Эльвира Еникеева – Клятва Гиппо Кратоса (страница 24)

– Вот и вы сейчас пока только такой бутончик. Красивый, но слишком юный. Когда вы раскроетесь, когда вы станете пышной и взрослой – тогда я и приду убить вас. А пока возьмите ее.

Бекка приняла и этот подарок. Теперь в ее лапках было две розы – но почему-то бутон казался ей красивее раскрывшегося цветка. Может, потому что ее жизнь обещает быть дольше?

– А почему вы хотите дождаться, когда моя роза раскроется?

– В вашем дивном саду еще расцветут самые удивительные цветы, мадемуазель… Но нам обоим нужно проявить терпение. Вам – чтобы насладиться этим садом, а мне – чтобы уничтожить его красиво.

Бекка посмотрела на нераскрывшийся бутон у себя в лапах.

– А, когда он раскроется, вы точно ко мне придете?

– Точно.

– Вы не забудете?

– Нет. Обещаю.

Лис грациозно склонился, поцеловал Бекке лапку и растворился в темноте.

…Когда Бекка проснулась утром, то обнаружила у себя на одеяле не раскрывшийся бутон красной розы.

Глава пятнадцатая: Беда на корабле

– Бекка! Дункан! Там… Там…

Маленькая волчица, сидевшая на большом ящике, поспешно спрятала за шиворот красную розу.

– Что? Твой отец узнал о нас, да?

– Хуже! Намного хуже! – замотал головой Колдер. – Там… «Голландец»!

Бекка с Дунканом переглянулись и рассмеялись.

– Да, Колди-морячок, отличная шутка, но глупая…

– Вот именно! – поддакнул куница. – Я итак не спал…

– Неправда! – возразила Бекка. – Ты так храпел, что корабль дрожал!

– Вы не понимаете! – воскликнул Колдер. – Я не шучу! Там настоящий призрачный корабль!

– Испуг очень правдоподобный, – отметила Бекка. Дункан икнул.

– Бек… А мне чего-то кажется, он это серьезно.

– Я это серьезно! – подтвердил Колдер, с трудом унимая дрожь во всех лапах. – Я… Я бы тоже не поверил, но…

– Ты познакомился вчера с девчонкой, побывшей в шкуре призрака, – скептически цыкнул языком Дункан. – Ты реально еще можешь не верить во что-то?!

– Я подозреваю, что вот она и накаркала нам неприятности, – насупился Колдер. – Начать с того, что женщина на корабле…

– Во-первых, не женщина, а леди, – сухо поправила Бекка. – А во-вторых, я тебе не ворона, чтоб каркать. Я – чистокровная волчица. Или нечистокровная помесь с оками… Тебе как больше нравится?

– Да как вы не поймете! – в отчаянии выкрикнул Колдер. – Корабль…

И в это время судно сильно тряхнуло. Ящики, стоявшие кривыми башнями, рухнули на пол, прямо на зверьков.

– Ай-ай! Мне хвост задавило! – взвизгнул Дункан, и Колдер осторожно поднял ящик с хвоста незадачливой куницы.

– Что это еще такое? – прошептала Бекка, выбираясь из-под груды коробок. Дункан подул на кончик хвоста и жалобно протянул:

– Аку-у-ула?

– Да поймите же! – прорычал выдра, вознося над головой какой-то подвернувшийся под лапу ящик. – «Летучий Голландец»…

– Не пойму, к чему такая паника, если не акула! – надула губки Бекка. – Подумаешь, призрачный галеон…

– Это не галеон, – машинально поправил Колдер. – Это фрегат.

– А я-то думал, ты все знаешь, Бекс, – присвистнул Дункан. Маленькая волчица фыркнула:

– Подумаешь! Я специально соврала, чтоб Колдер не казался идиотом.

– Я и не кажусь идиотом! – обиделся выдренок.

– Нет, кажешься!

– Не каж…

И тут корабль опять тряхнуло, да так, что он чуть не перевернулся. Ящики снова завалили бедных зверьков.

– Похоже, он в нас врезался, – ошеломленно проговорил Колдер, высовывая из ящиковой кучи голову.

– Кто в нас врезался? – еле слышно уточнила Бекка, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Акула? – предположил Дункан, выныривая из коробкового моря.

– Нет, дуралей! «Летучий Голландец»…

– А разве это не сказка?.. – разинул рот Дункан. Бекка в сердцах сплюнула.

– А что будет с кораблем, который встретится с «Голландцем»? – спросила она.

– Весь экипаж обречен…– судорожно сглотнул Колдер.

– Боже мой… – похолодела маленькая волчица. До нее неожиданно дошла вся серьезность ситуации, в которую им угораздило вляпаться.

Ящики заходили ходуном, мелко дребезжа. Лампочки, итак выключенные, разом полопались. Осколки брызнули во все стороны, как соленая вода, и тут же захрустели под очередными упавшими коробками.

Сверху, видимо, с палубы, послышались душераздирающие вопли.

– Мамочка! – взвизгнул Дункан.

– А поподробней можно?.. – попросила Бекка, вцепившись в какую-то трубу, чтобы вместе с ящиками и куницей не поползти в сторону, к стенке.

– Вообще-то я не знаю точно, – признался Колдер, занимая местечко рядом с ней и наблюдая, как бедный Дункан плывет в волне коробов уже в другую сторону: корабль снова опасно накренился. – Некому было рассказывать: ведь экипажи, встретившие «Голландца» не выживали…

Бекка промолчала.

Крики снаружи стали громче. А главное – все трое отчетливо услышали хрипловатый голос капитана:

– НЕ-Е-Е-ЕТ!

Выдренок вздрогнул и ринулся, было, к двери, но маленькая волчица схватила его за лапу и силком оттащила обратно. Дункан продолжал путешествовать на разные концы трюма в компании ящиков.

– Спасите!.. – пищал он где-то на фоне.

– Колди, ты его уже не спасешь! – удивительно спокойным голосом прошептала выдре Бекка, сжимая лапку капитанского сына.

– Как ты можешь! – пытаясь вырваться, заорал Колдер, краешком сознания понимая, что она права. – Я должен помочь…

– Никому из них больше не помочь, морячок.

– Но вы все еще можете помочь мне!– жалобно заметил Дункан из-под ящиков.

– Мертвым не нужна помощь, Колди, – тихо и терпеливо говорила Бекка.

– Но я еще живой! – напомнил куница.