Эльвира Смелик – Безнадёжная любовь (страница 8)
Да. Он опять ее. Он забыл свою глупую девчонку.
Лола прижалась к нему и подставила свое лицо, губы. Но он поцеловал ее в шею, один раз, другой. Он был все также нежен и силен, и Лола пошла за ним, покорилась ему и теперь сама не собиралась его отпускать, обнимала, ласкала, безудержно и страстно, как никогда. Ловя его дыхание, ощущая тяжесть его тела, она забыла про все обиды, отдавшись этим неожиданным и давно ожидаемым мгновениям. А он…
Что-то вдруг случилось, что-то изменилось, она мгновенно ощутила это, но поняла лишь секундой позже, когда он холодно произнес, почти касаясь ее губ:
– В следующий раз, если тебе понадобиться кому-то что-то рассказать, передавай через меня.
10
Сегодня девчонки наконец-то увидели нового Ольгиного знакомого, который, по ее рассказам, должен приехать за ней на белой «Волге», и он приехал.
Оля скромно приняла его поцелуйчик и попросила подождать пару минут. Именно в эту пару минут появился Богдан, необычайно веселый и общительный, с особенным блеском в глазах.
Олин Влад добродушно глянул на Богдана и предложил куда-нибудь податься вместе. Несколько секунд ушло на обсуждение программы (в их распоряжении находился отличный консультант по местным достопримечательностям), и, садясь в машину, Ольга оглянулась на родную пристроечку, печально вздохнула.
А Настя с Жанкой будут с завистью смотреть нам вслед.
***
Они вернулись утром, немного пьяные, возбужденные и бесконечно усталые.
– У-у-у, ноги гудят, – Ольга повалилась на кровать. – Давно я так не танцевала, – она приподняла голову. – Слушай, я совсем не представляла, что Влад тоже может танцевать. А помнишь, он песенку пел? – Оля засмеялась. – Мамочки! Я сейчас умру! – застонала и снова воскликнула: – А твой-то!
«А мой был под кайфом!» – захотелось зло заорать Ане. И веселье их было вовсе не приятным, а отчаянным. Когда терять уже больше нечего и хочется напоследок оторваться, как следует. И вроде бы не находится поводов, чтобы радоваться, а они все равно будут. Пальцами растянут губы в улыбочку и изобразят для всех, как им хорошо друг с другом. Пусть обзавидуются!
Ну и скотина же ты, Богдан! Может, хватит демонстрировать Ане, какой ты отвратительный, жалкий тип? Не пора ли становиться собой?
На следующий день Влад опять приехал за Ольгой, остановился у калитки. Подружки как раз возвращались из магазина.
Из «Волги» вышел совершенно незнакомый парень.
– Здравствуйте!
– Ты сам дойдешь? – спросил парня Влад.
– Конечно, – тот с интересом посмотрел на девчонок. – Может, ты меня познакомишь?
Влад, не говоря ни слова, широко и щедро повел рукой.
– Оля, – улыбнулась Ольга.
– Андрей, – он вопросительно взглянул на Аню, дожидаясь, когда она произнесет свое имя.
– Анна.
– Надо же! Мое любимое имя.
***
Богдан шел медленно. А куда торопиться?
Да, выкурил он косячок вчера перед свиданием. Но не для того, чтобы преодолеть смущение. Не надо было заставлять его копаться в воспоминаниях!
Анька мгновенно догадалась, что с ним, но ни словом не обмолвилась, зато вела себя так, будто сама обкурилась. Развязно, безбашенно. И ни капли искренности, ни капли ласкового тепла. Недаром же за прошедшую ночь они ни разу не поцеловались, хотя царившая обстановка невероятно располагала к страстности и нежности. Нет больше между ними никакой нежности. И торопиться ему некуда. Не к кому.
Именно потому, что шел Богдан очень медленно, еще издали он успел разглядеть впереди беспечную парочку. Он что-то говорил, она весело смеялась. Им было легко и хорошо друг с другом.
И что? Думаете, он расстроился? Да мало ли на свете девочек, девушек, женщин. Да завались! Сколько хочешь!
А они даже не заметили его.
– Ой, Анечка! До чего приятно с тобой общаться! – довольно произнес Андрей. – Может быть, вечером опять?
– Нет, Андрюша! – улыбнулась Аня. – На вечер у меня уже есть планы.
И поклонник, видимо, тоже есть?
Аня согласно кивнула, а Андрей досадливо качнул головой.
– Обидно! – и тоже улыбнулся, наигранно развел руками. – Но ничего не поделаешь.
Он был весел, догадлив и ненавязчив.
– А я заболтался и совсем забыл о времени. И, наверное, надоел тебе.
– Ну, что ты!
– Возможно, когда-нибудь мы еще встретимся, так что на всякий случай я говорю: до свидания.
11
Лола вывернула из-за угла и увидела Богдана. Он сидел на мягкой, густой травке в своем любимом местечке и курил.
– А кто-то совсем недавно торжественно клялся, что не курит и не пьет, – в меру осуждающе произнесла она.
– Не стоит верить всем клятвам, – назидательно заявил Богдан. – Хотя я, и правда, не пью.
Они больше не держали друг на друга зла. Взбешенная в первые минуты и готовая строить планы беспощадной мести, в общем-то, не такая уж злая и легко отходчивая Лола постепенно успокоилась, понимая, что всего лишь получила по заслугам за свой не в меру развязавшийся язык. А Богдан? Не так уж дорога была ему эта темпераментная девица, чтобы долго обижаться на нее.
Иногда Богдану казалось, будто Лола, не смотря на всю свою стервозность и независимость, мечтает о весьма серьезных и стабильных отношениях. Пожалуй, она не отказалась бы выйти за него замуж, остепениться, заняться хозяйством. Это же с ума можно сойти, какое у девицы богатое воображение!
Неужели она не могла найти кого-то более подходящего? Ее же многое в нем абсолютно не устраивает: и его необычное жилище, и его непутевое существование, и его весьма дурные привычки. Ну, и обратила бы свои взоры на кого-нибудь другого. Так нет, она заделалась целью перевоспитать Богдана. Во имя осуществления своих далеко идущих планов. И из жалости. Кажется, она все-таки любила его. И с нежной материнской заботой она упорно старалась вернуть его на путь истинный, избавить от вредного и недостойного.
Надо спасать мальчика!
– А как насчет «не курю» и «не употребляю»? – Лола присела недалеко за его спиной, и, чтобы увидеть ее, он должен был повернуть голову.
– Ну, тогда бы я был слишком хорошим, – она знала, сейчас он усмехнулся, хотя видела перед собой только затылок и маленькую часть щеки. – А кому это нужно?
– Тебе.
– Здоровый образ жизни – долгие годы процветания и счастья? – он наконец-то обернулся и посмотрел ей в глаза. – Так?
Она задумалась.
– Это из-за нее?
Теперь он развернулся всем корпусом, но молчал. Лола не узнавала его.
– Да ты никак влюбился?
– Чтобы я, да и влюбился. Ты веришь в это? – он спрашивал серьезно.
– Раньше верила, – печально улыбнулась Лола. – Верила, что ты любишь меня.
– Я не думал, что для тебя это необходимо. Разве было плохо?
– Нет! – теперь отвернулась она. – Но зато плохо сейчас.
– Не грусти, детка! Скоро все вернется.
Лоле показалось, что он обнимет ее сейчас, ей очень хотелось этого, но он даже не шелохнулся.
– Ты так часто говоришь это, словно сам веришь, – она обиделась на него за несбывшуюся надежду.
– А почему бы мне не верить? Разве через несколько дней у меня не появится повод поискать твоей любви и участия? – совершенно одинаковым голосом он говорил нежности и гадости, и по началу фразу абсолютно невозможно было определить, чем она закончится.
Вновь возродившаяся надежда была грубо и безжалостно задавлена мягким, ласкающим голосом. Лола напряженно втянула воздух. Недавняя злость воскресла, оживленная жестокостью очередного унижения.