Элли Раш – Эльсинор. Зажечь искру (страница 42)
Филлия согласно кивнула.
— Что-то в этой девушке ослабило завесу колдовства. Понимание слабо пробивалось в сознании. Осознав, Дарк смог избавиться от чар Эолы, а ее саму изгнал, лишив возможности когда-либо вернуться в Эльсинор.
— Девушка-беглянка и стала той любовью Хэнтсворта, да?
— Верно. Только счастье продлилось недолго. Через восемь месяцев Эльсинор неожиданно для всех нас выбросил Элизабет в другой мир. Дарк быстро ее отыскал и вернул, но через какое-то время это повторилось снова, и снова. Каждый раз ее забрасывало все дальше, поиски осложнялись. Дарк злился, пытался ее защитить. В очередной раз ее унесло безвозвратно… Он искал почти год по разным мирам, но надежда ее отыскать таяла, утекая сквозь пальцы.
Я ждала захватывающую историю, а мне даже жаль Хэнтсворта. Форменная несправедливость. Бесчеловечная.
— И… и что он сделал дальше?
На губах Филлии заиграла грустная полуулыбка.
— Пытался добиться помощи Искры, но она осталась глуха. Дарк хотел навсегда покинуть Эльсинор, и не смог — он Хранитель грани. Презрение к Эльсинору, к Искре, питает его несколько лет.
Вспомнился его дом. Единственный без украшений среди сверкающих соседей.
— Поэтому огнями не украшает, да?
— Предание гласит: в час смены года Искра идет на свет в каждый дом. Дарк не верит Богине, бросившей его, когда он больше всего в ней нуждался.
— И в Отбор не верит, потому что она решает?
Филлия подлила чая мне и себе.
— Он свою любовь нашел и потерял, а его обязывают участвовать в отборе. Разумеется, ему это не нравится.
Скверная история.
Монтрер же как-то связывается с Искрой, выходит, она существует. И просто проигнорировала искреннюю просьбу, молитву — не имеет значения, а теперь пытается навязать свой выбор.
Эгоистично.
— А вы что думаете?
Филлия вздохнула, словно не раз над этим размышляла.
— Нам часто кажется, будто мы точно знаем, что нам нужно. Разочаровываемся, злимся, когда выходит "не так". Но, может, раз "так" не вышло, то и нужно нам вовсе не это?
Задумчиво подтянула колени к груди, поставила чашку сверху.
— Возможно, вы правы. А может и нет. Почему Боги решили, что знают лучше конкретного человека? Они не испытывали его эмоций, не проживали его жизнь. Вынесли вердикт просто наблюдая сверху. Это лишает нас свободы, воли, выбора. Выходит, мы просто пешки на чьей-то шахматной доске. Желая сыграть идеальную партию, ломают, убивают веру, уничтожают чувства. Несправедливо, нет?
Смотрительница повела плечом, делая небольшой глоток.
— Возможно, ты права. А может и нет.
Философия.
Никому, похоже, не дано понять, как же на самом деле устроена загадочная вселенная. У кого в руках нити кукловода, а у кого — ножницы.
Глава 18
Утром, как ни удивительно, проснулась без посторонней помощи. Это не обрадовало. Я привыкла начинать день под Редбронта. Кто-то любит Шопена, Бетховена, а мне Редбронт нравится. Только почему-то симфония не зазвучала.
На последних ступенях столкнулась с Мафой.
— Доброго утра. Все в столовой?
— Искристого утра, Диана, — грубоватый голос напитан дружелюбием. — Филлия отбыла час назад. Редбронт вернулся два часа назад, спит. Просил не беспокоить.
А… отлично. Надеюсь, за ночь он раздобыл полезную информацию, иначе наше агентство "Редбронт и Котеева" потеряет ключевого партнера, и на одну фамилию в названии станет меньше.
— Я могу позавтракать? — уточнила вежливо, ткнув пальцем в сторону столовой.
— Конечно, — кивнула Мафа с видом, что это и без вопроса очевидно.
— Благодарю.
Уныние как-то сразу навалилось. Не успел мой день начаться, а меня уже все удручает. Самое главное — что мне делать? Сидеть и ждать, когда проснется Редбронт или вернется Филлия?
Могла бы погулять по городу, но Хэнтсворт! С замашками диктатора.
В памяти всплыла вчерашняя беседа с Филлией. Многое стало понятно. То, чего я и не подозревала. Я была готова поверить, что возлюбленная от Дарка сама сбежала, но чтоб против нее мир ополчился… Еще фраза странная прозвучала: "Прошлое оставило отпечаток". Какое прошлое? И какой отпечаток?
Села за стол, подперла подбородок ладонью. Взгляд зацепился за свиток со знакомой печатью.
Похоже, очередное задание. Вчера о нем никто и не вспомнил.
Треск, шелест бумаги… Энтузиазма ноль. Посмотрим, что демоняка придумал.
— Что?! — возмутилась вслух.
Так увлеклась, что не заметила Мафу. Она с вопросом уставилась на меня, не понимая причину повышенной эмоциональности.
— Простите. Это я… о своем…
Хэнтсворт. Ужасный демон!
Интересно, остальные женихи тоже придумывают участницам абсурдные задания, или мне исключительно повезло?
Вкуса еды не заметила, настолько увлеклась мысленным негодованием.
Приобрести подарок. Какой? Впрочем, не столь важно. Очки с затемненными стеклами, чтоб глаза его не видеть. Вопрос ведь не в этом.
Личных эльсов в моем распоряжении пока нет. Просить нельзя. Хотя как он проверит?
Ладно, допустим, я соблюдаю условия — это полдела. Как выполнить задание сидя дома?!
Вот и веская причина для отмены абсурдного заточения. Пусть мой душевный комфорт и мои желания его не волнуют, Дарк не может препятствовать исполнению заданий.
Осталось найти демона. Я знаю пять вариантов, где он может быть. Один отметаем сразу, ибо я нахожусь здесь. Остается его дом, личный кабинет, галерея Филлии, резиденция конгрегации. В других местах я его попросту не встречала.
Начну по порядку.
Помня прошлый опыт, предусмотрительно надела брючный костюм. На выходе меня поймала Мафа настороженным:
— Вам нельзя покидать дом одной.
— Я как раз к распорядителю за амнистией. Так Редбронту и передайте, когда проснется.
Мафа подняла глаза к потолку, словно могла там увидеть, проснулся он или нет.
— Валите все на меня. Самовольное отлучение из места заключения! Полагается наказание: три шлепка и пять объятий, — закрыла дверь за спиной и нырнула в карету.
Я, может, на отбор и подписалась, а на лишение меня права передвижения — нет. И шантаж не люблю. Надо уметь договариваться!
Крыши блестели под эльсинорским солнцем. Жители города спешили по делам, кто-то неторопливо прогуливался по узким улочкам с круассаном или другой выпечкой, просто с кофе или каким-то напитком. Красота! Вместо елки на площади Эйфелеву башню поставить, и почти Париж.
Серая крыша дома Хэнтсворта выделялась среди преимущественно красных. Прежде не обращала внимания на столь незначительную деталь.