Эльвира Расс – Эхо бездны. Книга 6 (страница 1)
Эльвира Расс
Книга 6 Эхо бездны
Глава 1. Преклоненное колено
Тяжелые шаги сотрясали пол пещеры. С каждым поступью металлического гиганта черные стены Монастыря, еще недавно высасывавшие из нас жизнь, стонали и покрывались сетью трещин.
Существо было огромным — почти три метра в высоту. Его доспехи, выкованные из неизвестного матового металла, покрывали глубокие борозды и древние руны. В щелях брони пульсировала чистая, фиолетовая энергия. Запах озона стал таким густым, что запершило в горле.
Рэйден перехватил железный прут поудобнее. Без своей огненной магии он был просто человеком против ожившей горы металла, но по его напряженной спине я видела — он умрет, но не отступит ни на шаг.
— Не подходи! — хрипло рыкнул Рэйден, когда гигант оказался в пяти шагах от нас.
Но существо даже не посмотрело на него. Оно двигалось с пугающей, механической грацией, и его горящие фиолетовым светом глаза-окуляры были неотрывно прикованы к одному — к Лукасу. Мой сын, чья аура сияла в ответ таким же цветом, радостно загулил и протянул к гиганту пухлые ручки.
Машина сделала еще один шаг. Рэйден с криком бросился вперед, обрушивая тяжелый стальной прут прямо на сочленение коленного доспеха существа.
Раздался оглушительный лязг. Прут согнулся пополам, как дешевая жестянка. Гигант даже не пошатнулся. Он медленно повернул голову к моему мужу. Металлическая рука, заканчивающаяся массивными пальцами, поднялась…
Я закричала, бросаясь к ним, ожидая увидеть, как Рэйдена отбросит к стене, словно сломанную куклу.
Но удара не последовало.
Вместо этого бронированная фигура плавно опустилась. Раздался грохот сминаемого камня — это гигант рухнул на одно колено прямо перед импровизированной колыбелью моего сына. Металлическая голова склонилась в жесте абсолютной, безоговорочной покорности.
Внезапно мою голову пронзила острая вспышка боли. Нуль-камень вокруг нас трескался, теряя свою силу, и в образовавшуюся брешь хлынула моя заблокированная эмпатия. Но то, что я почувствовала, не было человеческой эмоцией. Это был холодный, структурированный поток данных, который ударил мне прямо в мозг.
— Элен? — Рэйден с ужасом смотрел то на преклонившегося монстра, то на меня. Я держалась за виски, пытаясь осознать происходящее. — Что это значит? Что оно делает?
— Он… он сдался, — прошептала я, не веря собственным словам. — Рэй, он думает, что Лукас — его хозяин.
Рэйден недоверчиво опустил погнутый прут. — Машина Первых? Подчиняется младенцу?
Но времени на осмысление этого чуда у нас не было.
Монастырь умирал. Охранная система нуль-камня была создана для поглощения обычной магии. Столкнувшись с первозданной, неистовой силой Истинного Эфира, который излучал Страж-Архонт и наш сын, стены начали буквально разрываться изнутри.
С потолка посыпалась черная крошка. Затем с оглушительным треском откололась огромная каменная глыба размером с повозку и рухнула в пяти метрах от нас, подняв столб пыли. За ней последовала вторая.
Гигант развернулся и тяжелым бегом направился обратно к сияющему фиолетовому разлому в стене, из которого он только что вышел. Перед самым входом он остановился и обернулся, ожидая нас.
— Нам нужно идти за ним! — крикнула я сквозь грохот падающих камней. — Туда?! В эту бездну?! — Рэйден указал на разлом, из которого тянуло жаром и неизвестностью. — Здесь мы точно погибнем! Хватай Лукаса!
Рэйден не стал спорить. Выживание в Диком Лесу научило нас действовать мгновенно. Он подхватил сына, прижав его к груди, а я схватила наш скудный мешок с припасами и дневник Первых Магов, который всё еще лежал у погасшего костра.
Мы побежали. Пол ходил ходуном. Каждый шаг давался с трудом, словно мы бежали по палубе тонущего корабля во время шторма. Черные лозы нуль-камня корчились на полу, сгорая и превращаясь в пепел от фиолетового света.
Мы влетели в разлом прямо за секунду до того, как весь потолок Монастыря с оглушительным, финальным ревом рухнул вниз. Волна спертого воздуха толкнула нас в спину, сбивая с ног.
Я упала на твердый, гладкий камень, больно ударившись коленом. Позади нас стояла сплошная стена из обломков. Путь назад, к Мертвым Горам и поверхности, был навсегда отрезан.
Кашляя от пыли, я подняла голову.
Мы находились в широком туннеле, уходящем круто вниз. Его стены не были из грубого камня или нуль-породы. Они состояли из темного, похожего на стекло материала, сквозь который просвечивали огромные, пульсирующие фиолетовым светом жилы. Это было похоже на внутренности какого-то гигантского, спящего организма.
Впереди, освещая нам путь, неподвижно стоял Страж-Архонт.
Рэйден сел, тяжело дыша, и осмотрел Лукаса. Малыш был цел и даже не плакал. Наоборот, он завороженно смотрел на светящиеся стены.
И тут Рэйден вздрогнул. Он посмотрел на свои свободные руки и сжал их в кулаки. Воздух вокруг его пальцев внезапно пошел рябью от невыносимого жара.
— Элен... — его голос дрогнул от смеси ужаса и восторга. — Моя магия. Она возвращается. Но... она другая.
Я посмотрела на него и ахнула. По коже Рэйдена, словно татуировки, начали проступать светящиеся линии. Но это был не привычный, успокаивающий багровый огонь, который грел нас холодными ночами.
Искры, срывающиеся с его пальцев, были ослепительно синими.
Глава 2. Синее пламя
Жар нарастал с каждой секундой. Воздух вокруг Рэйдена задрожал, искажая пространство, как марево над раскаленной пустыней.
Ослепительно синие искры сорвались с его пальцев, упали на гладкий стеклянистый пол и мгновенно прожгли в нем шипящие дыры. Рэйден зарычал, схватившись за запястье одной руки другой, словно пытаясь удержать вырывающуюся наружу стихию.
— Рэй, погаси его! — крикнула я, отступая на шаг и прикрывая собой Лукаса. От мужа разило таким жаром, что у меня начали сохнуть губы.
— Я… я не могу! — процедил он сквозь плотно сжатые зубы. Синие линии под его кожей вспыхнули ярче, пульсируя в такт сердцебиению. — Эта штука... она не слушается! Она как будто живая!
Внезапно с его ладоней сорвался ревущий поток лазурного пламени. Он ударил в ближайшую стену. Раздался оглушительный треск. Камень, веками выдерживавший давление гор, не просто расплавился — он испарился, оставив после себя светящуюся белым воронку с потекшими краями.
Мы замерли. Рэйден в шоке уставился на свои руки. Обычный багровый огонь, которым он владел всю жизнь, мог сжечь дерево или расплавить сталь при долгом усилии. То, что вырвалось из него сейчас, было чистым разрушением.
— Успокойся, — выдохнула я, делая осторожный шаг к нему. — Дыши, Рэй. Дыши. Это не проклятие. Монастырь блокировал нашу магию, а это место... оно переполнено Истинным Эфиром. Он впитывается в тебя, меняет твой дар.
Рэйден закрыл глаза, делая глубокий, прерывистый вдох. Он напряг все свои мышцы, и я увидела, как синее свечение медленно, неохотно отступает, прячась обратно под кожу, пока не исчезло совсем. Муж тяжело осел на одно колено, тяжело дыша.
Металлический гигант, все это время неподвижно наблюдавший за нами своими фиолетовыми окулярами, сделал плавный шаг, загораживая меня и Лукаса от Рэйдена.
— Нет! — крикнула я, и сама удивилась, как властно прозвучал мой голос.
Я сосредоточилась, направляя свою эмпатию не наружу, как привыкла, а внутрь, по тому самому каналу, через который со мной связалась машина. Это было похоже на погружение руки в ледяную воду. Никаких эмоций. Никаких страхов. Только сухой, шелестящий код, миллиарды шестеренок и потоков энергии.
Механизм внутри брони тихо зажужжал. Гигант замер на долю секунды, обрабатывая информацию.
Гигант развернулся и снова зашагал вниз по туннелю.
Рэйден тяжело поднялся, вытирая пот со лба. Он посмотрел на оплавленную дыру в стене, затем на меня. — Ты с ним... разговариваешь? — Скорее, обмениваюсь мыслями. Эмпатия тоже изменилась, Рэй. Я чувствую этот туннель. Чувствую энергию в стенах. И я чувствую его. Это не просто голем, это древняя машина. И у неё есть инструкции.
Мы пошли следом за Стражем. Спуск казался бесконечным. Туннель вилял, уходя всё глубже в недра планеты. Удивительно, но чем ниже мы спускались, тем легче становилось дышать. Воздух больше не был спертым, как в пещерах у поверхности. Он пах озоном, грозой и чем-то неуловимо сладким — как странные благовония.
Лукас мирно спал у меня на руках, убаюканный мерным лязгом железных шагов нашего провожатого. Эфир вокруг нас пел ему колыбельную, которую мы, взрослые, не могли услышать.