Эльвира Еникеева – Туманный лисий мех (страница 17)
Лис достал из кармана колечко с жемчугом и надел на безымянный палец ее правой лапки:
– Станешь ли ты моей невестой, чистой и нежной, как ландыш… – он достал одно из колец желтого золота и надел на безымянный ее левой: – И женой, чудесной, как…
Катлин поспешно отдернула обе лапы и стянула кольца:
– Да ты с ума сошел…
– Не волнуйся, для меня это не траты, – настаивал лис. – Ты… Ты моя жемчужинка, моя единственная любовь. Я Смерть обманул, слышишь? На целых сто лет! Целый век меня не убьет ни одна болезнь, ни одно оружие!..
– Что? Что ты говоришь?
– Мы поженимся, – продолжал вдохновенно лис. – И я всегда смогу нас обеспечить. Как я обещал. Лисята, помнишь? Мальчик и две…
– Помню, – сконфуженно подтвердила Катлин. – Но прошло семнадцать лет…
– У любви нет возраста.
– Да, только… Я ведь уже замужем.
Улыбка сошла с губ Николя. Он негромко спросил:
– Как? Ты же клялась…
– Помню, клялась… Да ведь мы детьми были, Николя, – протянула Катлин. – Тебя прогнали, а мне не хотелось в старых девах засиживаться.
– И… за кого ты…
– За пса Жеана.
– Так он двух слов связать не умеет!
– Да… Но он в общем неплох…
Боль причиняли лису не только признания возлюбленной, но и ее тон: она оправдывалась, но не из чувства вины, а из страха. Конечно, ведь сейчас он богат, захочет – убьет и ее, и Жеана, и сойдет ему все с лап. От этого было невыносимо горько.
– На, бери назад кольца, – бормотала Катлин, засовывая подарки в окаменевшие лапы Николя. – Найдешь лису по себе, отдашь ей… А мне, прости, пора бежать… Я…
– Ты клялась, – прошептал лис. – Ты дала слово. Ты должна была меня дождаться. Я бы ничего для тебя не жалел, мы бы жили лучше короля. Я бы положил к твоим лапам весь мир.
– Мне пора бежать, – повторила лисица и метнулась прочь – только рыжий хвост с белым кончиком мелькнул среди ветвей.
Николя посмотрел на кольца у себя на лапе – одно с жемчужинкой, одно с крошечной лапой, а брошку он даже вручить не успел, – и по щекам его текли слезы.
Последние, последние слезы в его вечной жизни.
– Пес… Ненавижу собак… – тупо пробормотал он.
Для чего теперь ему коптить небо? Надо было пойти с самого начала со Смертью в ад, ведь даже там нет таких мук, как здесь, на земле, где Катлин принадлежит другому.
Прижавшись к теплому шершавому стволу, лис тихо неестественно рассмеялся. Жемчужинка. Его жемчужинка… Она же поклялась! Клятва – не пустой звук.
И, убрав кольца обратно в карман, Николя побежал через лес.
Не от страха. Не от Катлин. А от себя.
2
Ник сделал над собой титаническое усилие, чтобы не выдать эмоций. Он перевернул страницу и увидел портрет косули в зеленом платье с узким корсажем, пышными рукавами-фонариками и завышенной талией. Ага, явно Италия шестнадцатого века. Подпись гласила:
«
Дальше была красивая зебра.
«
Теперь Ник увидел портрет камышовой кошки с босыми задними лапами, одетой не то в плащ с капюшоном, не то в несколько платков, под которыми темнело старое пыльное платье.
«
Новый разворот был посвящен мышке в платье времен Возрождения и белом чепце.
«
Далее следовал портрет енотихи в кимоно.
«
Лис перешел к следующему портрету – белки в простом бордовом платье с белым воротничком, с пышными рукавами.
«
Изображение белой голубоглазой зайчихи в роскошном розовом платье времен Викторианской Англии.
«
Ник посмотрел в зеркало заднего виденья на скучающего зайца. Так та англичанка – это Катлин, то есть Дита. И Селена – ее дочь! Подумать только…
Затем он увидел портрет рыжей лисички в сером платье по моде начала двадцатого века. Он весьма смутно помнил эту мордочку, но что-то знакомое в ней было.
«
Невестой! Воспоминание вспыхнуло в мозгу Ника, как искра.
***
Перл, юная рыженькая лисичка, пригладила подол серого платьица, накинула пальтишко и бросила быстрый взгляд в зеркало. Она так торопилась, так волновалась, что едва не забыла обуть новенькие туфли на каблучке, с маленькими пряжками – прежде она осмеливалась надеть их лишь в церковь по воскресеньям.
Перл не сомневалась, что нынче вечером ее возлюбленный сделает ей предложение.
Рыжий лис Николас ждал ее в назначенном месте с букетиком трогательных синих цветов. Какой он нарядный, какой милый! Как он с ней обходителен! Перл слыхала, что он какой-то миллионер, который у них лишь проездом. Но какая разница? Он такой добрый, милый, красивый, что деньги не играют значения!..
Подруги ей невероятно завидовали – из всех собак, кошек, зайчих и крольчих он выбрал именно ее, скромную Перл, у которой и всего-то богатства, что дивный голос!
Но именно этот голос свел их вместе недели три назад, в кабаке.
В тот день Николас прибыл в городишко на юге Америки вместе с несколькими друзьями. Холеный и дорого одетый, откинулся на спинку скрипучего стула в кабаке и закурил массивную глиняную трубку. Вторая его лапа лежала на талии миловидной колли в муслиновом платье.
Был канун Рождества, что Ник, разумеется, не мог позволить себе не отметить за кружкой чего-нибудь крепкого и за одним столом с друзьями-приятелями. На столе стояли бутылки самых разных вин, закуски и устрицы с зеленью и сыром – любимое блюдо лиса.
Тысяча девятьсот тринадцатый год был поистине непростым для всех, но кому-то эти трудности принесли доходы, а кому-то одни огорчения – впрочем, то же относится и к прошлому, двенадцатому году, когда кто-то погиб на «Титанике», а кто-то прославился, рассказывая истории о своем спасении.
Тринадцатый год был черно-белым, нет, даже трехцветным, как зебра в платье из рваного шелка.
В марте в Вашингтоне состоялся парад за женское избирательное право.
– Женщины никогда не получат этого права, сколько бы парадов ни проводили, – выплюнул конь Боб, сидящий напротив Ника. – Миром правим мы, а они – слабый пол с пушистыми хвостами и тупыми глазами… Они даже платья не наденут самостоятельно9.
Лис весело подмигнул колли:
– А по-моему – они его вполне заслуживают. Получат-получат. И года не пройдет10!
– Фантазер ты, – добродушно заметил медведь Джек, но возражать не стал. Разговор пошел по другому руслу. Буквально вчера, двадцать третьего числа, создали Федеральную Резервную Систему – денежный печатный станок, – о чем всех американцев без исключения оповестили газеты, едва сошедшие с собственных станков.