Элси Сильвер – Беспомощный (страница 39)

А я? Я превращаюсь в пластилин в его объятиях. Я была потеряна для него годами, но сегодня в тихом грузовике, посреди снежной бури, я позволила себе потеряться в нем.

Он берет, и я даю.

Я беру, и он дает.

Я прижимаюсь бедрами к его бедрам, и он стонет:

— Слоан.

Рука в моих волосах напрягается, и я чувствую тупое жжение от того, как он тянет меня за скальп. Его другая рука лениво двигается вниз по моей грудной клетке, останавливаясь на моем бедре, длинные пальцы небрежно расставлены по изгибу моей задницы, его большой палец трется о контур моих стрингов.

Все медленно. Болезненно медленно. Так характерно для нас во многих отношениях. Но в нас также есть и край отчаяния обоих.

Жесткий укус в каждом движении.

Мои соски каменеют. Мое сердце колотится. Мое тело светится.

Мои бедра снова вращаются.

На этот раз его твердая длина отталкивает. Я хнычу, возбужденная и облегченная одновременно. Я провела годы, думая, что Джаспер Жерве не может хотеть меня, но сейчас его тело рассказывает другую историю.

И его слова тоже.

— Санни, ты сведешь меня с ума.

— Хорошо, — бормочу я ему в губы. — Мы будем безумны вместе. Я так устала делать это одна.

Я готова сорвать с него одежду и насадиться на него, здесь и сейчас. Я схожу с ума. Я чувствую себя более пьяной, чем прошлой ночью.

Я снова целую его, выливая в него все разочарование и тоску. И он возвращает мне десятикратно. Он сбивает меня с ног и высасывает воздух прямо из моих легких.

А затем он оттаскивает меня прочь. Держа одну руку в моих волосах, он наклоняет мою голову к себе и смотрит на меня сверху вниз. Его глаза скользят по каждому уголку моего лица, когда он оценивает меня.

Он читает меня, как чертову книгу, а затем говорит мне то, что я давно хотел услышать.

— Ты не одна. Я прямо там, с тобой.

Я выдыхаю так глубоко, что мое тело обвисает, когда оно покидает меня.

— Но сейчас не время и не место. Это небезопасно. И ты слишком чертовски ценна, чтобы рисковать.

К черту мою безопасность. Если бы я умерла, катаясь на Джаспере Жерве на водительском сиденье этого грузовика, меня бы это устроило. Какой отпад. Ушел с грохотом, так сказать.

— Когда время и место? — выдыхаю я вместо этого.

Он целует мои влажные, пухлые губы и подносит мое ухо к своему рту.

— Когда я скажу, — хрипло говорит он.

Все мое тело сотрясает дрожь. Когда я отстраняюсь, его глаза снова темнеют и останавливаются на моих губах, затем на моей груди, прежде чем снова подняться на мое лицо.

Он нежно обхватывает мою голову.

— Я сейчас вернусь. Мне нужно проверить тормозное крепление, чтобы мы могли спуститься с этого холма. Пристегнись, на всякий случай.

Я киваю, и он поднимает меня, без усилий усаживая на пассажирское сиденье.

Он выходит за дверь и попадает в метель, не говоря больше ни слова.

А я сижу здесь, ошарашенная, надеясь, что с ним все в порядке. И, проведя инвентаризацию всего, что он сделал с моим телом, когда он сказал: «Когда я так скажу».

Глава 19

Джаспер

Джаспер: Плохие дороги. Проблемы с тормозами. Ночевка в городе под названием Блисуотер-Спрингс.

Харви: Вы получаете приз за использование как можно меньшего количества слов? Ребята, вы в порядке? Можете рассказать подробнее?

Джаспер: Я позвоню вам из отеля. У нас все хорошо. В безопасности. Вам не о чем беспокоиться.

Харви: Давай. Дай мне что-нибудь. Одну кровать или две?

Джаспер: Поговорим позже.

Кончики моих пальцев покалывают так же сильно, как и все остальное тело. Слоан молчалива и погружена в себя рядом со мной. Когда я вернулся в грузовик, она уставилась на меня комично широко открытыми глазами, сжав губы, чтобы скрыть улыбку или не сказать ничего.

Мы благополучно вернулись на шоссе. Проводка надежно на месте с разъемом, и мне становится легче дышать — если только я не думаю слишком много о том, как Слоан извивается у меня на коленях, как ее задница трётся о мой член.

Я все еще останавливаюсь у ближайшего механика, чтобы проверить разъем тормоза, потому что он вообще не должен был отсоединиться. Согласно Google, это означает, что мы проведем некоторое время в городе под названием Блисуотер-Спрингс.

— Мы больше не будем разговаривать? — Слоан выпаливает, нарушая тишину. — Как я знаю, ты вообще-то не очень разговорчивый. Но можем ли мы не чувствовать себя неловко из-за… — Ее рука взмахивает перед ней.

— Из-за поцелуя?

— Да. Это был напряженный момент. Момент безумия. Мы можем быть спокойны.

Я думал о том, чтобы поцеловать Слоан уже давно, хотелось ли мне признаться в этом себе или нет.

На самом деле, она почти взяла фамилию Вудкок на всю оставшуюся жизнь, потому что я так долго думал, а не делал что-либо по этому поводу.

Возможно, это не самый подходящий момент для меня, чтобы разобраться в том, что касается Слоан Уинтроп, но это момент. И если я что-то и понял в этой шекспировской трагедии жизни, так это то, что жизнь — это просто моменты, нанизанные вместе, как разноцветные рождественские огни. Тебе всегда нравятся одни цвета больше, чем другие.

Радостные, трагичные, мирные, забавные. Незабываемые моменты и моменты, которые мы хотели бы забыть.

И поцелуй со Слоан в этом грузовике — не один из них. Это момент, который я полностью намерен сохранить. В прошлом мне говорили держаться от нее подальше. В прошлом я заботился об этом предупреждении.

А в этот момент? Мне плевать.

— Это был не момент безумия, — говорю я как ни в чем не бывало.

— Извини? — Она звучит недоверчиво.

— Я определенно хотел поцеловать тебя.

Она усмехается, скрещивая руки и краснея как свекла.

— Ты едва отреагировал всего за несколько секунд до этого. Ты был в шоке, так что простишь меня, если я тебе не верю.

— Мне не нужно, чтобы ты мне верила, чтобы это было правдой.

Я не знаю, почему после многих лет молчания я теперь выпаливаю все это. Скорее всего, потому, что я увидел наши жизни, промелькнувшие перед моими глазами. Когда я посмотрел на Слоан рядом со мной и увидел ее прекрасные голубые глаза зажмуренными, пальцы вцепились в сиденье, плечи подняты к ее ушам, я понял, что это может быть мой последний момент с ней.

Мой последний момент, и она никогда не узнает, что она для меня. Как много она для меня значит. Что она для меня. И это просто чертовски безумно. Как пустая трата. Как для человека, который знает потерю так близко, зачем мне когда-либо настраивать себя на потерю чего-то столь ценного?

Я думаю, это осознание пришло ко мне на ужине, где я наблюдал, как Слоан сидит рядом с мужчиной, который говорит о ней при каждой возможности. Она собиралась выйти замуж за кусок человеческого шовинистического мусора, но она могла бы получить меня — если бы она хотела меня.

Если бы я просто сказал ей.

А она не знала, потому что я был слишком погружен в свою голову, чтобы сказать ей. Слишком парализованный своим страхом потерять людей, которые мне дороги. Потерять ее.

Но черт, потерять кого-то и не дать ему знать, что он тебе небезразличен? Хотелось бы вернуться и сказать им?

Это особый ад. Я не собираюсь в нем жить, потому что я уже отдал своим демонам достаточно себя — они не могут заполучить ее тоже.

— Я только что чуть не вышла замуж за другого.

Я резко киваю, глядя на нее. Она выглядит взбешенной, что не соответствует моей реакции. Но и я тоже.