Элоиза Джеймс – Безумная погоня (страница 7)
Сначала Хелен ничего не ответила, но через несколько шагов дар речи вернулся к ней.
– Кого вы имеете в виду?
– Мистера Фэрфакса-Лейси, конечно!
– Я думала, вы считаете его чересчур… опытным.
– Ну, не без этого; и все равно вы как нельзя лучше подходите друг другу. – Беата словно уговаривала кобылу взять высокий барьер. – Он совершенный образец английского джентльмена, вы – тоже, но в женском обличье. Безукоризненная добродетельность придаст особый блеск вашей дружбе. К тому же он определенно вами интересуется. – Она энергично потянула Хелен за руку. – Вы же не хотите ждать у моря погоды, правда? Что, если Арабелла сумеет убедить его жениться на леди Ролингс? Вряд ли вы сможете крутить роман с мужем подруги…
Хелен подняла глаза, и вдруг ей показалось, что Стивен разглядывает ее спутницу с выражением глубокой досады. Впрочем, обдумывать этот факт ей было уже некогда, они подошли слишком близко, и она присела в реверансе.
– Сэр! – Хелен тут же отметила, что Беата уплыла прочь, даже не удостоив джентльмена приветствием.
Стивен Фэрфакс-Лейси улыбнулся, и Хелен в очередной раз отметила, сколь привлекательной наружностью он обладает. Его лицо было гладко выбрито, в отличие от ее мужа, щеки которого к вечеру покрывались темной щетиной.
– Мадам, как вы себя чувствуете?
– Спасибо, хорошо.
Возникло минутное молчание, и Хелен пришлось лихорадочно размышлять над темой дальнейшей беседы.
– Вы читали утренние газеты? – наконец спросила она. – Наполеон сбежал с Эльбы и снова высадился во Франции! Французская армия наверняка не станет его поддерживать.
– Полагаю, вы правы, леди Годуин. – Стивен медленно отвел взгляд. Он решил вести свою игру не спеша, чтобы не спугнуть ее.
Хелен ощутила невольную робость. Как, спрашивается, она сможет обольстить этого мужчину, если не в состоянии поддержать даже простую беседу?
– Как вы считаете, могут ли католики заседать в парламенте? – небрежно поинтересовалась она.
Стивен пожал плечами; он явно не был готов вести философскую полемику со столь очаровательной собеседницей.
– Я всегда думал, что запрет необходимо отменить, – наконец произнес он.
– Полагаю, это связано со словами присяги, которую они должны принимать. Не нарушит ли присяга в парламенте их религиозные обеты?
– Для большинства людей, которых я знаю, эта присяга ровным счетом ничего не значит. – Стивен заинтересованно посмотрел на нее. Или… Или он смотрит через ее плечо?
– Мистер Фэрфакс-Лейси! – нетерпеливо позвала Хелен.
Стивен сосредоточился.
– Леди Годуин, пожалуйста, простите меня.
– Кажется, там что-то интересное? Может, и мне стоит посмотреть? – полюбопытствовала Хелен.
– Всего лишь маленькая дерзкая крошка – леди Беатрикс. – Стивен небрежно пожал плечами. – Я искренне не понимаю, о чем думает леди Уидерс, позволяя девушке одеваться столь вызывающе неприлично.
Теперь Хелен тоже увидела Беату, шествовавшую через зал в их сторону.
– Полагаю, она красит волосы, чтобы шокировать людей, – неожиданно объявил Стивен. – И вся она такая ненатуральная… – он повернулся к предмету обсуждения спиной, – в отличие от вас – истинной английской благородной дамы чистых кровей.
Хелен вдруг позавидовала Беате. Она отнюдь не мечтала услышать о себе похвалу как о какой-нибудь чистокровной кобыле на «Таттерсоллзе». Было бы куда лучше, если бы ее хотя бы раз признали опасно привлекательной, способной поразить чье-либо воображение. За всю жизнь Хелен ни разу никого не шокировала, разве что мужа.
– Спасибо за комплимент, – произнесла она, раскрывая веер. Для нее не являлось секретом, что для достижения большего эффекта Эсме, флиртуя, всегда прибегала к помощи веера. К несчастью, Хелен не представляла, как это действует с ее стороны, – неторопливо обмахиваясь, она достигла лишь одного – перестала видеть Стивена. Тогда она резко закрыла веер.
В этот момент к ним присоединилась Беата.
– Мы обсуждаем поэзию, – она подмигнула, – и меня послали справиться о любимых стихах каждого из присутствующих. Арабелла предложила восхитительную идею провести в пятницу вечер поэзии с чтением стихов.
– Ну я-то давно не читаю стихов. – Стивен усмехнулся.
Беата лукаво взглянула на него из-под ресниц:
– Придется что-нибудь придумать. Возможно, я одолжу вам поэтический сборник из личной библиотеки.
К удивлению Хелен, лицо Стивена покрылось румянцем.
– В этом нет необходимости, – возразил он бесцеремонно. – Я увлекался поэзией в юношеские годы, так что, вероятно, что-нибудь да смогу вспомнить.
– А у вас есть любимые стихи? – обратилась Беата к Хелен.
– Я знакома с сонетами Шекспира, – неуверенно произнесла Хелен. – Но некоторые из них вряд ли годятся для чтения вслух.
– Уверена, вы найдете среди них и такие, какие сочтете приличными. – Беата снова подмигнула, и у Хелен вдруг возникло ощущение, что девчонка над ней смеется.
– А ваше любимое стихотворение?
– Одно стихотворение о любви лорда Байрона. – Беата повернулась, чтобы отправиться к другим гостям. – Оно совершенно, совершенно безобидное, уверяю вас…
– Эта девчонка чересчур шустрая, – прокомментировал Стивен довольно раздраженно, когда Беата отошла на приличное расстояние.
Хелен изрядно устала от всей этой чепухи.
– Простите, мистер Фэрфакс-Лейси, – она присела в реверансе, – я бы хотела вернуться к леди Ролингс.
Едва Хелен устроилась рядом с Эсме, как по другую сторону возникла Беата.
– Ужасно!
– Что именно? – удивилась Хелен, но Эсме, похоже, знала, о чем шла речь, и ответила сдавленным смешком.
Хелен прищурила глаза:
– О чем это вы?
– О тебе, дорогая, – ответила Эсме с такой нежностью в голосе, что у Хелен даже не возникло обиды. – Мы с Беатой планировали свести тебя с этим достойным господином с другой стороны комнаты, но ты нам никак не помогаешь.
Поскольку Хелен уже и так надоела непривычная суета, она тут же ощутила внутреннее сопротивление.
– Мне очень не нравится, что мои личные дела подвергаются публичному обсуждению, – посетовала она. – Но еще более меня возмущает обвинение в том, что я не приложила усилий, чтобы… привлечь внимание мистера Фэрфакса-Лейси. Я надела новое платье и позволила отвести себя к нему, как овцу на заклание, а уж в том, что с ним не о чем говорить, моей вины нет.
– Но ведь вы с ним что-то обсуждали, не так ли? – вставила Эсме.
– К сожалению, инициатором была
Беата вздохнула:
– Хелен, ну как вы не понимаете, ему не хочется беседовать на политические темы, ему наскучил парламент. Он бы с удовольствием поговорил на фривольные. Мужчины только притворяются, что им нравится в подругах ум, но на самом деле это не так.
– Не согласна, – встрепенулась Эсме. – Мне кажется, Беата просто не с того конца подходит. Болтать можно на любую тему, не важно о чем. Ничуть не сомневаюсь, что Фэрфакс-Лейси отчаянно надеется найти теплое тело, чтобы забраться вместе под одеяло. А от тебя, дорогая, требуется лишь проявить свой интерес к этому.
– Если бы все было так просто. – Хелен вздохнула.
– Но это и правда просто, – сказала Беата. – Вы только внимательнее посмотрите, как я все это проделаю. Ваш кавалер не питает ко мне интереса, так что опасности для вашего будущего я не представляю.
Хелен поспешно схватила ее за локоть:
– По-моему, это уж слишком!
– Почему? У меня все отлично получится. – Беата невинно посмотрела на собеседницу. – Как-никак я в этом деле знаток. Она легкой походкой прошлась перед Хелен; при этом даже покачивание ее бедер сулило обещание.
– Мне кажется, поведение этой девчонки стало еще более возмутительным, чем было когда-то, – задумчиво произнесла Эсме. – Возможно, при всей своей задиристости она не вполне счастлива.
– Ерунда, она просто наслаждается жизнью, – не согласилась Хелен. – Ты только посмотри на нее!
Беата, подойдя к Стивену, засмеялась, медленно обмахиваясь веером. Ее маленькое личико сияло, а в глазах светилось откровенное приглашение. Она слегка задела грудью его руку, и даже с другого конца комнаты Хелен видела, как ее визави вздрогнул.
– Увы, я не способна вытворять такие вещи, – призналась Хелен уныло. – Просто не способна. – Уже одна мысль о подобных вольностях повергла ее в смущение.