Эллин Ти – Головная боль майора Стрельцова (страница 47)

Куда он ушел?..

Глава 49. Миша

Выяснить, где живет Харитонов после того, как его поперли из части не было сложно. Этот идиот даже не удосужился свалить из города: снял квартиру совсем недалеко от меня. А еще он до сих пор кошмарит Карину и не дает ей жизни, это мне тоже сама Карина рассказала в сообщении, попросила помочь, потому что больше ей не к кому обратиться.

Но движет мною не ее просьба, а желание показать мудаку, что девочек обижать нельзя. Особенно мою девочку. Это было его фатальной ошибкой.

Тачку не беру — иду пешком. Нет смысла светить номерами там около него. А так я ночью во всем темном, мало ли, кто такой, да? Да полно таких.

По пути руки обматываю бинтами, надеваю капюшон посильнее. Я иду к нему с лютой ненавистью и точно знаю, что после нашей встречи я наконец-то почувствую освобождение.

Лев… сука. Льва я с одной стороны могу понять, в плане попыток сохранить работу. Харитонов мразь редкостная, за увольнение обещал много доносов на вышестоящее руководство, все это дерьмо посыпалось бы на голову Льва, никому не нужен развал в части. Но по-человечески — нет. Не пойму и не прощу, а простит ли Катя — дело самой Кати. Не могу я понять, как он мог подпустить урода к племяннице, не могу и все! Да на все погоны мира плевать, когда здоровье родного человека на кону. И ладно бы я рядом был — защитил бы. Но он обосрался. По-настоящему. По собственной тупости.

Но с ним я уже разобрался. Там и проблема-то меньше была, чем с Харитоновым. Все равно основная вина лежит на его плечах. На его руках, которыми он размахивал, посчитав, что он имеет право трогать мою Катю. Очень самонадеянно. Он правда думал, что я оставлю это просто так?

Три недели прошло, а я до сих пор спать не могу из-за произошедшего, потому что понимаю, что пока моя Катя с болью боролась и гипс носила, он спокойно жил себе и еще находил в себе силы продолжать издеваться над Кариной.

Подхожу к подъезду. Свет горит только в паре окон, остальной дом спит. Подъезд закрыт, но эти магниты такие хлипкие, что мне не составляет труда приложить немного силы, чтобы дернуть ручку, как он поддается и я оказываюсь внутри.

Мне на шестой — иду пешком. Желание подняться и выкинуть Харитонова в окно просто бешеное, но я обещал Кате, что не буду его убивать, поэтому придется воздержаться от такой вечеринки. Я и не хочу убивать. Я просто хочу, чтобы он понял, что нельзя так вести себя и остаться безнаказанным. И я хочу, чтобы ему тоже было больно. Как было больно Кате, когда он распускал свои руки.

Харитонов живет в сорок седьмой квартире, на двери есть цифры и мне не приходится гадать, в какую именно на этаже мне надо войти. Раньше у него была идиотская привычка: он никогда не запирал дверь на ночь. И…

И привычка осталась.

Вот придурь.

Я был готов хоть к каким-то сложностям на пути к нему, но на деле оказалось все сильно проще, чем мне хотелось бы. Даже скучно как-то.

Вхожу в квартиру. Тут дико воняет сигаретами и алкоголем, из какой-то комнаты горит свет. Не спит? Ну мне плевать, в целом, я бы в любом случае разбудил.

Прохожу внутрь, хрущу пальцами и разминаю плечи. Мудака нахожу в гостиной: он с бутылкой пива (видимо, уже не первой) сидит на диване и пялится в телевизор, где идет какая-то муть.

— То есть вместо того, чтобы сходить полечить голову, ты просто решил начать бухать? — спрашиваю его. Он даже не вздрагивает, удивительно. Медленно поворачивает голову и смотрит так, как будто ждал меня.

На него противно смотреть. И когда-то он был моим самым близким другом… Долгие годы, к слову сказать! Понятия не имею, что с ним случилось, но ничего общего с этой сволочью я больше иметь не хочу.

— Меня поперли с работы, от меня ушла невеста, а бухло от меня не ушло.

— Все это следствие того, что ты конченый мудак, но мне в целом насрать, что ты делаешь со своей жизнью, я не учить тебя пришел.

Задираю рукава. Снимаю капюшон. Кроме презрения у меня к нему нет никаких эмоций больше. Тошно еще немного от взгляда на него.

Харитонов смотрит на бинты на моих кулаках и усмехается, но по глазам вижу, что ему не смешно. Он знает, что слабее. Он знает, что во всех спаррингах я даже вполсилы его выигрывал.

— Убивать будешь? — сглатывает.

— Нет. Буду вежливо просить тебя убраться подальше из этого города. Далеко настолько, чтобы даже запаха твоего тут не осталось, ты понял? Чтобы моя Катя забыла тебя, как страшный сон. И чтобы Карина жить начала нормально. А если я узнаю, а я, сука, узнаю, что ты вернулся, что тебя видели, или еще что-то, я приеду и добью. И ты знаешь, что я не шучу. Ты прекрасно это знаешь, Харитонов.

— А че это ты за обеих баб вписываешься? Карина вроде тебе изменила!

— А потому что любая девушка заслуживает уважения. А ты вообще ни черта не заслуживаешь.

И первый удар не заставляет себя ждать. Кулак летит ему в челюсть и я отпускаю себя…

Через сорок минут иду домой. Разминаю шею, снимаю бинты с кулаков, заляпанные кровью, выкидываю в мусорный бак по пути. Дышу свежим воздухом и понимаю, что успокаиваюсь. Не потому что избил Харитонова — я не настолько отморозок, избиение людей не приносит мне кайф. Спокойствие оттого, что он уже собирает вещи и к утру его в городе не будет.

Не знаю, правда, как он поведет машину с опухшим лицом, но мне в целом уже насрать. Просто пусть свалит подальше.

Еще минут двадцать просто гуляю вокруг дома, успокаиваюсь, не хочу возвращаться к Кате в постель взвинченным. Я нужен ей спокойный и собранный, а не дерганный от мыслей о том, как полчаса назад мутузил когда-то лучшего друга.

Возвращаюсь, стараюсь быть тихим, чтобы не разбудить их с Бетти. Девчонки спят в обнимку, им и без меня хорошо, походу.

Принимаю душ, смываю с себя все это дерьмо сложного дня и иду к Кате, ложусь рядом и притягиваю ее к себе. Она куксится во сне, трет глаза и тихо спрашивает:

— Ты где был?

— Восстанавливал справедливость. Спи, малышка, все хорошо.

И она засыпает. Просто верит мне на слово, прижимается к боку и через минуту уже сопит, обнимая меня руками и ногами.

И сразу все хорошо. И ее никто больше не тронет. И я всегда буду ее защитой и опорой. И я сделаю для нее все, что она только захочет. Повезу ее к своей бывшей без единого вопроса, продам ради нее квартиру и перееду жить на другой конец страны, только бы ей рядом со мной было хорошо.

А больше мне ничего и не надо.

Эпилог. Катя

Сегодня мой первый рабочий день на новом месте. Миша открыл мне мой собственный кабинет психологической помощи… Теперь я работаю в классном бизнес-центре с красивым видом на город из окна и сама решаю, хочу ли я работать с тем или иным клиентом, или нет. А еще я решила сделать упор на психологическую помощь детям и подросткам, поэтому в моей рекламе это всегда стоит первым пунктом.

Мы с Мишей коллективно решили, что я не буду возвращаться работать к военным. И нет, я не решила, что после Харитонова они все до единого плохие, просто подумали, что для меня лучше будет уйти в другую специализацию, тем более что работать с детьми мне и самой интереснее.

Да, я очень долго шла к тому, чтобы работать в военной части, я работала много и многое доказывала, чтобы выбрали именно меня, но… я не жалею. Совершенно. Значит, все это нужно было только для того, чтобы встретить самого лучшего в мире мужчину. Теперь он мой и больше к военным меня совершенно не тянет.

Миша продал квартиру и купил новую здесь, в Новосибирске, чуть дальше от военного городка. У Миши есть пунктик по поводу жизни рядом с сослуживцами, поэтому и здесь он приобрел квартиру поближе к городу. И мне так удобнее ходить на работу.

Мы совсем немного пробыли там, на прошлом месте жительства и работы. Миша разобрался с Харитоновым, но мы никогда не поднимали в разговоре эту тему, потому что я решила не лезть в мужские разборки и просто доверилась своему мужчине. Мы оба уволились, продали квартиру, собрали вещи, забрали Бетти, сели в машину и отправились в такое небольшое, но очень увлекательное путешествие.

Мы ехали почти неделю, ночуя в отелях и гуляя во всех городах по пути. Это было так круто! Лучшее путешествие, я и мечтать о таком не могла, это был лучший заряд бодрости и расслабления после всех эмоциональных потрясений.

И вот мы уже почти два месяца живем на новом месте. Нам… хорошо. Правда. Спокойно, комфортно, заботливо, нежно и очень-очень часто страстно. До Миши я и не знала, что можно так часто заниматься сексом и не уставать от него! Но боже… Этот страстный мужчина хочет меня всегда и это очень-очень мне льстит, с моей стороны все абсолютно взаимно.

Сегодня утром он подвез меня на мое новое рабочее место и долго целовал, чтобы я не волновалась. А я волнуюсь! Конечно я волнуюсь, боже… У меня на сегодня есть целых три записи, я очень надеюсь, что всем все понравится и домой я вернусь в очень хорошем настроении и с тортиком. Миша тоже волнуется. Он вообще волнуется обо мне гораздо больше и чаще, чем о себе. Я в сотый раз думаю о том, что как хорошо, что он не решился опустить руки на пути к моему сердцу, когда я отрицала возможность наших отношений. Правда. Я не представляю, что делала бы без него.

Он пишет. Говорит, что у меня все получится и я успеваю ему отправить только сердечко, как в кабинет входит первый клиент. Ну… пора входить в новую жизнь, кажется?