Элли Раш – Связанные (страница 3)

Дэн уперся ладонью в крышу, наклонился, смотря на меня исподлобья.

– Где ты была?

Сиплый голос брата всегда царапал слух. Много лет прошло, а полноценный голос так и не вернулся. Слабо помню тот день, когда Дэн потерял его на очередных боях. Как именно повредили голосовые связки, мне не рассказали. И, думаю, к лучшему.

– У Даф, – соврала уверенно, сжимая руль.

– Не делай из меня идиота, Эл, – Дэн сжал ладонь в кулак. – Ты была в Красном?

С чего такое предположение? Угадал?

– Нет.

Брат сипло выругался.

– Эл, ты смотришь мне в глаза и лжешь. Я знаю, что вы были на боях. Рик видел тебя. Думала, я не узнаю? Отец не узнает?

Проклятье. Чертово проклятье! Откуда я могла знать, что в одно время в том же месте окажется кто-то из знакомых Дэна?

Предполагала, но надеялась, пронесет. Удача улыбнется. Она и улыбнулась, только не тем местом.

Отпираться бессмысленно. Прикидываться идиоткой не лучшая затея. Дэн знает, что это не про меня.

– Отцу не говори, – попросила скупо, смотря перед собой.

Между мной и отцом никогда не было особенно теплых чувств. Маме это не нравится. Ее попытки вернуть невозвратное поначалу веселили, затем стали раздражать. В итоге она приняла новый порядок вещей с гордо поднятой головой.

Посмотрела на Даф. Подруга с виноватым видом говорила с братом. Курт выглядел взволнованным, но точно не злился.

– Он все равно узнает, – просипел Дэн.

– Откуда? – вновь повернулась к брату, не собираясь выходить из машины. – Если ты не расскажешь, он, возможно, когда-нибудь услышит от кого-то еще, но ты можешь не говорить.

Дэн почесал бровь, смотря в сторону.

Он знает и сам. Только ощущение долга перед отцом настолько велико, что просто промолчать для Дэна настоящее испытание.

– Зачем тебя понесло в Красный?

Скажу правду и точно наслушаюсь, не скажу – и тоже выслушаю, потому что Рик наверняка до кучи сообщил о моем позоре.

– Хотела поучаствовать в боях, – произнесла обреченно на выдохе.

Покосилась на брата. Он смотрел вперед, кивая.

– Хоть здесь врать не пыталась.

И все? Выплеснул злость раньше и теперь спокоен?

Я не жалуюсь, просто непривычно. Обычно я сразу попадаю под щедрую раздачу.

– Эл, твою мать… – все-таки просипел он. – Какого черта? Ну какого черта? Нахрен тебе бои? Я думал, ты переросла упрямое желание разбудить силу.

– Это не упрямство, а упорство.

– Суть одна: ты ищешь себе проблем! Хочешь без зубов остаться? Со сломанным и неправильно сросшимся носом? И это далеко не все, Эл.

– Я хочу попытаться! Это будут мои ошибки, Дэн. Мои! И ответственность за них понесу я, а не ты. Не отец. Я. Я, понимаешь?

Мое сопение казалось громче шума проехавшего мимо авто.

Надоело постоянно быть опекаемой. Настолько, что каждый чих становится поводом для обсуждения моего здоровья и поводом не выпускать меня за территорию дома.

– Хватит считать меня беспомощной девчонкой, которая пропадет без круглосуточного контроля. Я не умру без вашей опеки.

Дэн вздохнул, словно я надоела ему. Наверняка так и есть.

– Поехали домой. Истерики ничего не решают.

Истерики? Так он считает – что я на пустом месте фонтанирую?

Обидно, черт возьми.

Обидно, что мои чувства – всего лишь мешающий и раздражающий шум. Всегда. Особенно когда прошу немного свободы.

Дэн двинулся к своему авто. Даф неподалеку разговаривала с Куртом.

Почему они друг друга понимают, а мне, чтобы достучаться до своих близких, надо прыгнуть до небес?

Сумасшедшая мысль за секунду опустила рычаг, призывая действовать. Завела машину и вдавила педаль газа в пол.

Свист от резкого старта оглушил на мгновение. Ветер ворвался в окно, ударился в лицо, растрепал волосы.

Я не поеду домой. Не знаю, что делать дальше, но туда точно не вернусь.

Глава 2

Вывернула руль, сворачивая с дороги, ведущей на выезд из района. Пока я не придумала место для остановки, лучше не пересекать сканеры. Система сразу обозначит, куда я въехала, а по другим сканерам будет понятно, в каком районе я задержалась.

В Фиолетовом руки отца и Дэна развязаны. На своей территории у альф прав и возможностей больше.

Не питаю иллюзий: меня в любом районе найдут. Сомнений нет. Насколько быстро? Не знаю, но могу оттянуть момент.

К Даф ехать глупо, ее проверят в первую очередь. Родственники отметаются: сами сдадут.

До начала учебы в универе два месяца. У меня появится своя комната, отпадет потребность в ином месте жительства. Но скрываться два месяца… Денег не хватит. Расплачиваться счетом опасно – отследят, а наличных совсем немного. Снять апартаменты не получится. Впрочем…

Завернула на пустую парковку у закрытого магазина. Достала планшет, быстро вбила поисковый запрос. Сеть выбросила сотню предложений об аренде в разных районах Амока.

Желтый сразу мимо – элитный район с заоблачными ценами. Мой район по понятным причинам отпадает, но цены у нас приемлемые. В Зеленом ничего не сдается, дешевые предложения в Оранжевом доступны только со следующей недели, а мне надо прямо сейчас. Голубой, Синий – вариантов достаточно, но тоже все забронировано. Серый и Черный, естественно, мимо. Жить с приезжими и рядом с преступниками… Нет. Нет.

В Белый попасть без особого допуска нельзя, остался Красный. Моего бюджета хватит заплатить за целых три дня проживания! За это время меня, возможно, уже найдут и повесят домашний арест.

Осталось придумать, как остаться незамеченной в районе, где всех фиолетовых заранее ненавидят?

Приложилась лбом к рулю.

Сложно принимать действительно важные решения.

Сдаться и вернуться домой, сказать, что вспылила, все равно получить наказание, а вдобавок еще и возврат тотального контроля?

Нет, я не позволю снова запереть меня в современной темнице.

Выходит, решение свелось к одному варианту.

Завела авто. Выехала с парковки. По этой дороге попаду в Красный.

Небольшая роща деревьев подводила к сканерам на границе Красного и Фиолетового.

Сбавила скорость.

С четырнадцати лет каждый мой шаг был под контролем Дэна или отца.

Каждый. Долбаный. Шаг. До шестнадцати лет как пленница с особыми правами: можно ходить куда угодно с разрешения и на определенное время. Спонтанные выходы с подружками свелись к невозможным: редко когда удавалось связаться с моими контролерами вовремя. Потом перестала и пытаться – только разочаровываться.

В шестнадцать мне удалось отвоевать немного свободы. Контроль немного ослабили до того, что я могла сперва уехать, и лишь потом рассказать, где я была. Докладывать о месте оставалось обязательным условием. В семнадцать я смогла позволить себе больше не отпрашиваться совсем. Со временем начала умалчивать, куда ходила.

Поначалу было страшно скрывать, недоговаривать, в чем-то даже обманывать. Боязнь быть пойманной долго парализовала меня, но я сделала этот шаг. Один. Второй. Каждый раз все смелее, увереннее.