. – Там никого не было. Альбина рассказала, что ты все подстроила. Говорила, что мне никогда не стать отцом и последняя частичка моей надежды будет растоптана! – рычит.

– Камеры! Посмотрите камеры! Там должно быть все! Та женщина… – смотрю на него и понимаю: вот он – мое спасение.

– Камеры? – скалится. – Недурной ход. Но в тот момент они не работали. Удивительно, правда? Думаю, это твоих рук дело! М? Что скажешь?

– Я ни при чем! Как мне доказать, чтобы вы мне поверили?

– Скажи имя заказчика. И, может быть, ты умрешь быстро, – говорит он тихо.