Эльвира Осетина – Любимые по контракту (страница 2)
А затем я села за свой рабочий компьютер и залезла в интернет, пытаясь понять, как выкрутиться из этой ситуации. Даже на форум какой-то набрела, где народ рассуждал по поводу того, как не отдавать долги.
«Я не плачу долги, а что они мне сделают? Жилья у меня нет, машины тоже нет. Я гол как сокол! А на родителей наплевать, пусть в дверь стреляют» – пишет какой-то парень, еще и смайликов кучу хихикающих ставит.
«Ну вот у одной девушки ребенок пострадал, бутылку с зажигательной смесью прямо в окно кинули, – отвечает ему кто-то. – А если и в тебя кинут? Или просто по голове ударят из злости?» – отвечает ему кто-то.
«А если это представители власти? В тюрьму не посадят?» – спрашивает третий.
«Был случай, у меня знакомого посадили, он набрался в долг у всех с подряд, думал, что его никто не тронет, потому что у него ничего нет. Так его за мошенничество посадили».
И таких сообщений огромное количество. Сбежать, не платить, а в итоге кто-то ссылки на статьи кидает, где человека до смерти запытали за долги.
Одну девушку насильно наркоманкой сделали. Её долг перепродали каким-то отморозкам, те её украли, держали где-то на квартире, кололи каждый день героин. Так она потом за наркотики превратилась в проститутку и отрабатывала свой долг телом. Потом её кто-то вроде вытащил из этого бизнеса из знакомых, отправил на реабилитацию. Оказалось, что те, кто её на наркотики посадил сами были полицейскими. И держали из таких девчонок-должниц целый притон несколько лет. У них эта схема была отработанная.
Их потом в тюрьму посадили. Но… факт остается фактом. Не буду я платить, попытаюсь сбежать, затеряюсь на просторах нашей родины. А родители как? Бросить их? Да они же с ума сойдут…
А если меня найдут? Да из принципа будут искать! А потом что? Как ту девчонку посадят на какие-нибудь наркотики и отправят к клиентам? Или еще что похуже?
Пока крутила варианты вопроса, и ходила по ссылкам, неожиданно в директ мне написала одноклассница Ленка.
«Привет, подруга! Как дела? Давно тебя не слышала»
С Ленкой мы крепко дружили с первого по девятый класс. Потом она ушла учиться в мед училище, и наши пути разошлись.
Я настолько была в отчаянье, что прямо в директ выложила ей мою проблему.
«Я должна триста тысяч долларов трем мажорам, а отдавать деньги придется собственным телом, с сегодняшнего дня, я не знаю, что мне делать. Лучше сдохнуть, но родителей жаль, ведь долг ляжет на них»
Ленка молчала несколько минут, а затем выдала:
«Они что, настолько уродливы?»
Я опешила от её вопроса, и даже обиделась.
«Нет, но это не значит, что я хочу, чтобы они в раз меня поимели!»
«Ладно не злись подруга, я тебя поняла. Выйти на несколько минут сможешь в кафешку?»
«Да, у меня обед через час», – ответила я, посмотрев на часы.
«Отлично, тогда встретимся в кафе «Студенческое»»
Это кафе находилось рядом с университетом, сразу напротив. Поэтому через час я сидела уже за столиком и с тоской смотрела в окно на мимо проезжающие машины.
– Ого, – хмыкнула Ленка, подходя к моему столику. – Ты так и не выросла что ли? Такая же кнопка осталась? Одни черные кудри, да глазища на пол лица, – добавила она, громко хихикая. – Прямо фарфоровая куколка, глаз не оторвать.
Ленка всегда такая была. Шумная, веселая и совершенно неунывающая. А еще очень эффектная. Высокая, фигуристая, и очень яркая.
«Рыжая бестия», – так её называла собственная мать, все одноклассники, и дети во дворе.
Сейчас её волосы отливали кроваво-красным, как и пухлые губы. Белый сарафан а-ля Мерлин Монро обтягивал её верхнюю четверку, выделял тонкую талию и пышной юбкой обвивался вокруг длинных стройных ног на высоких каблуках. Веснушки она тщательно замазала тональным кремом.
Я рядом с ней всегда смотрелась невзрачным серым подростком, но никогда не завидовала. У Ленки родители болели алкоголизмом. Она часто недоедала, ходила в обносках, порой убегала из дома от садиста отца, и ночевала у нас. Мои родители не раз помогали собирать её в школу вместе со мной. Наверное, её внешность – это было нечто вроде баланса. И когда она выросла, то пользовалась ей напропалую.
Я встала и обняла давнюю подругу. Она стала еще красивее. В руках держала брелок от авто. Я знала, что Ленка не пропадет и наверняка неплохо устроится в жизни. С такой-то внешностью – сложно не устроиться.
– Ну давай подробности выкладывай, – сказала она, после того как заказала себе какой-то легкий салат и куриную грудку.
Мой заказ уже принесли, поэтому я приступила к рассказу.
– Понимаешь, это три мажора, двое – сыновья депутатов, один – сын адвоката, – затараторила я, пытаясь выложить как можно быстрее на подругу всю информацию. – Родители за них платят, им даже толком учиться не надо. Этим паразитам стало скучно. Они с первого курса устраивали нечто вроде соревнования. Каждый день кадрили девчонок, которые первыми выходили из дверей университета в определенный момент. Им никто не отказывал. Они так почти всех более-менее симпатичных девчонок перебрали.
– Короче, говоря, шлюхи, мужского пола, – резюмировала подруга, жуя лист салата.
Я поперхнулась чаем. Ленка всегда говорила, все, что думает, еще и умела припечатать неплохим матом. Я в отличии от неё ругаться совершенно не умела, и всегда краснела от её жаргонных словечек.
– В общем, дело дошло до меня, – продолжила я. – Это было в прошлом году. Я забыла дома контрольную, отпросилась у учителя, а так как я на хорошем счету, меня отпустили. Ну, я и рванула, а тут эти трое на мою голову. Подкатили сразу вместе и давай знакомиться. Конечно, я их послала, мне же не до них вообще было и побежала на маршрутку.
– Понятно. Закусились мужики, – кивнула Лена, и обвела меня пристальным взглядом с головы до ног. – В принципе это не мудрено. Ты всегда хорошенькая была, как куколка. И нежная вся такая. Прямо вылитая жертва. Странно, что до сих пор замуж не выскочила.
– Может и выскочила бы, – я пожала плечами. – Да папа заболел.
– Иван Аркадьевич? – подруга приподняла одну бровь.
– Ага, как раз, когда ты уехала. У него несчастный случай на работе случился. Производственная травма. Еле выжил. А мама так перенервничала, что с сердцем слегла. Мне не до отношений было. Я за ними обоими ухаживала. Да еще школа. Все деньги, что родители откладывали мне на университет ушли на восстановление после операции. Я смогла поступить бесплатно, но сама, наверное, знаешь, как на бюджетном. Учиться надо за троих, а то и за четверых. Расслабляться не дают, иначе можно только в путь вылететь. Политика любого университета – выпнуть студентов с бюджетных мест. И опять мне не до парней было.
– Ты небось еще девственница до сих пор, – усмехнулась Ленка, заставив меня покраснеть и опустить глаза в стол.
– Ох-ре-неть! – выкрикнула она, опешив. – Тебе же уже двадцать два, и ты до сих пор ни-ни?
– Лена, ну хватит, на нас уже все смотрят, – умоляюще прошептала я и добавила: – Я же объяснила, что некогда мне было знакомиться. Родители, учеба… какие парни?
– Да ты уникум, – выдохнула подруга, разглядывая меня, как восьмое чудо света.
А я тяжко вздохнула.
– Мда, ну и влипла ты, – спустя несколько мгновений, резюмировала Ленка, и скептически на меня посмотрела: – Выход есть, конечно, но не знаю, понравится ли тебе эта затея.
– Я буду очень тебе признательна за любую идею, – я постаралась вложить в свой взгляд всё мое отчаянье.
– Ну записывай тогда, – хмыкнула подруга.
И я тут же вытащила из сумочки блокнотик и ручку.
Сотовый прозвенел ровно в шесть вечера.
– Даю пять минут на сборы, – отчеканил в трубку Артем, и скинул вызов.
Именно его я боялась больше всего. Это такая машина для убийства. Здоровенный, высоченный шкаф. Боже, он же меня порвет.
Я почувствовала, что опять начинаю задыхаться, а перед глазами все подозрительно заходило ходуном. Выпив воды из бутылки, что я всегда таскала с собой в сумочке, я пошла на выход.
Все делала на автомате. Закрыла дверь на ключ, ключ отнесла в комнату охраны, расписалась в журнале, вышла на крыльцо. Увидела черный джип Артема, такой же здоровенный, как и он сам, стоящий на стоянке, и пошла к нему, как на казнь.
Подошла к машине, и увидела парня, он вышел с другой стороны и лениво обходил машину.
– Мля, Анимешка, ты чо так медленно? Я чуть не уснул пока тебя ждал, – сказал он подходя ближе, и открывая мне дверь. А затем наклонившись, посмотрел в глаза и глухо прорычал, от чего у меня ноги стали ватными: – в следующий раз получишь по шее, если будешь так медленно ходить. Поняла?
Наверное, мои глаза опять стали огромными от страха, и я подумала, что не знаю как буду подниматься на подножку, потому что ног вообще не чувствую, как стою не понятно.
– Ты глухая что ли? Я спрашиваю поняла? – еще громче рыкнул он.
– Д-да, – прошелестела я непослушным голосом.
– Давай залезай уже, – глумливо хмыкнул этот гад, – скоро будем тебя во все дырки иметь… На хату ко мне поедем. Там Андрюха с Виталей уже заждались.
От его слов мне стало еще хуже. Хотя куда уж?
Я не знала, сработает ли план Ленки. Может она вообще меня просто успокоила, а сама тут же забыла о моей проблеме. С чего ей помогать мне, вообще? Мы с ней не виделись уже семь лет. Так, только переписывались иногда через социальные сети. И сейчас мне было так страшно, что хотелось просто сдохнуть.