Эльвира Осетина – Жаркий отпуск для дурнушки (страница 8)

Но вместо этого брюнет как ни в чем не бывало начал жестче массировать мои икры уже обеими руками, а блондин тем временем болезненно цапнул меня зубами за сосок.

– А! – вскрикнула я и уперлась руками в его голову, пытаясь отодрать от своей груди, при этом опять ощутив, как меня пронзило током до самого естества, и возбуждение усилилось чуть ли не в десять раз.

– Руки, Клава, – проурчал этот хищник, почти не выпуская мой сосок из своего рта. – Я их свяжу, если не уберешь, – добавил он, смотря мне в глаза и заставляя мелкие волоски на загривке встать дыбом.

– Это насилие, – пробормотала я, но руки всё же убрала. – Вы меня насилуете.

– Даже не начинали еще, – хмыкнул мужчина. – Вот когда начнем насиловать, ты точно поймешь. А сейчас мы подбираем имена твоим прелестным грудкам.

– П-прелестным? – неверяще уставилась я на него и почему-то спросила: – Ты правду говоришь? Или врешь мне?

В ответ Лукас хмыкнул и ответил:

– Клава, ты всерьез считаешь, что в этой ситуации я мог бы тебе врать? Думаешь, в этом есть какой-то смысл?

– Откуда мне знать, что за извращенные игры у вас с Димой? – пробормотала я и почувствовала, как руки брюнета подобрались слишком близко к моей нежной фиалке и уже массируют мои бедра.

– Ну что там со вкусом? – прервал наш разговор Дима. – Они и правда похожи на сладкие дыньки?

– Я не уверен, – протянул блондин, наконец-то выпустив мой сосок из своего порочного рта. – Может, сам попробуешь?

Брюнет почему-то задумался, а я затаила дыхание, ведь его пальцы были в сантиметре от моей «нежной фиалки».

– Почему бы и… – протянул он хриплым голосом, заставив меня сглотнуть набежавшую слюну и заёрзать попой по (о боже, какой позор!) мокрой простыне.

А затем я протяжно вскрикнула, потому что он накрыл своей ладонью всю мою нежную и очень влажную «фиалку» и слегка сжал. А сам ответил:

– Нет, я, пожалуй, попробую «нежную фиалку», чтобы убедиться, что Клава не прогадала с названием.

– Хорошо, – спокойно ответил блондин. – Тогда я буду пробовать вторую сладкую дыньку. Чтобы быть до конца уверенным в том, что мы выбрали верное название.

– Нет, – прошептала я. – Так нечестно.

– Очень даже честно, – это был Дима, который немного потискал мою фиалочку, заставив меня затрястись от нахлынувших эмоций и чувств. – Я только не знаю, какие на вкус фиалки. Не пробовал никогда, – задумчиво протянул он. – Да и аромат не помню. Видел последний раз у бабушки на подоконнике в детстве. Помню, что у них листики были бархатные. А цветки разные, миленькие такие. От желто-зеленых до бело-розовых.

– Твоя бабушка увлекалась фиалками? – прошептала я, пытаясь ухватиться за хоть какой-то разговор, лишь бы вернуть свой мозг на место, и вновь застонала оттого, что мужчина продолжил мять мою киску, но уже намного жёстче.

– Возможно, я плохо помню, слишком маленьким был, – ответил он и добавил: – Но это к делу не относится. Я должен убедиться, что твоя фиалка тоже ничем не хуже тех, что я видел в детстве. Иначе нам придется её переименовывать.

– Что? – возмущенно подняла я голову, чтобы увидеть этого наглеца, так как его загораживал блондин.

– Дима прав. Он обязан продегустировать твою фиалку. А то будет неправильно, если ты ошиблась с названием, – хмыкнул Лукас, сжал рукой второе моё полушарие, наклонился и сразу же накрыл влажным ртом сосок, прикусив его зубами и отправив уже не один, а сразу сотни маленьких электрических импульсов в низ моего живота.

Тогда как брюнет вдруг сильнее раздвинул мои бедра, уложив их себе на плечи, и, осторожно погладив складки пальцами, начал вылизывать мне клитор.

– О-о-о-о, – выдала я протяжный вой, не сумев справиться с нахлынувшим удовольствием, которое искрами взорвалось у меня в глазах и одновременно во всем теле.

ГЛАВА 5

– М-м-м, какая чувствительная девочка нам попалась, – усмехнулся брюнет прямо в мою нежную «фиалку».

– О да, смотреть на то, как она кончает, одно удовольствие, – добавил блондин. – И представить себе не мог, еле сдержался и чуть не кончил от этого зрелища.

– Боже, я что, кончила? – хриплым голосом спросила я вслух, совершенно не смущаясь комментариев от мужчин.

Какое тут смущение и стыд? Тут впору трубить тревогу. Потому что я никогда в жизни еще не кончала от секса с мужчиной. Муж не зря называл меня фригидной. Потому что подозревал, что с ним я не кончаю, хотя я иногда пыталась изобразить нечто вроде оргазма. Похоже, что получалось из рук вон плохо.

И вот сегодня это случилось… впервые в моей жизни.

Из размышлений о первом оргазме меня вырвали еще один укус в сосок и одновременно пара пальцев в вагине. Отчего моё тело выгнуло дугой, и я поняла, что опять возбуждаюсь и мой организм совсем не против продолжить.

– Да, – выдохнул Дима. – Ты кончила и кончишь еще не раз сегодня. Я тебе это обещаю.

Губами он вновь впился в мою «фиалку», а пальцами начал буравить мою вагину.

– Хва-а-а-атит! – прошипела я, закатывая глаза от удовольствия и держась за перекладину руками. – Я больше не вынесу-у-у-у-у-у!

– Не хватит, – ответил блондин, посасывая мои соски теперь по очереди. – Твои сладкие дыньки против – видишь, как стоят торчком?

Я приоткрыла глаза, пытаясь сфокусироваться на своей груди, и с удивлением поняла, что соски и правда стояли. Один из них Лукас перекатывал губами и облизывал языком, а второй он теребил пальцами, причем довольно грубо, но мне так нравилась эта грубость, что я не могла и слова сказать против.

Но из противоречия всё же сообщила:

– У женщин другая физиоло-о-о-огия-я-я-я!

И последнее слово простонала на одной ноте, потому что Лукас в этот момент особенно болезненно дернул за сосок и куснул второй, а Дима с силой добавил еще один палец и быстрее начал двигать ими туда-обратно, а клитор посасывать.

В глазах всё засверкало, а низ живота начало простреливать тысячами электрических импульсов.

– Давай-ка сделаем немного иначе, – сказал Лукас. – Димон, двигай её на край постели.

– Что? Зачем? – ничего не поняла я, злясь на то, что мужчины оставили меня в покое.

Я почти кончила, между прочим! Второй раз!

– Клава, ты же порадуешь меня своим ротиком? – спросил блондин, а сам, уже убрав мои руки от перекладин, дал брюнету подтянуть меня вниз и развернуть.

Мужчины уложили меня так, что моя голова теперь болталась на краю кровати.

Дима же вытащил презервативы из кармана своих шорт, которые он быстро стянул с себя и бросил на пол. Кинул одну пачку блондину, а тот буквально за одно мгновение вскрыл упаковку зубами и раскатал резинку по своему здоровенному члену.

– Его порадовать ротиком? – в шоке уставилась я на член мужчины, который находился очень близко к моей голове.

– Ага, его, – ухмыльнулся Лукас, – а я поиграю с твоими сладкими дыньками. Видишь, как они этого хотят.

Пока я перевела взгляд на свою грудь, брюнет уже тоже успел надеть презерватив и, уложив мои ноги к себе на плечи, приставил горячую головку к моему входу.

– Я не… – пробормотала я неуверенно, но блондин уже встал над моим лицом, прижал свой член к моим губам и не дал мне договорить.

Я хотела упереться в его ноги руками, но мужчина прижал их к матрасу и строго добавил:

– Клава, укусишь – я очень сильно на тебя обижусь, поняла?

Получилось только промычать, но, похоже, Лукаса вообще не волновал мой ответ, и его член начал погружаться в мой рот.

А член Димы – в мою вагину.

Как они так смогли синхронно сделать, я не знаю, но и думать не было времени.

Мой организм был уже настолько разгоряченным и возбужденным, что я сама без проблем принимала в себя оба члена, забыв о том, что недавно сопротивлялась и считала это чем-то ужасным.

Лукас дошел до конца языка, но не стал останавливаться и двинулся дальше, скомандовав мне:

– Дыши носом, Клава! И расслабься!

Руки он положил на мои груди и сжал соски пальцами, заставив меня зажмуриться от пронзившего удовольствия.

В этот момент Дима резко вошел на всю длину, да с такой силой, что я задохнулась от неожиданности и почти забыла о члене у себя в глотке.

Лукас же надавил чуть сильнее, заставив мои внутренние хрящи начать расходиться, а мышцы гортани расслабляться. Но давление было медленным и статичным, тогда как Дима сразу задал такой темп, что я никак не могла сориентироваться, что вообще происходит и надо ли мне что-то делать и как-то реагировать на всю эту грубость.

Или же просто расслабиться и получать удовольствие?

Низ живота скручивало всё сильнее, будто внутри у меня была невидимая пружина, а член в горле почти не давал доступа к воздуху.

– Делай вдох! – скомандовал Лукас, вытащив свой член и дав мне прокашляться, а затем опять всунул мне его еще глубже и начал медленно покачиваться, только делал это не в такт ударам своего друга, поэтому мой мозг не поспевал за физическими ощущениями.

А организм уже трясло в предоргазменных судорогах.